Кольцо с изумрудом - Мэй Макголдрик

– Помогите мне, пожалуйста! Кажется, я отбила себе все на свете.

В этот момент пол резко накренился, и Элизабет заскользила по нему, отчаянно пытаясь ухватиться за что-либо руками. Хоть за что-нибудь! Но, увы! Момент спустя раздался грохот – это Элизабет врезалась в дальнюю переборку, ту самую, где она была перед этим погребена под обломками мебели, утвари и вывалившегося из корзины белья.

Эмрис дотянулся до нее и попытался вытащить на свободное пространство.

– Э-э, милорд, поаккуратнее! Этак вы вытряхнете из меня всю душу. Из желудка вытряхивать уже нечего.

Он попробовал взять ее иначе.

– Послушайте! Руки прочь! Сейчас не до заигрываний!

Эмрис убрал руки. Элизабет попыталась сама дотянуться до него, но ей мешала свалившаяся на нее груда вещей.

– Где вы? – спросила она в темноту.

– Угадай, моя хорошая!

Что тут угадывать, когда тебя гладят по бедру?

– Ты ведь хочешь меня, правда?

– О! Милорд, я так рада, что вы пришли спасти меня!

Ей наконец удалось определить его местонахождение. Эмрис почувствовал, что она крепко вцепилась в его плечо. Тут корабль резко тряхнуло, и в следующий момент Элизабет оказалась прижатой к сидящему на полу шотландцу. Голова ее упиралась ему в подбородок.

– Миледи! Если вы действительно собираетесь выбраться отсюда, то это совсем неподходящий способ, – хрипло пробормотал он. – Я ничем вам так не смогу… – еще один толчок корабля опрокинул Эмриса на пол, а Элизабет, крепко державшаяся за его плечо, свалилась на него сверху, – …помочь.

– В самом деле? – невинным голосом спросила она, пытаясь вытащить из-под него застрявшую ногу. – Знаете, Эмрис, я думала, что уже никогда отсюда не выберусь. И тут вдруг появились вы!

Тут сзади опять загремели ящики и корзины, перемещавшиеся от качки по полу. Элизабет прижалась теснее к Эмрису.

– Хотя мне начинает казаться, что мы можем и вовсе отсюда не выбраться. Мы не потонем, как вы думаете?

– Не исключено.

– Так мы можем погибнуть? Утонуть? Вы это серьезно? Господи, а где Джеми?

– Ну, сейчас все пассажиры находятся на верхней палубе. Джеми я видел в полной безопасности на руках у купца и его жены.

– А моя сестра?

– Она тоже наверху, как и все остальные. – Эмрис передвинулся за спину Элизабет и нащупал на полу скобу, за которую можно было уцепиться.

– Мы что же, одни здесь?

– Да, последние.

Корабль опять качнуло, но теперь Эмрис сумел удержать их обоих на месте.

Пол сильно накренился, и Элизабет оказалась в объятиях Эмриса. Тело ее оказалось плотно прижатым к его могучей груди, голова упиралась в подбородок.

От страха или от чего-либо еще, но все чувства Элизабет обострились. Она вдыхала солоноватый морской воздух, слышала завывания штормового ветра, чувствовала тепло рук Эмриса, сомкнувшихся вокруг нее защитным кольцом. Ей было тепло, надежно и уютно, она чувствовала себя, как в гнездышке, прижатая к сильному мужскому телу. И это было восхитительно, это действовало одурманивающе. Неизвестно зачем, она прижалась губами к его коже, солоноватой от морской воды. Просто она вдруг почувствовала необходимость дотронуться до него, коснуться. Элизабет нащупала руками вырез рубашки и стала гладить поросшую волосами мускулистую грудь.

– Как это здорово, когда ты боишься!

Эмрис наклонился к ее губам, и Элизабет опалил жар горячего страстного поцелуя. Проникнув внутрь ее рта жаждущим языком, он принялся ласкать ее. Она с удовольствием отвечала ему тем же. Ей казалось, что все происходящее совершенно естественно. Совсем недавно, только сегодня днем она поняла, как он ей необходим, как она жаждет его. Это произошло, когда Мэри рассказывала о встрече с Гэвином на набережной, а она подумала, что речь идет об Эмрисе Макферсоне.

Сейчас, под шум бьющихся о борт корабля волн, в окружающей их со всех сторон темноте, она неистово желала его. Весь ее привычный, прочный мир как будто исчез, растворился во мраке штормовой ночи. Она чувствовала себя в другом мире, в другой реальности, и этот непонятный и загадочный мир качал ее на своих волшебных волнах и с каждым мигом уводил за собой все дальше и дальше.

Она хочет его, и ничто не помешает ей осуществить свое желание.

Элизабет нащупала в темноте тесемки его рубашки и начала развязывать их, в упоении лаская теплую кожу.

– Ты меня хочешь? Ты так хочешь?

– Да, Эмрис, я хочу тебя.

– И ты не убежишь? Не повторится все как в первый раз? Элизабет! Мое условие – не останавливайся!

– Принимаю твое условие, – прошептала она, приникнув губами к его телу.

Эмрис, держась одной рукой за спасительную скобу, другой помог ей освободиться от камзола. Он тоже уже уплывал на волнах страсти в мир желаний и неги. Ему, безусловно, эта незнакомая Элизабет реальность была хорошо знакома. Но где-то в глубине его сознания всплыла неожиданная мысль, что такие острые ощущения, как сейчас, он испытывает впервые. Они двое ведь уже были на грани таких отношений и раньше. Были близко. Но сейчас все обострилось. Их потребность друг в друге была столь настоятельной, столь необходимой обоим! Может быть, это из-за странной обстановки. Или, может, просто пришло их время. А может быть, их вдохновил бурный шторм и свист ветра.

Ему хотелось почувствовать, как она, обнаженная, прижимается к нему мягким податливым телом. Эмрис стянул с нее рубашку, но под ней оказался еще тугой корсет со множеством застежек. Он рванул на себя тугую материю, и в тот же миг в его руках оказалась трепещущая, вырвавшаяся на свободу, полная и упругая женская грудь.

Рука Элизабет скользнула вниз, запуталась на мгновение в складках шотландской юбки, но добралась до вожделенной цели. Она с нежностью погладила шелковистую кожу его возбужденной плоти.

– Элизабет! Как я мог позволить тебе тогда убежать! – выдохнул он. – Я без ума от тебя!

Она сжала руку сильнее и с удовольствием услышала ответный вздох наслаждения.

– Возьми меня, Эмрис Макферсон! Сделай своей! Ведь мы можем умереть сегодня.

Окружающий мир как будто перестал существовать для них. Они не слышали уже ни ударов волн, ни гула ветра. Эмрис перекатился и оказался сверху.

– Мы не умрем, моя милая. Я не позволю нам умереть. У нас с тобой еще столько нерастраченной страсти! Эмрис склонился над ней и, убрав в сторону висевшее на цепочке кольцо, начал нежить и ласкать ее полные груди. Он целовал бутоны ее сосков, которые словно бы сами тянулись навстречу его горячим губам.

Его рука скользнула по животу Элизабет, замерла на мгновение на шелковистом треугольнике волос и проникла во влажное лоно. Она прижалась к нему сильней, ей хотелось идти ему навстречу, отдаваться ритмичным мягким поглаживаниям. Голова кружилась от наслаждения.