Кодекс Охотника. Книга XI - Юрий Винокуров

им не прочитать. Или тебе напомнить случай, как он месяц с нами говорил на несуществующем языке, и потом признался, что хотел придумать свой. А мы должны были стать первыми его носителями, после него.

— А вдруг все это правда?

— Знаешь что! — в этот раз точно не выдержал Седой, и подошел к другу. — Хватит на тебя переводить пойло, кажется, ты тупеешь от него.

Тихий уже зажмурился, и закрыл голову руками, дабы не пострадать от подзатыльника. Однако время шло, а удара не последовало.

— Чет… эт… с тобой? — не понял он, что творится с его другом, когда открыл глаза.

А Седой стоял с широко открытыми глазами, и смотрел перед собой, и казалось, даже не дышал.

Тихий понял, что у него за спиной находится что-то страшное, и опять зажмурился, боясь даже пошевелиться.

— Тихий… — прошептал Седой. — Подземный бог существует… И он мне сейчас улыбнулся… Старик был прав… Я все осознал… Мы не тем в жизни занимаемся…

Таким образом у Одина, который подмигнул и улыбнулся человеку, появился первый в этом мире жрец, который продвигает его религию. Религию Крысиного Бога с эмблемой Одноглазого Самурая на одежде.

* * *

Как же все это унести так, чтобы не подорвать часть города? Конечно, позвать Одина. Он обрадовался, что нужен мне, и примчался, при этом сидя на дикой разломной лисе. Лиса была немаленькой, и с легкостью выдержала его вес. Еще она была достаточно умной, чтобы выполнить все его команды.

— Прибыл! — поклонился он мне.

— Ты был очень быстр, молодец! — услышал он от меня хвальбу, и обрадовался ей.

Один получил полный доступ в мое хранилище и приказ, пока Шнырька таскает сюда, он отсюда на склад.

Я все ждал, что он скажет, мол, эту задачу не выполнить ему одному, но нет. Только кивнул, а затем стал ходить и примеряться к ящиками и мешкам. Первыми он призвал крыс. У него, понятное дело, они были на первом месте.

Крупные крысы прибыли, и сразу начали таскать на своих телах всякие мешки одним живым потоком. Словно эти мешки кинули на живой ковер.

Что было дальше, я уже не стал смотреть, так как мне здесь уже не было смысла находиться. И так без меня все нормально сделают. Вместо этого я отошел на некоторое расстояние, и вылез из люка, ведущего на поверхность.

— Мужик, ты чего? — опешил прохожий.

— Я? Да так, заблудился, — ответил ему, отряхиваясь от грязи.

Быстрая работа руками мне не помогла, и я выглядел тем еще… В общем, совсем не аристократом. Пришлось поймать машину, и доплатить за чистку салона.

Дальше в отеле быстро переоделся в представительские шмотки, и вот он я — Александр Галактионов, стою и жду свой “Буревестник”, который отвезет меня сегодня на мой первый аукцион.

Надеюсь, там тоже будет весело.

Бывшая территория Торгового Квартала Истребителей Монстров

Ныне — земля Рода Галактионовых

г. Петербург

— Здравия желаю, господин майор!

Всеволод, услышав знакомый голос, обернулся. Его морщинистое лицо расплылось в улыбке.

— Приветствую, бывший капитан. Как и я — бывший майор.

Он сделал два быстрых шага, и сгреб немаленького Потапа в свои медвежьи объятия.

— Рад видеть тебя, Волчара! — прогудел ветеран, крепко прижимая старого товарища к себе, и хлопая его по спине. — Не забыл старика?

— Старика? — прохрипел Андрей, сжимаемый в объятиях. — Тебя, Карат, даже смерть, похоже боится. Отпусти меня уже, дуболом старый!

Всеволод отстранил Волка от себя, но придерживал за плечи, улыбаясь.

— Никак Одинокий Волк на пенсии превратился в Сторожевую Дворняжку?

— Ой, иди в жопу, Сева, — ответил Волк бывшему сослуживцу. — Я всё еще смогу тебя уложить на обе лопатки.

— Мечтай-мечтай! — засмеялся Всеволод, и тут же изобразил обиду на лице. — Значит, ко мне идти ты отказался, а к аристо побежал, теряя тапки?

Волк ни капли на него не обиделся, лишь усмехнулся.

— А ты видел этого “аристо”?

— Да уж, насмотрелся, — кивнул Карат.

— И как он тебе?

— Чертовски сильный и уверенный в себе молодой человек!

— А еще я ему жизнью обязан, — промолвил Потапов.

— Ну-у-у, это серьезно… — задумался Всеволод. — Контракт насколько? Хочешь, я выкуплю? Свои люди — сочтемся.

Волк оскалился, стянул тактическую перчатку с руки, сжал ее в кулак, и приблизил к лицу старого друга.

— Ну, нихрена себе! — у Всеволода округлились глаза. — Да ладно?! Тебя приняли в Род?

— Как видишь, — хмыкнул Потапов, и снова надел перчатку.

— Нет, я знаю, что ты хороший боец, Волк. Но принять в Род? У них настолько все плохо?

— А в глаз? — ласково поинтересовался Потапов.

— Не надо, шучу я.

— Плохая шутка, — без улыбки покачал головой Волк. — А еще посмотри на нашу снарягу, и сам мне скажи, как у нас дела.

Всеволод цепким опытным взглядом пробежался по Потапову, затем рассмотрел гвардейцев Рода Галактионовых, и присвистнул.

— Неплохо-неплохо!

— Ха-ха! — засмеялся Волк. — Преуменьшаешь, друг мой! Все просто отлично! У всей моей сотни снаряга лучше твоей, старый жмот! И это ты еще нашу технику не видел!

— Волчара, не наезжай! — скривился Всеволод.

— А я не наезжаю! — парировал Волк. — Я просто констатирую факт.

— Всё, сдаюсь! — шутливо поднял руки старый боец. — Пост сдал — пост принял?

— Не торопись, — улыбнулся Волк, и схватив здоровяка под руку, потащил в сторону. — А расскажи-ка мне, как вы тут живете в столице, какие перспективы и твои планы на будущее?

— Так, я не понял! Ты меня вербуешь, что ли? Нет, вы парни ушлые, но боюсь, на нас денег у твоего господина не хватит!

Волк серьезно посмотрел на Всеволод.

— Во-первых, он мне, скорее, друг, чем господин. Во-вторых… — Потапов лукаво усмехнулся. — Сколько у Сани денег, знает только он сам. Но это неточно…

— Последний вопрос. Ты ему веришь?

С лица Волка мгновенно слетело добродушное выражение.

— Помнишь, что ты сказал мне, когда я твою тяжеленную тушу из-под Кандагара три дня вытаскивал, после того, как мы в засаду попали, и вся наша группа полегла?

— Конечно, помню. Как такое забыть. Ты же последних британских коммандос в буквальном смысле зубами рвал! Я сказал: “Сильно сомневаюсь, дружище, что в этом мире есть кто-то более отмороженный, чем ты!”

Волк кивнул.

— Так вот, ты ошибся, брат. Я нашел такого.

Глава 16

На аукцион я подъехал с шиком. В то самое время, когда большинство людей здесь использовали транспорт представительского класса. Пусть оно тоже было бронированным и артефактным, но явно послабее военной техники.

Смешным был момент, когда к нам подбежал растерянный парковщик, и протянул руку, не понимая, что ему делать. По