Северная верность - Анна Ольшанских

принятие решения на судью, и ждать очередной гадости от такого ушлого друга. Если он смог купить нужных людей сейчас, то что ему мешает это сделать в заточении. Рука сама не глядя вывела на листке слово “коррупция” и поставила рядом жирный крестик. Мозг быстро забыл о рефлексии и начал генерировать основные тезисы по такой вредной проблеме, как взяточничество. Избавиться от нее совсем, на мой взгляд, невозможно, в том числе и потому, что некоторые продаются не в связи с тем, что не хватает им чего-либо, а, так сказать, за идею и от непроходимой глупости. Думает какой-нибудь ретивый гвардеец-идеалист: ”Не разделяет император моих взглядов на управление империей, пропущу на бал стрелка, пусть он его застрелит.” А потом начинает хаять политику следующего власть имущего, который хуже предыдущего раз в десять, и лучше бы уж правил тот, привычный, он, оказывается, был очень даже ничего, и все в таком духе.

Лорды-советники отреагировали на меня достаточно сдержанно, и я, честно говоря, внутренне готовилась к какой-нибудь пакости от них. В приемной императора, да и на Совете мне приходилось разыгрывать из себя эдакую незнакомую со светской жизнью простоватую северянку, получившую хорошее образование, но при этом недалекую, вроде и дурой не назовешь, но и умной тоже, почаще хлопала ресницами, благо они у меня были густые, длинные и подкрученные, безмятежно улыбалась и время от времени переспрашивала у собеседника, о чем он спросил. В целом, как я поняла, знать относилась ко мне снисходительно, решив, что император очаровался внешностью, зато курьеры уважали, ведь с документами у меня было все в порядке, и они ещё ни разу не получили нагоняй от начальства по этому поводу. Вспомнишь о посетителях, они и появятся. В приемную зашли трое курьеров, занесли целую кипу проектов законов и поправок к ним. Честное слово, больше всего я не любила именно эту часть своей работы. Со всеми этими бумажками нужно было ознакомиться, а зачастую, законодатели выдумывали такую околесицу, что диву даёшься, внести свои правки, комментарии, написать альтернативные варианты решения тех или иных вопросов, и это не считая того, что их нужно ещё регистрировать, и лишь после этого передать Дамиану. Хоть домой с собой бери. А я ведь уже соскучилась по своим тренировкам. Ещё через десять минут пришла служанка с букетом цветов в вазе и запиской, торчащей среди цветов. Я кивнула на журнальный столик, и вернулась к изучению документов. Ещё через пятнадцать минут к императору прошли Крис и Тьян, а через двадцать минут вышли обратно. Себастьян, как обычно, начал несли какую-то чушь, то и дело поправляя очень красивые запонки на белоснежной рубашке, размахивая руками. У меня же перед глазами стоял текст последнего просмотренного документа, и я все прокручивала и прокручивала его в голове, пытаясь понять, что мне в нем не нравится, поэтому, что говорил Тьян, я не слышала. Зато выражение его лица видела прекрасно, и оно сначала сменилось на капризно-обиженное, что мол я не уделяю ему внимания, а потом на заинтересованное. Отвлёк его букет, до которого мне было недосуг добраться. Букет был хорош, карточка из тонированного плотного картона в бумажном конверте тоже чудо как хороша, ароматизированная, с тисненными золотыми вензелями, от лорда Конелла. Этот внешне приятный мужчина собственноручно подписал карточку, в которой быстрым, разборчивыми, аккуратным, но слегка размашистым почерком со значительным наклоном вправо сообщалось, что лорд Джошуа Конелл рад знакомству, очарован, верен, предан, готов в любое время дня и ночи, если понадобится его помощь и так далее, и тому подобное.

Я громко вздохнула.

— Себастьян, Кристиан, я думаю, мне нужен будет помощник.

— Помощник помощницы императора? — С каменным лицом сыронизировал Крис.

— Думаю помощник императрицы будет звучать немного получше, а ещё лучше доверенное лицо императорской четы. Ммм, как вам?

— Дамиан этого помощника при любом взгляде в твою сторону испепелит. — Проворчал Тьян, опираясь бедром на мой стол. — То есть тебе нужно подобрать кандидатуру?

— Всё верно. Он должен быть молод и хорош собой, не женат, умен, образован… Что там ещё нужно? Конечно же, достоин доверия, и он должен дать магическую клятву. Желательно, чтобы он имел благородное происхождение, но из какого-нибудь обедневшего рода из провинции. У меня на него очень большие планы.

Лорды-руководители внешней и внутренней разведки очень подозрительно переглянулись, явно прикидывая сколько проживет этот счастливчик, а потом уставились на стоявшего в дверях императора. Взгляд его был чернее грозовой тучи.

, Дамиан, только не ревнуй, ради всех Богов! — Я всплеснула руками, отчего кресло крутанулось из стороны в сторону. — Мне он нужен исключительно для служебного пользования и никак не для личного.

— Расскажешь? — Не то спросил, не то приказал супруг, проходя в приемную и усаживаясь на диван. Урка тут же соскочил с подоконника, запрыгнул на диван и устроил голову на коленях у монарха.

— Конечно, только позже. Сейчас лучше скажи, кто у нас занимается церемонией, я бы хотела уточнить кое-какие детали, а также кто занимается организацией народных гуляний.

— Министр культуры будет у тебя чуть позже, он сейчас занят моими поручениями. Церемонией занимается статс-дама, леди Иветта Гольштейн. Благородная вдова, прекрасно знающая этикет и традиции, но ты права, проконтролировать её не мешает, она в очень почтенном возрасте.

— Что-то никак не могу вспомнить, я могла её где-то видеть? — Я нахмурилась перебирая в памяти, кого я видела во дворце, и с кем успела познакомиться.

— Вряд ли. Она прибыла вчера по моему приглашению.

— А как все это время двор обходился без статс-дамы? — Моему удивлению не было предела. — Это выходит, что все придворные рыбки были предоставлены сами себе? Неудивительно, что здесь был такой бардак с поведением незамужних леди. Ну ничего, с этим как-нибудь разберемся.

Дамиан в ответ лишь философски пожал плечами и глубокомысленно заметил:

— Как-то обходились. Мне, честно говоря, было не до них. Объявление о предстоящей свадьбе и коронации уже разослали вместе с приглашениями по империи и за её пределы. — Перескочил он на тему грядущей свадьбы.

— А как объясним такую абсолютно неприличную спешку?

— Меры безопасности.

— Ладно, с вами, конечно, сидеть хорошо, но у меня ещё много дел. — Крис размашистым шагом вышел из приёмной оставив дверь открытой.

— И невеста неприрученная, — вполголоса хмыкнул Тьян, пытаясь обмусолить мою руку. Руку пришлось силой выдергивать из его лапищи. Этот шут состроил оскорблённую мордашку и пошёл догонять Кристиана, который уже из коридора проворчал, что всё слышит. Не успели двери закрыться, как раздался вежливый, но при этом настойчивый стук. Я удивленно посмотрела на мужа, мол,