Бескрылый дракон - Big wolf

неё губами. Несдержанно. Дико. Почти с озверением. Сбивая её с толку. Гриффиндорка растерялась. Его рука крепче сжала её талию, притягивая ближе к себе. Он будто упивался ей. Будто…

«Прощался?»

«Нет! Нет! Ты не так понял! Я хочу! Хочу тебя! Хочу быть с тобой!»

Но у неё не получалось сказать ни слова. Малфой безостановочно целовал её. Кусая нижнюю губу. Сминая её и заново кусая. Она попыталась его оттолкнуть, чтобы объяснить ему всё.

      Он, почувствовав сопротивление, остановился и посмотрел в её глаза. Гермиона набрала воздух в лёгкие и открыла было рот, чтобы объясниться.

      — Прошу тебя… — прохрипел Малфой еле слышно. — Нужна. Ты мне так нужна.

      В его штормовых глазах плескалось отчаяние, боль и усталость. Так сильно захотелось его успокоить. Обнять. Прижать к себе и никогда не отпускать. Любить и дарить тепло. Кажется, сейчас он в этом так сильно нуждался, что Гермиона подняла ладонь.

      Она пальцами провела по его щеке, и штормовые глаза закрылись.

      — Я хочу быть с тобой, — прошептала Грейнджер. — Ты неправильно меня понял.

      Слизеринец выдохнул. Руки обхватили её лицо. Он нежно коснулся её губ большим пальцем и легонько провёл по ним.

      Гермиона встала на носочки и поцеловала его. Руки зарылись в платиновые волосы. Такие шелковистые. Мягкие. Его терпкий и мускусный аромат сводил с ума. Парень прижался к ней и растворился в поцелуе. Он гладил её спину, притягивал к себе. Разорвав поцелуй, Малфой быстро окинул взглядом кабинет. Одно движение, и палочка оказалась в его руках. Заглушающее и блокирующее заклинание полетели в дверь, когда он взял её за руку и повёл к учительскому столу.

«Неужели он хочет делать это на столе?»

— успела подумать Гермиона, как он быстро отодвинул стул профессора и сел на него, коленями раздвигая её ноги и притягивая на себя.

      Она села сверху слизеринца. Поцелуй. Мурашки бежали по спине от близости его тела. Они соприкасались в самых чувствительных точках, через одежду, отрывисто дыша. Его пах был возбуждён.

      Гермиона слегка потёрлась о выпирающий бугор, и кабинет заполнился звуками удовлетворения.

«Как же я хочу тебя».

Она выгнула спину и почувствовала, как его губы касаются шеи. Быстро расстёгивая пуговицы, он распахнул её рубашку и погладил, спускаясь к груди. Гермиона лихорадочно пыталась справиться с пуговицами, когда Малфой нетерпеливо зарычал.

«Этот звук. Низкий. Утробный. Дикий».

Руки слизеринца опустились на ремень и ширинку. Она, наконец, закончила с рубашкой, стягивая её с плеч парня. Он помогал ей. Гермиона потянула свою, но её твёрдо остановили. Кровь приливала к лицу, а дыхание было тяжёлым.

      — Холодно. Ты… замёрзнешь, — прошептал Драко в её губы.

«Он переживает за меня?»

Всё внутри потеплело.

«Я точно не одна из многих».

Малфой, будто прочитав эти мысли, нежно обхватил её за талию, пропуская руки под рубашкой. Она потёрлась о него. Стон. Ещё раз. Громче. Их разделяла совсем тонкая ткань белья.

      — Мерлин! — выдохнул он.

      — Скажи это… — подавшись вперёд, прошептала ему на ухо Грейнджер.

      — Я хочу тебя, — задыхаясь.

«Боже, это реальность? Он хочет меня. Меня…»

По телу вновь побежали мурашки, и желание опустилось в низ живота, умоляя не останавливаться.

      Руки задрали юбку и подцепили кружево белья. Он потянул в разные стороны. Треск.

      — Драко… — её возбуждение прибавлялось.

      — Восстановлю, — прошептал он сквозь поцелуй.

      Она оттянула резинку его белья, и возбуждённая плоть упёрлась ей в руку. Плавное движение ладонью. Малфой задрожал.

«Ему нравится?»

Она сжала руку и повторила. С шипением втянул воздух. Ещё раз. Его руки крепко сжали её бёдра. Ещё раз. Низкий стон. Ещё раз, и он приподнял её.

      Крик вырвался из груди, когда её тело ощутило его внутри. Они замерли. Он лихорадочно восстанавливал дыхание.

      — Как ты хочешь? — спросил Малфой.

      — Я…

«Я не знаю. Ты… делаешь что-то необъяснимое со мной».

«Немного больно после вчерашнего. Но всё равно приятно. И, Мерлин, как же я его хочу».

Он толкнулся, и она охнула. Толчок. Его руки в волосах. Он притягивает её шею, оставляя влажные поцелуи. Толчок. Из груди вырывается стон. Так глубоко. Он внутри. Так горячо и желанно. Необходимо. Воздуха не хватает. Жарко.

«Ты думал я замёрзну? Как?»

«Мы же сейчас горим».

Движения с каждым разом становились быстрее, и она подстраивалась под него. Они нашли свой темп.

      — Вот так, Грейнджер. Тебе нравится вот так? — выдохнул он, кусая её шею.

      Её томный стон. Желание растекалось по ней. Звуки раздавались эхом по пустому кабинету.

      — Драко… — простонала она. — Не останавливайся, прошу…

      — Проси ещё, — зарычал он, упиваясь ею.

«Как же это… неописуемо прекрасно».

— Пожалуйста… — послушно взмолилась гриффиндорка.

      Он вдыхал её запах по-звериному. До полного заполнения лёгких. Он вдыхал её до конца, и она чувствовала это. Чувствовала, как он рвано дышал в её губы, шею, грудь. Чувствовала, как была желанна, как возбуждала его. И это вызывало в ней бурлящую радость и восторг, заставляя ощущать себя единственной и особенной. Самой нужной.

      — Что ты хочешь? — шептал он.

      — Не останавливайся… — задыхалась Гермиона.

      Их стоны и вздохи были бы слышны всем, если не заглушающие чары. Гермиона много раз представляла секс. В её голове обычно стонала только девушка. Но сейчас, слыша звуки удовольствия, что вырывались из слизеринца, ей казалось, что ничего более возбуждающего представить нельзя.

      — Такая влажная, — Малфой прикусил мочку её уха.

      — Для тебя… — вырвалось в ответ.

      Сдавленный стон, и он закусил губу, пытаясь сдержаться.

«Его возбуждает, что это для него?»

«Мерлин! Ты даже представить себе не можешь, как я схожу с ума от тебя».

Он быстро прижал её к себе, толкаясь и увеличивая трение. Блаженство начало приближаться, и она выгнулась ему навстречу, зарываясь руками в пряди белоснежных волос.

      Перед глазами зажглись искры, вызывая пламя. Волны оргазма охватили сознание, и Гермиона начала содрогаться в его руках.

      — Моя, — выдохнул он, делая последние рывки, и до боли сжал её талию.

«

Моя

?»

Он отрывисто дышал ей в грудь. И она почувствовала, как расползается их наслаждение, медленно стекая по внутренней стороне бедра.

      Они торопливо привели себя в порядок. Малфой застёгивал пуговицы на её рубашке. Заправлял её в юбку. А она мягко затянула его галстук на место.

      — В Большом Зале будет хуже, — спокойно сказал он. — Уверена?

      — Ты умеешь убеждать, — улыбнулась Гермиона, краснея.