Охота на бабочек - Нора Робертс

— Столько лет не вспоминал о том деле!.. Я все проверю. Вы подозреваете Стайнбергера в убийстве Харрис?

— Подозреваю. Готова поспорить: если он убил мою жертву, то и вашу тоже.

— Каков подонок!

— Вот и я о том же.

Ева поговорила еще с несколькими копами, сделала кое-какие записи и снова выпила кофе. Вошел Рорк и смерил взглядом кофейник на столе. Потом сходил на кухню, принес бутылку воды и сказал:

— Хватит с тебя кофе, лучше попей воды.

— Ты что, кофейная полиция?

— Ну нет, ведь тогда тебе пришлось бы всю жизнь обходиться без кофе. Я тут обнаружил парочку интересных операций. Одна из них — перевод денег со счета некоего Б.Б. Джоэля — под этим именем скромно укрылся наш приятель Стайнбергер.

— Биг-Бэнг Джоэль? Не может быть!

— Не особо умно, но Б.Б. платит налоги, как примерный мальчик. В день смерти Анжелики Колфилд он перевел двадцать тысяч на счет, открытый незадолго до этого на имя Вайолет Холмс.

— В тот же день?

— Да. А тело обнаружили только на следующий день.

— Мера предосторожности — он заранее озаботился алиби. Погоди-ка! — Ева бросилась к компьютеру и запросила нужные файлы.

— На тот момент Холмс была восходящей звездой — юная, свежая, получившая первую главную роль. Стайнбергер и «Биг-Бэнг» сделали из нее настоящую знаменитость. Где-то между своими женитьбами Стайнбергер крутил с ней роман.

— Ее яхта стоит возле того причала, где обнаружили машину Аснера. Пибоди и Макнаб нашли четырех возможных кандидатов, у которых были знакомые с яхтами. Стайнбергер — среди них.

— Холмс и Стайнбергер прожили вместе несколько месяцев, — добавил Рорк. — А потом решили остаться друзьями.

— Настолько друзьями, что он знает, где она держит яхту, и умеет ею управлять.

— Я ничуть не удивился бы этому. На следующий день после смерти бывшей жены со счета Б.Б. Джоэля сняли крупную сумму.

— А откуда на этом счету берутся деньги?

— Выясняю. Открыв счет, Стайнбергер делал небольшие вклады, тысяч по пять. Это началось за два года до предполагаемого самоубийства его компаньона. Потом добавлял еще, но никогда не более десяти тысяч за раз. Он и сейчас пополняет счет. Возможно, для него это эдакая кубышка, откуда удобно брать на мелкие расходы. Хочешь утаить немного деньжат от своего бухгалтера? Клади по маленькой.

— Он ведет насыщенную светскую жизнь — влияние и слава, друзья-знаменитости и отдых на лучших курортах. Но это лишь на первый взгляд. Возможно, Б.Б. Джоэль предпочитает кое-что поинтереснее. — Ева обернулась и посмотрела на обе доски. — Пора связать их воедино, чтобы убедить Уитни и прокурора.

— Уже за полночь, — напомнил ей Рорк. — Кому ты собралась звонить?

— Пибоди. С утра мы проведем совещание с Уитни, а если получится, то и с Рио, Мирой… — она умолкла и задумчиво посмотрела на него.

— С утра я планировал предпринять кое-какие шаги к мировому господству, но…

— Что ты, кто посмеет встать у тебя на пути? Просто направь все материалы Фини, ладно? Пусть подключается вместе со своим юным напарником.

— Хорошо, все перешлю.

Когда Ева дозвонилась, видео было заблокировано. Некоторое время слышалось лишь прерывистое дыхание, потом напарница хрипло буркнула:

— Пибоди.

— Найди мне Вайолет Холмс, — приказала Ева.

— Чего? Кого? А, да. Так точно.

Ева сделала вид, что не услышала звуков возни, сонного мужского бормотания и тихого протяжного вздоха.

— У Холмс есть яхта, узнай ее местонахождение. В восемь ноль-ноль — совещание. Будь там вместе с Макнабом.

— Ладно. Чего… прошу прощения, мы только что…

— Мне нет дела до того, чем вы только что занимались! Один намек — и получишь дисциплинарное взыскание. Холмс, совещание. За полчаса будь у меня в кабинете, проведу инструктаж.

— Есть.

— Удачи с яхтой.

— Спасибо.

— Возвращайся к своему «только что», — велела Ева и отсоединилась.

Остальным участникам совещания она разослала уведомления, а звонить не стала.

— На тот случай, если они тоже «только что»? — спросил Рорк.

— Ты о чем?.. Нужно как следует все проработать. Я почти закончила.

— Я тоже, Фини останется лишь принять пас.

— Спасибо! С меня причитается.

Рорк рассмеялся и поцеловал ее в макушку:

— В другой раз, дорогая Ева. И пожалуйста, хватит на сегодня кофе.

Ева подождала, пока он уйдет в кабинет, и закатила глаза. Но все же налила себе воды.

18

Когда Ева скользнула под одеяло, Рорк притянул ее ближе и погладил по спине.

— Ш-шш, — прошептал он. — Обними меня и засыпай.

Еву била мелкая дрожь. Она прижалась к нему покрепче и замерла.

Перед тем как лечь, Рорк разжег камин. Теперь огонь почти догорел, однако на стенах еще лежали алые отблески света. Тихо, тепло, уютно. Именно таким он хотел бы сделать и ее сон.

Но и во сне Ева продолжала крепко держаться за него, словно пытаясь отгородиться от кошмаров. Рорк коснулся губами ее волос, надеясь, что напряжение спадет, а видения и страхи растают без следа. Не открывая глаз, он гладил жену по спине широкими, успокаивающими движениями.

В темноте свернувшаяся в клубочек Ева казалась очень хрупкой. Но Рорк понимал, что это далеко не так. Его Ева сильная, здоровая и крепкая. Ему не раз доводилось видеть, как она держит удар и как бьет сама. Пришлось даже испытать это на себе, поэтому он был уверен, что сил у нее предостаточно.

Он ухаживал за ней, когда ее ранили, и знал, что на ней все заживает быстро. Его Ева живучая и упрямая — настоящий коп.

И все же глубоко внутри крепкого, натренированного тела она была хрупкой и беззащитной и наверное, останется такой навсегда. Ему отчаянно хотелось защищать, утешать, оберегать ее от любых ударов и ссадин.

Он гордился ее силой, но еще больше ему нравилась ее беззащитность. Когда он думал о ней, его захлестывала безграничная любовь и нежность.

При всей необузданности своих желаний и готовности осуществить их любыми средствами, Рорк даже не мечтал, что такая, как она, будет ему принадлежать. И не подозревал, что сможет настолько сильно измениться ради нее.

А сейчас он чувствовал, как она понемногу расслабляется, и надеялся, что грезы унесут ее в такое место, где нет ни ударов, ни ссадин. И сам он тоже поплыл вслед за ней, обняв и закрыв своим телом, как щитом.

И когда она подняла лицо, их подхватила другая греза, не менее легкая и приятная, чем отблески угасающего пламени на стенах.

С его губ сорвалось несколько ирландских слов.

Некоторые слова Ева знала; он произносил их раньше. Но теперь было в них нечто большее. Рорк всегда давал ей много. Теперь он дарил ей нежность, а она даже не догадывалась, что именно нежность ей сейчас нужнее всего. Когда она не справлялась в одиночку, он напоминал ей, что они — одно целое.

Легкие прикосновения рук и губ, медленные и неторопливые движения; терпение и любовь слились воедино, словно судьбы.

Все тяготы и тревоги, преследовавшие ее и во сне, схлынули в никуда. Осталась лишь приятная тяжесть его тела и возбуждающий вкус его губ.

Ева плыла в потоке ощущений, то лениво вздымаясь вверх, то грациозно опускаясь вниз в такт волнам. Она дышала им, как воздухом, отвечала на его легкие прикосновения. И ничего на целом свете не имело значения. И ничего не существовало, только они вдвоем.

Когда она раскрылась, он вошел в нее. Когда он вошел, она обхватила его изо всех сил.

Они двигались в танцующих отблесках огня, затопленные безграничной нежностью, и на глазах у Евы выступили слезы.

— Я люблю тебя, — обессиленно прошептал Рорк, прижавшись лицом к ее плечу. — A ghra. A ghra mo chroi [3].

— Люблю, — вздохнула она, достигнув пика наслаждения и чувствуя себя легкой, как перышко в бездонной выси. — Люблю… — Она положила руку на его щеку, а он сжал ее запястье.

Ева уснула в тепле и уюте. Рорк спал рядом с ней.

Когда она проснулась, солнце светило вовсю, а Рорк сидел в спальне и пил кофе. Держа на коленях кота, он просматривал на экране финансовые отчеты. Он давно успел одеться в великолепный, но строгий костюм, в котором выглядел как бог делового мира.

Судя по всему, Рорк встал по крайней мере час назад и уже успел заняться делами своей империи. Значит, он больше не беспокоится за нее.

Ева посмотрела на часы, заворчала, скатилась с кровати и отправилась в душ. Стоя в сушильной кабинке, она закрыла глаза и наслаждалась теплыми потоками воздуха. Пора включать голову.

Но разве можно включить голову, не выпив кофе?

Она сняла халат с крючка на двери и вошла в спальню, на ходу продевая руки в рукава. Сделав кофе, жадными глотками выпила первую чашку, повернулась к мужу и снова внимательно оглядела его.

— Доброе утро.

— Она говорит!