Конкурс Мэйл.Ру - Оксана Аболина

— Так IceGold — это не эстонский банк? — воскликнул я.

— Нет, они прикрывались названием, которое принадлежало не им. Сейчас им, собственно, это уже не важно, их теневая экономика стала легальной. Но Блэйк осторожен и не торопится раскрывать экономистам и политикам свои карты. Да, я забыл сказать тебе — когда я увидел Александра Блэйка, то сразу узнал его — это был тот самый мальчишка, которого мне не удалось убить в 2038 году…

В настоящее время Антарктида владела большей частью акций на все СМИ и Интернет-порталы, подкупала политиков по всему миру, руководила бизнесом и промышленностью развивающихся стран. А не так давно Александр Блэйк заинтересовался религией. Результатом этого интереса стали быстрое развитие экуменизма, слияние нескольких религий в одну, легализация сатанистских и прочих деструктивных культов практически во всех странах, организация сект, разрушающих мировые религии изнутри.

— В общем, эту сторону ты должен знать лучше меня, — сказал SolaAvis. Я кивнул. То, что он рассказал, было страшно. И это очень походило на правду. Зря я все-таки перестал смотреть новости, заботясь об эмоциональном и душевном спокойствии семьи.

— Знаешь, мне понятно, почему идет война против христиан, но почему в этом дурацком конкурсе лидирует эта девочка (она, кстати, теперь у нас живет) — я кивнул в сторону коридора — Цыпочка?

— Это-то как раз просто, — сказал Одинокая Птица. — Валентинов — сатанист, и не последнего десятка. Его таким образом рекламируют на Мэйле. Через пару месяцев он будет возглавлять портал.

— А Хакер? Ты знаешь — он отрекся от тебя и меня. Он очень странно себя вел в последнее время.

— Я знаю, — ответил устало SolaAvis. — Это я знаю. Хакер оказался слишком слаб. Он предал нас и стал работать на Блэйка-Мундо. Хакеру долго не жить, он будет казнен. — неуютно и мутно стало мне от этих слов.

— Не следует человеку решать, кто достоин жить, а кто нет, — возразил я. Одинокая Птица ничего не ответил на это. Затем посмотрел внимательно на меня и сказал:

— Ну что, Скиталец, поговорили, и буде. Нам с тобой пора отправляться в путь. Вещи не берем. Одевайся.

ЧАСТЬ ШЕСТЬДЕСЯТ ПЕРВАЯ

— Стоп-стоп-стоп, — возразил я. — Что значит «одевайся»? Куда ты хочешь меня забрать? А Дашка, дети, Цыпочка — надеюсь, ты о них не забыл?

— Я этого ожидал, — вздохнул SolaAvis, — Давай не будем впадать в эмоции, Скиталец, а быстро и правильно расставим в голове приоритеты. У меня в гараже на Крестовке оставлена «Русалка». Как тебе, вероятно, известно, в ней только два места. Максимальная грузоподъемность — 250 килограммов. Я не могу взять пять человек. Только одного. Одного, понимаешь? Я могу отвезти тебя в Норвегию. Там есть хорошее укромное местечко, где ты сможешь перекантоваться до весны, а дальше — что-нибудь придумаем. И я считаю, что ехать должен тот, кому грозит наибольшая опасность. То есть ты. И не надо играть в дешевое благородство — Цыпочка мне никто, и спасать ее я не намерен. А твоих, при оказии, кто-нибудь из наших к тебе подбросит.

Я слышал о «Русалках». Одинокая Птица говорил правду — они были рассчитаны всего лишь на двух пассажиров. Разработал аквафлайеры — перемещающиеся по воде на воздушной подушке, а под водой — на реактивной тяге — изобретатель-самоучка Павел Русаков. Появились они в обиходе несколько лет назад, стоили очень дорого, распространения потому широкого не имели, но вызвали одним существованием массу проблем. Конечно, крупную контрабанду на них перевозить было нельзя, но небольшие партии наркотиков перемещались теперь через границу под водой. Отследить аквафлайеры было практически невозможно. Я видел их несколько раз в акватории Финского залива, где на них гонялись-развлекались детки миллионеров, но никогда не думал, что у меня будет возможность прокатиться хоть раз на такой вот «Русалке».

— Я не могу, — сказал я. — Что хочешь делай, но я не могу бросить семью. Как они без меня управятся? Цыпочку убьют. Дашку затаскают как укрывательницу преступника… или как там они меня еще назовут. А я буду отсиживаться в укрытии? Сатанисты, сам понимаешь, будут распоясываться больше и больше. Я, правда, не могу. Извини, ты выдернулся из-за меня из своих важных дел, я подвел тебя с Хип… с Пастухом, мне жаль, безумно жаль, что он погиб, я в огромном долгу перед ним и тобой, но я не могу, честное слово, лучше погибнуть, чем так…

Похоже, SolaAvis меня понимал. Возможно, он и не предполагал, что я отвечу иначе. Он на пару минут задумался. Я не тревожил его и ждал, что он скажет. Я был уверен, что он знает альтернативный выход. И, похоже, такой выход был.

— Сколько весит каждый из твоих? Только поточнее, пожалуйста, — спросил он.

— Я — 80, Дашка — 60, Длинноухий — 25, Цыпленок — 10. Цыпочка — не знаю, но примерно как Дашка.

— Хорошо, — сказал SolaAvis. — Есть такой вариант. Я отвезу твою семью в Чумной Форт, там находится наш склад. Жена возьмет младшего на руки. Старшего придется закрепить ремнями, как груз за сиденьями. Без синяков не обойдется, но жив останется. Через два часа я возвращусь за тобой и девчонкой. Ей тоже придется залезть за сиденья, места там мало, ей придется пережить не самый приятный час в своей жизни. Из форта вас заберут в Норвегию при первой возможности. Такой вариант тебя устроит, Скиталец? Но, учти, тебе придется забыть о существовании склада в Чумном Форту до конца твоей жизни.

ЧАСТЬ ШЕСТЬДЕСЯТ ВТОРАЯ

— А как же буря? — спросил я обеспокоено. — Насколько безопасно плыть на «Русалке» в заливе в такую погоду?

— Примерно так же, как в автобусе на Невском проспекте, — спокойно ответил SolaAvis. — Об этом ты можешь не беспокоиться. Под водой плыть в бурю — то же, что и в мертвый штиль. Не волнуйся. Через два, максимум три часа я вернусь.

— Подожди, еще один момент, — остановил я Одинокую Птицу. — Я ранен и не уверен, что дойду до Крестовки. Во всяком случае, мне на это потребуется время. Может, мы с Цыпочкой выйдем вместе с вами, чтобы постараться успеть к гаражу к твоему возвращению?

SolaAvis нахмурился.

— Нет, не надо, — сказал он. — Оставайтесь дома. Я проведу «Русалку» до Карповки, оставлю у монастыря — там нет, правда, гаража, но спереть ее все равно не смогут. Она настроена на мой личный код и отпечатки пальцев. А до монастыря если не сумеешь дойти, донесу тебя как-нибудь. Но тогда мне лучше поторопиться, чтобы успеть вернуться до того, как станет светло. Буди своих. Весы есть? Хорошо бы все-таки уточнить вес каждого.

Я разбудил своих. Дашка сразу, почти без слов, сообразила, что не время для раздумий и решений — надо быстро одеваться и отправляться, не позавтракав, в путь. Одинокая Птица, видно было, произвел на нее сильное впечатление. Все взвесились. Вес Цыпочки оказался несколько больше, чем я ожидал — 65 кг.