Зверолов - Владимир Поселягин

Там было всё, как прежде. Машину оставил на обочине, метрах в трехстах от грозного здания, запер и пешочком дотопал до входа. Дежурный офицер, приветливо кивнув (мы были знакомы), взял у меня паспорт, оформил данные в журнал, вернул документ и подтвердил, что мне требуется идти в сто шестую комнату. Где она находилась, я знал, часто заседал в сто четвертой. Поднявшись на нужный этаж, прошел к комнате и постучал. Та оказалась закрытой.

Стульев рядом не было, пришлось тащить с другого места через два кабинета, где стояла пара свободных. Устроившись в расслабленной позе на стуле закинув ногу на ногу, я сдвинул шапку на лоб и решил прикорнуть, пока не придет тот, кто меня вызывал.

Даже заснуть не успел, буквально через пять минут послышались тяжелые шаги и рядом кто-то остановился.

— Соколов? — услышал я.

Подняв шапку, я посмотрел на незнакомого крепкого и кряжистого мужчину и кивнул.

— Да.

Погремев ключами, тот велел:

— Проходи.

Войдя в обычный служебный кабинет, я расстегнул дублёнку и положил шапку на сгиб коленки, пригладив слегка отросшие волосы на голове. Надо будет к своему парикмахеру сходить, не люблю обросшим быть.

— Я вас слушаю, — сказал я, посмотрев на устраивающегося за столом мужчину.

Неизвестный оторвался от перекладывания бумаг и посмотрел на меня.

— Почему ты не пришел по первому вызову? — спросил он.

— У меня пары важные перед экзаменами были, времени бегать куда-либо из-за телефонных шутников не было.

— Допустим, — кивнул тот, потом взял два листа и толкнул их в моем направлении. — Подписывай.

Взяв листы и не обращая на протянутое перо ни малейшего внимания, я стал читать, что мне подсунули.

— Я это подписывать не буду, — толкнул я листы в обратном направлении.

— Это приказ на временное твое возвращение на службу. Как это ты не будешь его подписывать? — изумился неизвестный.

— Очень просто. Не буду. Мало того, приходит какой-то хмырь, что мало того что не представляется, подписать что-то требует, так еще и тыкает. Вот я и говорю, что подписывать ничего не буду.

— Приказ о твоем временном возвращении уже действителен, подписал ты его или нет, — усмехнулся неизвестный.

— Меня это мало заботит. По закону я прав и чист. Это всё? — деловито спросил я. — Я могу идти?

— Нет, не можешь, — усмехнулся неизвестный.

Меня немного напрягала его торжествующая усмешка, но всё равно я был само спокойствие, отчего тот заводился всё больше и больше. К этому я и стремился, вдруг что интересное скажет в порыве.

— Что так? Я задержан, арестован? Нет? Тогда всего хорошего, — встав, я направился к двери.

— Сядь! — рявкнул неизвестный.

— Ты мне еще фас скомандуй, — усмехнулся я и, открыв дверь, вышел в коридор.

Кто-то подумает, что я зря так себя веду, но мне нужно было вывести его из себя. Посмотрим, что получилось.

На выходе, как и ожидалось, меня тормознул дежурный.

— Извини, Игорь, самоход у тебя не подписан.

— Почему? — удивился я, протягивая ему квитанцию на выход. — Всё у меня подписано.

— Действительно, — озадаченно разглядывая закорючку замполита первого главного управления генерала Мортина, пробормотал капитан. Подпись он узнал, подделать ее было нетрудно, чем я иногда пользовался. — Но всё равно нельзя. Звонил полковник Стругов и велел тебя не выпускать.

— Ага, вон кто это был? — задумчиво протянул я и, развернувшись, направился к лестнице.

Генерал Сахаровский был у себя. Попросив у секретаря доложить обо мне, я удостоился аудиенции.

— Проходи, — велел генерал, вставая из-за стола. — Вроде только недавно был, случилось что?

— Да мелочи, Александр Михайлович, — здороваясь с ним, ответил я. — Прислали повестку, я пробил, оказался приказ. Отдал некто Тобольский. Пришел — так меня обхамил непонятно кто, даже не представившись, да еще требует, чтобы я вернулся на службу. Что-то вот я не понимаю этой ситуации. Я всегда работал в первом управлении, а тут какой-то хмырь из второго условия ставит. Вот что это такое было?

— Тобольский, значит? — нахмурился генерал. — Знаю такого. Подожди минуту, сейчас выясню.

Генерал сходил к столу и вызвал некоего полковника Рощина. Вернувшись к дивану, он снова сел и спросил:

— Не объяснили, зачем ты им нужен?

— Понятия не имею. Даже догадок нет, — отрицательно покачал я головой.

В это время в кабинет вошел моложавый полковник в полной форме.

— Алексей Петрович, тут такая интересная информация появилась. Нашим бывшим починенным капитаном в запасе Соколовым заинтересовались люди из второго управления. В частности есть информация о генерале Тобольском. Узнайте о причинах такого интереса и немедленно доложите.

— Есть, — козырнул тот и вышел.

Нам было о чем поговорить с генералом. Поэтому те полчаса, что прошли к моменту возвращения полковника, пролетели незаметно.

— Докладывайте, — приказал генерал.

Открыв папку, что держал в руках, полковник начал хорошо поставленным голосом докладывать:

— По полученной информации, капитан Соколов вчера в одиннадцать часов был восстановлен в звании и временно принят во второе управление на должность оперативного сотрудника. Приказ подписан председателем Комитета государственной безопасности СССР Андроповым Юрием Владимировичем. С той минуты капитан Соколов находится на действительной службе.

— Причина интереса к капитану? — поинтересовался нахмурившийся генерал. Ему эта ситуация очень не понравилась.

— Уточняется, но предположительно… по слухам… генерал Тобольский предложил товарищу Андропову использовать капитана Соколова для поимки маньяка. По непроверенной информации, где-то в Европе, возможно в Италии. Сами они там облажались, это тоже слухи.

— Выяснить, почему всё это прошло мимо меня, — еще больше нахмурился Сахаровский.

— Будет сделано. Разрешите идти?

— Идите.

За полчаса Рощин, молодец такой, успел сделать многое, хоть немного приоткрыв завесу тайны с моим вызовом.

— Будешь помогать? — искоса посмотрев на меня, спросил генерал.

— Нет, — уверенно ответил я. — Обломится Тобольскому выехать на моей спине наверх. Тут дело принципа.

— Приказ о твоем возвращении подписан.

— И что? Поймите, Алексей Петрович, без моего на то желания я и пальцем не пошевелю. Нужно куда-то слетать? Да пожалуйста. Но работать я не буду. Будут из-под палки заставлять? Да флаг им в руки, я еще в таком свете их выставлю в Европе, отплёвываться замучаются. Так что идиот этот Тобольский, притом клинический, это я вам как будущий врач говорю.