Увези меня на лимузине! - Анна Ольховская

Пошли по цепочке доставки бомжей и вышли, наконец, на тех типов, что встретили меня на дороге. Эти были из клина МВД, самые настоящие гаишники.

Поначалу ребятки тупо упирались, заявляя, что подобрали сгоревшую позже бомжиху на привокзальной площади одного из городов области. Тогда на очную ставку пригласили меня.

Когда я вошла в кабинет, где допрашивали уродов, те сидели спиной ко мне и не видели, кто вошел. Они, разглядывая свои кроссовки, упорно бубнили, что я – бомжиха.

Я, честно, готовилась к очной ставке, провела парочку сеансов аутотренинга, настраиваясь на адекватное поведение, напоминала сама себе, что мои ребра еще не срослись и требуют осторожного обращения с телом, но, увидев тварей, похитивших мою дочь, убивших пса и отправивших меня на смерть, не выдержала.

Я мило улыбнулась и кивнула следователю, тот привстал со стула и ехидно проговорил:

– А вот и наша привокзальная бомжиха!

– Ага, начальник, как же! На понт нас не бери! – ухмыльнулся гад, приложивший меня дубинкой по голове, и начал поворачиваться.

В следующее мгновение я оказалась рядом с ним, вцепилась в оттопыренные уши (больше было не во что, урода обрили) и рванула изо всех сил. Оторвать не оторвала, но кровь хлынула славной такой струей.

Тонкий поросячий визг гаденыша вогнал в ступор и следователя, и второго деятеля.

И я успела, прежде чем меня оттащили, хорошенечко исцарапать мерзкую рожу этого второго. Эх, жаль, что бейсбольную биту не удалось принести!

Но я и так неплохо справилась.

Глава 45

Шок, вызванный из небытия моим неожиданным воскрешением и моим же неадекватным поведением, спровоцировал у мальчонок словесную диарею. И если бы следователь даже захотел остановить процесс, у него не получилось бы.

Но он не захотел. И я не захотела. А вот продолжить начатое, несмотря на боль в растревоженном ребре, захотелось неудержимо.

В целом картина вырисовывалась премерзейшая, господин Босх нервно курит в углу.

Бравые сотрудники ГАИ выполняли, как уже было установлено следствием, обязанности по бесперебойной поставке рабочего расходного материала. На дороге они стояли редко, чаще всего колесили по области, вылавливая бездомных. Когда они останавливались где-нибудь на привокзальной площади или возле рынка и заталкивали в старенький милицейский «уазик» очередного бомжа, окружающим и в голову не приходило заинтересоваться происходящим. Люди в форме грузят в машину бездомных – что тут удивительного? В городе чище будет.

Несколько дней назад они получили от своего криминального босса необычное задание: срочно выехать на московскую трассу, дождаться появления «Тойоты Короллы», номерной знак… и остановить ее. В машине будут женщина и ребенок. Женщину следовало ликвидировать и закопать в лесу, ребенка и машину доставить к боссу.

Уроды так и сделали. Но возиться с трупом женщины им не хотелось, к тому же утром с наркоплантации пришла очередная заявка на бомжа. Вот ребятки и решили слегка подкорректировать задание босса: бабу не убивать, а отправить на точку. Она все равно там подохнет, а мальчики денюжку получат – им ведь платили по факту, так сказать, поставки.

Наличие в «Тойоте» гигантского злобного пса оказалось не очень приятным сюрпризом, но больших проблем не доставило: короткая очередь из автомата – и нацелившийся в горло одного из скотов пес с визгом улетел в придорожный кювет.

На этом месте я не смогла сдержать слез. Бедный мой, бесконечно преданный до последнего дыхания Май! Ты спасал меня неоднократно, ценой собственной жизни спасал, но тогда тебя удалось вытащить, помощь пришла вовремя. А в этот раз ты остался умирать в одиночестве…

Один из тваренышей повез меня на плантацию, расположенную примерно в часе езды от места захвата. Второй сел за руль моей машины и доставил Нику к своему боссу. Дальнейшая судьба ребенка им неизвестна.

Опасливо оглядывающихся на меня паршивцев увели. Следователь вызвал на допрос того самого босса, тоже попавшего в невод ФСБ, и участливо посмотрел на меня:

– Мне кажется, вам на сегодня уже достаточно. Идите домой. Вас подвезут или вызвать машину?

– Нет, – просипела я, откашлялась и твердо произнесла: – Я никуда не уйду. Наконец-то удалось найти реальный след, возможно, сегодня я увижу свою дочь, и вы предлагаете мне пойти домой?! Если даже вы меня сейчас прогоните, я буду сидеть под дверью вашего кабинета до тех пор, пока не узнаю о судьбе Ники.

– Успокойтесь, никто вас не собирается прогонять, – следователь тяжело вздохнул. – Только, пожалуйста, сидите тихо, не вмешивайтесь в допрос. И убедительнейшая просьба – без рукоприкладства. Договорились?

– Попробую, – пожала плечами я.

– Хотелось бы твердых гарантий, – улыбнулся следователь. – Чаю хотите? Пока задержанного доставят, мы успеем немного подкрепиться. Хорошо, что всех фигурантов по этому делу перевели в Москву, иначе вам пришлось бы долго ждать.

– Давайте.

Давненько я не пила чай с сушками, забыла этот вкус, напомнивший о детстве. А еще горячая сладкая жидкость растопила кусок льда, застывший внутри от рассказа уродов.

Криминальный босс вопреки ожиданиям, рисовавшим здоровенного детину из породы Игорянов, оказался щупленьким плюгавым мужичонкой, напоминавшим злобного хорька.

И вонял он почти так же.

– Проходи, Соколик, садись.

И это – тот самый Соколик?! Какой он, на фиг, соколик, он – хорек.

– Зачем звал, начальник, мы же вчера виделись.

– Новые факты появились.

– Да откуда им взяться? – бандюганчик покосился в мою сторону. – От этой чиксы, что ли? Я ее в жизни не видел! На… мне старые уродины?

– Сдохни, тварь, – сквозь зубы процедила я.

– Что-о-о?! – начал подниматься хорек. – Ты что сказала…?

– Сидеть! – рявкнул следователь и укоризненно посмотрел на меня: – Анна, я же вас просил!

– Извините.

– Слышишь, начальник, пусть эта баба уйдет! – ощерился бандит. – Я при ней вообще говорить отказываюсь!

– А вы скажите, куда дели ее дочь, и она сразу же уйдет.

– Какую еще дочь? – крысиные глазки заметались по углам. Эх, кота бы сюда хорошего, он бы с глазками быстро разобрался. – Не знаю никакой дочери!

– Малышку, которую твои подручные привезли несколько дней назад, и чью мать ты поручил ликвидировать, но жадность подвела, и они продали ее на плантацию. Где, как видишь, она задерживаться не стала.

– Так весь шухер из-за этой…?!

– Нет, Соколик, из-за тебя. Внимательнее надо быть к подбору персонала.

– Козлы………………………………!

Бандюганчик бесновался минуты три, его никто не прерывал. Следователь скучающе смотрел в окно, я разглядывала наглядную агитацию на стенах кабинета. А материться, когда нет благодарных слушателей, неинтересно. Накал страстей постепенно превратился в пшик.

– Все? – полюбопытствовал следователь. – Или есть еще что сказать?

Хорек угрюмо молчал.

– Тогда начинай петь по сути. Где ребенок?

– У Гнуса. Это его заказ был, и на бабу, и на пацанку.

– Понятно. Гнус, значит. Так, посмотрим, – следователь защелкал по клавиатуре компьютера. – Ага, вот. Андрей Голубовский, сбежал больше года назад из белорусской колонии, находится в розыске. Анна, что с вами? Вы с ним знакомы?

Я смогла лишь кивнуть. В ушах зазвенел въедливый комар, сдавило грудь, стало трудно дышать. Хоть я и ожидала услышать подобное, но встретить это подобное спокойно не смогла.

Следователь нажал кнопку на столе, появился конвоир и увел хорька.

Продолжать беседу я при всем желании не могла. Стало совсем кисло, перепуганный следователь вызвал врача и позвонил Левандовскому.

До чего же противно быть такой дохлятиной! Мне сейчас особенно нужны силы, а они, силы, ведут себя совершенно по-свински. Завалились на бок в хлеву и выходить отказываются, отощали, видите ли, им необходимы отдых и пища.

Поэтому вместо меня к следователю с рассказом о бывшем муже пошла срочно прилетевшая из Германии Саша.

А у моей постели выставили охрану в лице Ирины Ильиничны. И пока спорить с ней было бесполезно.

Я и не спорила. Целых два дня. До тех пор, пока снова смогла удерживать себя в вертикальном положении.

К этому моменту никаких подвижек в поисках Ники, увы, не произошло. На Голубовском след обрывался. За Ириной же велось плотное наблюдение, люди Левандовского отслеживали ее переговоры по мобильному телефону. К сожалению, установить прослушку в квартире Алексея, где теперь обитала эта дрянь, не удалось, поскольку там постоянно кто-то был: если не сама Ирина, то ее домработница. Нет, не Катерина, какая-то незнакомая угрюмая тетка лет пятидесяти.

Все это не давало никаких результатов. Контакта с Гнусом выявлено не было. Видимо, после грандиозного отлова их подельников парочка затаилась.

Но зато с мертвой точки сдвинулось расследование гибели Алексея Майорова. Без подсказки генерала Левандовского эти дела вряд ли связали бы воедино, но, как только фигурантов стали трясти на предмет их участия в убийстве группы людей, сразу же обнаружился конец ниточки. Которая привела, к кому бы вы думали? Господа, аплодирую вашей прозорливости – разумеется, к Гнусу.