Войны некромантов - Андрей Дашков

6

Имперский следователь Филипп Павлиди был огорчен. Он сидел в пустой приемной губернаторского дворца и от нечего делать тренировался, воссоздавая в памяти картинки прошлого. В пространстве еще оставались слабые, едва уловимые следы искажений, внесенных людьми и предметами. Надо было только уметь прочесть эти следы.

Господин следователь умел.

Например, он узнал, что на стене, над отсутствующим столом отсутствующего за ненадобностью секретаря когда-то висел портрет первого императора, и даже различал туманные контуры человеческой фигуры. А вот с секретарем уже было посложнее. Любое движение вносило неопределенность в воссоздаваемый облик. Вместо человека господин Павлиди мог узреть лишь размытое облако, в котором изредка возникало что-то похожее на руки...

Причин его неудовлетворенности было несколько. Во-первых, ему не нравился новый кандидат в губернаторы. Во-вторых, ему не нравилось это дело, в котором фигурировал зомби, а значит, риск и ответственность были слишком велики. После бесед со свидетелями следователь почувствовал, что ступил на скользкую почву, и это ощущение не проходило до сих пор. Напротив – с каждым часом оно усиливалось. И наконец, в-третьих, его, Павлиди, заставляли слишком долго ждать под дверью.

Поэтому, когда Рудольф появился на пороге своего кабинета, имперский следователь посмотрел на него хмуро и с явным осуждением. И наткнулся на вполне невинный ответный взгляд. Либо преемник фон Хаммерштайна был круглым идиотом, либо непоколебимо уверенным в себе человеком. Впрочем, Павлиди никогда не торопился с выводами, и это была одна из его сильных сторон.

Руди же увидел перед собой маленького лысого человечка, который вынюхивал что-то еще со дня погребения прежнего губернатора, прибыв на скорбное мероприятие со столичной делегацией. Заподозрить его можно было в чем угодно, только не в глупости. Глупцы не задерживались в Менгене...

Беседовать друг с другом им еще не приходилось. Руди понял, что его приберегли на десерт. Он сделал широкий приглашающий жест и запер дверь кабинета. Они расположились в удобных креслах у пылающего камина. На столике красного дерева поблескивала бутылка коньяку, и тут же горкой лежали свежие яблоки из дворцовой оранжереи. Все располагало к беседе, кроме щекотливой темы, которую им предстояло обсудить.

– Кабинет изолирован? – спросил Павлиди с озабоченным видом.

– Ага. – Рудольф опрокинул внутрь рюмку коньяку и налил себе следующую.

– Давайте сразу договоримся, господин Хаммерштайн, – сказал Павлиди, разглядывая коллекцию бронзовых подсвечников, собранную прежним губернатором. – Вы – один из подозреваемых.

– Ну что ж, это неизбежно. Только не будьте слишком навязчивы, а то мне придется вышвырнуть вас отсюда.

– Забываетесь, Хаммерштайн, забываетесь! Церемония вступления в должность еще не состоялась, и многое будет зависеть от доклада, который я представлю в столицу.

– Откровенно говоря, мне плевать. Не очень-то я мечтаю занять кресло губернатора... Так что перейдем к вопросам.

– Если не ошибаюсь, вы появились здесь недавно?

– Не ошибаетесь. – Теперь Рудольф потягивал коньяк маленькими глоточками.

– И что же вы делали до этого?

– Не знаю.

– Никаких просветов?

– Ни малейших. Говорят, был в плену у технов.

– Я тоже так думаю. Вот только было бы интересно выяснить, что же они с вами сделали...

– Среди них тоже попадаются любознательные и способные люди.

– Не сомневаюсь. Владеете «психо»?

– Нет. Теперь уже нет.

– Меня это настораживает. А вас?

– Меня интересует только настоящее.

– Таким образом, вы не можете полноценно управлять провинцией.

– Может быть, другими методами...

– Хорошо. – Павлиди позволил себе коснуться губами краешка своей рюмки. – Перейдем к вопросу о вашем отце. Кстати, примите мои соболезнования...

Рудольф горестно покивал головой. Коньяк был божественный. Павлиди продолжал:

– Ни у кого из опрошенных мною людей не возникло сомнений в том, что вы действительно являетесь внебрачным сыном графа Хаммерштайна.

– Знаете, как ни странно, я тоже в этом не сомневаюсь. Граф сам признал...

– Об этом разговор особый. Ваш отец, его сиятельство фон Хаммерштайн совершил несколько, мягко говоря, необъяснимых поступков. Простите, но я вынужден задать этот вопрос. Был ли он... э-э-э... психически здоров?

Руди выдержал паузу и вдруг расплылся в широкой улыбке.

– А вот об этом я предоставляю судить вам, господин следователь!

– Должен заметить, вы не самый полезный свидетель, господин Хаммерштайн.

– Пока вы сидите в моем кабинете и пьете мой коньяк, вам придется удовлетвориться этим.

Павлиди пожевал губами.

– Вы правы. Когда Гуго умер... в первый раз, вы присутствовали при этом?

– Да. И в первый, и во второй.

При слове «второй» следователь досадливо поморщился.

– И вы могли бы подтвердить, что он действительно скончался?

– Во всяком случае все признаки смерти были налицо.

– Когда был отдан приказ о зомбировании?

– Я не верю в эту чушь.

– Госпожа Марта Хаммерштайн показывает, что граф сам проявил инициативу...

– Мне об этом ничего не известно.

– Таким образом, таинственное возвращение вашего брата к жизни было для вас полной неожиданностью?

– Полнейшей.

– И у вас не возникло вопросов?

Руди тяжело вздохнул.

– Видите ли, любезный господин Павлиди, до недавнего времени я оставался не более, чем незаконнорожденным сыном. Возможно, меня просто терпели во дворце. Понимаете, что я хочу сказать?

– Черт возьми, но если человек в здравом рассудке видит зомби...

Рудольф поднял указательный палец.

– Еще раз повторяю: я не верю в эту чушь.

– Очень недальновидно с вашей стороны, господин будущий губернатор. Если вы собираетесь управлять этой провинцией, вам не мешало бы ознакомиться с последними достижениями технов.

– Вы хотите сказать – с последними сказками технов?

– Один из таких «сказочных» героев уже прикончил вашего отца...

– У вас есть доказательства того, что Гуго был зомби?

– Не будьте ребенком. Вы же все видели своими глазами.

– Я видел всего лишь необычайно живучего парня...

– Который продолжал двигаться с отстреленной головой? Хватит тешить себя иллюзиями, Хаммерштайн! Вы же не можете отрицать некоторые факты...

– И каковы же факты?

– Поставьте себя на место технов. В любой момент действия и сознание каждого отдельного человека могут быть взяты под контроль с помощью «психо». Он будет иметь полный букет: галлюцинации, альтернативную реальность, переподчинение, влечение к смерти. Известны случаи полного разрушения сознания... Что бы вы делали на ИХ месте, если бы, конечно, не отказались от сопротивления новому порядку?