К чему приводят шалости (СИ) - Маркова Анастасия

Никогда ранее мне не доводилось видеть принца в темно-синем двубортном мундире с густыми эполетами и воротником-стойкой, обшитому серебряным узким галуном. Подобная тесьма украшала и манжеты. Посеребренные петли и пуговицы сверкали в свете магической люстры. К шелковому серому поясу в кожаных ножнах была подвешена шпага из итильмара с витой рукоятью. Концы шейного платка стягивала булавка с аметистом. Узкие брюки подчеркивали красоту длинных мужских ног. В такого красавца невозможно было не влюбиться.

Несколько мгновений мы с Тейлором просто неотрывно смотрели друг на друга.

– Мэр… – наконец тихо произнес он завораживающим голосом.

Казалось, ему доставляло удовольствие просто произносить мое имя. Для меня же это было сравнимо с нежнейшей лаской. Хотя хотелось большего. Любимый будто прочел мои мысли, поскольку стоило им промелькнуть в голове, он распахнул руки для объятий со словами:

 – Иди ко мне, моя маленькая ведьмочка.

Не в силах противостоять желанию, я бросилась к Тейлору, прильнула к нему и затаила дыхание. Но уже в следующий миг оно слилось с дыханием ночного гостя воедино. От накатившего на сердце облегчения я тихонько простонала и приоткрыла губы, призывая его углубить поцелуй. Тейлор принял приглашение. Наши языки встретились, и пока они кружили в восхитительном танце, сильные руки взъерошивали мне волосы, скользили по спине, вплотную прижимали мои бедра к мужским. Внизу живота загорелся жаркий огонь. Ничто и никогда не казалось мне более правильным, чем происходящее в данную минуту.

– Какая же ты сладкая, Мэр, – прошептал Тейлор мне в губы, оторвавшись на мгновение, но затем снова запечатлел на них поцелуй. На этот раз нежный. Казалось, любимый не мог насытиться мной. Эта мысль заставляла измученное сердце трепетать от восторга. – Я скучал по тебе.

Последняя фраза немного отрезвила меня. Настало время все выяснить. Однако его близость продолжала пьянить не хуже вина. Чтобы собраться с мыслями, я чуть отстранилась и как можно непринужденнее спросила:

– Где ты так долго пропадал?

– Решал важные государственные дела, – горделиво произнес Тейлор, протянул руку к моему лицу и нежно провел большим пальцем по щеке. – А если быть точным, вызволял из плена Уильяма.

– Получилось?

Подобно шмелю, кружащемуся над цветком, я ходила вокруг да около, не решаясь перейти к сути. Надеялась, Тейлор сам расскажет, как обстоят дела с последним и самым неприемлемым, на мой взгляд, требованием.

– Все закончилось, Мэр. Войны не будет. Империи достигли договоренности. Мой отец отрекся от престола. Со дня на день пройдет коронация Уильяма.

– Я рада, – невесело протянула, когда не услышала желанного ответа, и снова задала наводящий вопрос: – Почему ты празднично одет? Есть повод?

– Даже два, – загадочным тоном произнес он и потрепал по голове вертевшуюся у его ног Алму. – Свадьба и помолвка аланийского принца.

Меня смутил порядок слов. Хотелось спросить, нет ли ошибки. Но все мысли вылетели из головы, едва мой взгляд упал на левую руку Тейлора. Я ощутила, как упало сердце. На безымянном пальце любимого красовался перстень с изображением шитринского герба. Такие кольца в Алании носили исключительно послы. Еще подобные драгоценности надевали мужчины при заключении политического брака. Во время свадебной церемонии невеста-чужестранка надевала жениху на левую руку перстень с гербом своей страны, тем временем как на правую руку кольцо с гербом Алании брачующемуся надевал храмовник. Простой ритуал олицетворял собой объединение двух влиятельных родов, двух стран. И раньше наступления нового дня перстни с руки жениха не снимались.

Резко развернувшись, я взмолилась сквозь слезы:

– Уходи, Тейлор!

– Что с тобой? – в голосе принца прозвучало неподдельное недоумение.

– Ты все-таки женился на сестре Артура, – с горечью сказала я, и два тоненьких соленых ручейка побежали по щекам.

«А я тебя ждала! Верила, как ты просил, и ждала! И все потому, что люблю. Но к чему теперь признания? Они навеки останутся непроизнесенными», – моя душа рыдала.

– Откуда подобные выводы? – послушать Тейлора, так он сама невинность. – Ай! Перестань! Что я сделал?!

Мужской вскрик и хорошо знакомый угрожающий треск вынудили меня обернуться. Выскочившая из шкафа Кира летала над Тейлором и при каждой удобной возможности ударяла его по пятой точке. Алма, разразившаяся громким лаем, прыгала по постели и пыталась уцепиться зубами за метлу, но ошибка артефакторики вознамерилась во что бы то ни стало отомстить ночному гостю за свою подругу. То бишь за меня. Пинки были слабыми, поучительными. Страдало не столько его тело, сколько гордость. Но для Киры подобная выходка могла закончиться плачевно, поэтому я грозно прикрикнула на свою заступницу и взмахом руки отослала обратно в шкаф.

– Сперва твои заверения отцу, теперь этот перстень! – кивком указала я на драгоценность.

– Ух, в какие дебри завела тебя фантазия! – облегченно выдохнул Тейлор и театральным жестом провел пальцами по лбу. – Хотя подобная мысль промелькнула у меня, едва нашел тебя без сознания в коридоре. Только объясняться мне тогда было некогда, поэтому и написал короткое письмо. Мэр, ты не дослушала наш разговор с отцом и все не так поняла.

– Что, собственно, можно было не так понять? Твое «да» означало «нет»? – возмущенно фыркнула и убрала руки за спину, когда Тейлор потянулся за ними.

Я превратилась бы в желе, если бы он прикоснулся ко мне. Поэтому лучше было держаться от него подальше.

– Если меня не подводит память, на вопрос отца, женюсь ли я, мой ответ звучал примерно так: «Конечно! Не всю жизнь же мне ходить в холостяках. Но только не на Далии!» Затем я солгал ему, что уже помолвлен, и предложил женить на сестре Артура его любимчика Джанфера. Отец пришел в ярость. Сперва угрожал, потом посыпались оскорбления. Столько нового о себе узнал. Сам до сих пор в шоке, какой нехороший я, оказывается, – вместо горечи в бархатистом голосе прозвучала ирония.

Тейлор был в приподнятом настроении, что привело меня в замешательство и немного остудило пыл.

– Если Джанфер холост и не связан ни с кем договоренностями, что ему мешало жениться на Далии?

– Должность главного казначея империи не может занимать человек, состоящий в политическом браке. Это противоречит интересам страны. Да и как отец мог поступить так со своим любимчиком, когда у него есть четвертый лишний? Им ведь жертвовать не жалко. Но, отказавшись, я не оставил отцу выбора. Женитьба на шитринке отняла у Джанфера должность и свободу. Так что в список заклятых врагов мое имя внесли сразу два человека, – грустная улыбка тронула уголки его губ.

– Допустим, ты сказал правду. Но какие аргументы в пользу кольца? – не унималась я, хотя внутри с новой силой вспыхнула надежда.

Любимый шаг за шагом, подобно хищнику, приближался ко мне.

– С сегодняшнего дня я представляю интересы сразу обеих империй, – в усмешке Тейлора сквозила печальная ирония. Видимо, на моем лице отразилось недоумение, потому что ночной гость поспешил объясниться: – Артур оказался не таким уж чудовищем, как рисовал мой отец. Во время переговоров он пошел на уступки и сам предложил добытую руду делить пополам несмотря на то, что земли вернулись к шитринцам.

– Не слишком ли великодушно с его стороны? – изумленно ахнула я.

– Ачистер живет не сегодняшним днем, а смотрит далеко в будущее и прекрасно понимает, чем грозит для обеих империй лишение Алании единственного источника итильмара. Но в обмен на возможность добывать металл Артур выдвинул новое требование. Охрана горы Нихан, учет руды и выплавленного итильмара должны производиться под моим надзором. Конечно, не без участия шитринцев. Так что я больше не глава безопасности. Да и от границы скоро не останется и следа. Стену и крепость Артур планирует сравнять с землей уже на следующей неделе.

– Подожди, а как же мы?! – новость ошеломила меня.

– Вам будут выплачены причитающиеся по контракту деньги, – с довольным видом произнес Тейлор и сделал еще один шаг ко мне.