Кардинал в серой шинели - Александр Конторович

Надо отдать должное иерархам ордена, на встречу они прибыли почти вовремя. Учитывая неблизкий путь, который им пришлось проделать, можно сказать, и вовсе не опоздали. Из леса не торопясь выехала группа всадников, человек десять. Основная их часть осталась на месте, а к реке направилось только трое.

— Ну, вот и гости пожаловали.

Трогаю коня и направляю его навстречу визитерам. Чуть подотстав от меня, следуют два Кота со взведенными арбалетами. Наши кони легко преодолевают неширокую в этом месте реку, и мы выезжаем на островок. Почти одновременно с нами на противоположный берег выбираются и трое гостей.

— Вы прибыли вовремя, — киваю я, приветствуя подъезжающих.

— Мы не опаздываем.

— Не скажу, что я очень рад вас видеть, хотя, думаю, что и вы ко мне особо теплых чувств не испытываете.

— Это так, — отвечает тот из них, что стоит справа.

На них широкие плащи с капюшонами. Лиц почти не видно, и только по голосу я могу понять, что передо мной человек приблизительно сорока — сорока пяти лет. Кисти его рук, держащие поводья, совершенно не напоминают руки затворника. Крепкие и мускулистые — это, скорее, руки воина.

— Могу ли я узнать ваши имена? А то как-то некрасиво выходит: мое имя вы знаете, а я о ваших и догадываться не могу.

— У иерархов ордена нет своих имен.

— Как же мне тогда вас называть?

— Я первый из Решающих. Этот, — кивок в сторону ближайшего. — Память ордена. А третий из нас — Совесть ордена.

Ничего себе, троица подобралась! Что ж мне, их так и звать Памятью и Совестью?

— Кто из вас будет вести переговоры со мной?

— Я, — отвечает Решающий. — Что ты хочешь от нас?

— Неправильный вопрос. Это вы чего-то хотели от меня, когда прислали своих парламентеров.

— Кого?

— Переговорщиков. Зачем вам нужен замок?

— Не только он. Ты захватил еще золото, которое тебе не принадлежит.

— А вот про него советую забыть! Про замок-то мы еще можем поговорить, а где ты слышал, чтобы Серый рыцарь отдавал золото, попавшее в его руки?

— Никто, однако же, не слыхал и о том, чтобы в ручки Серых попадало так много золота.

— Считайте, что вам повезло: вы первые, кто об этом узнал. Будет что потомкам рассказать.

— Ты пожалеешь об этом.

— Если я буду жалеть обо всем, о чем, по мнению окружающих, я должен пожалеть, то мне ни на что другое просто времени не останется. Короче! Забыли про золото! За замок я еще согласен разговаривать, а если договоримся, тогда можно будет и к «золотому» вопросу вернуться.

— Ты согласен вернуть наше золото?

— Я так похож на дурака? Разумеется, я ничего не собираюсь возвращать. Но могу подсказать, где можно добыть его еще. И в достаточно приличном количестве.

— Отчего же ты сам его не взял?

— А мне хватит. Ну, так что — будем говорить?

Мои собеседники переглядываются. Их капюшоны наклоняются друг к другу, и они о чем-то тихо переговариваются.

— Хорошо, — произносит Решающий. — Я готов тебя выслушать. Нам действительно нужен замок, и мы не хотим, чтобы ты его разрушал. Что ты хочешь за это?

— Заметь, я не спрашиваю, зачем он вам нужен! Цени мою откровенность!

— Учту. Итак — орден слушает тебя.

— Отлично. Как я в курсе — меня вы не любите. Так?

— Это ты еще мягко сказал! — удивляется мой собеседник.

— Рад, что между нами нет никаких недоговоренностей. Так вот — вы, наверное, в курсе того, что никто из нас не появляется в вашем мире просто так? У каждого из нас есть своя цель, к которой мы все и стремимся.

— Да. Мы об этом знаем.

— А то, что эти цели могут быть разными?

Иерархи переглядываются. Наклоняют друг к другу головы. Я даже разговор их слышу, только вот ничего понять не могу. Ну, надо думать, они для своих переговоров используют какой-то особый, неизвестный мне язык. Мало того, так я еще и не слышу толком ничего. А вот, кстати! Поворачиваюсь в седле, словно устраиваясь поудобнее. При этом локоть руки касается рукоятки Рунного клинка.

— …мы не можем.

— Но ведь ему чего-то от нас нужно?

— Не сказал бы. Серый держится абсолютно раскованно. Такое впечатление, что ему на все наплевать.

— Да ну? И на свою жизнь тоже?

— Они и так долго не живут. Он не может об этом не знать.

— Все меняется, у этого появились новые, ранее им не присущие способности. Никто из них до этого не женился на местных девушках. Это тоже впервые.

— Возможно, мы данных способностей просто не замечали? Или, что вернее, некому было об этом рассказать?

— Время! У нас его очень мало! Не забывайте — наемники потребуют оплаты! И уже скоро!

— Ладно! Что мы теряем? Спросим у него, а там будет видно.

Вот лопух я эдакий! Что б мне раньше-то своим оружием не воспользоваться? Глядишь — больше знал бы сейчас! Ладно… что есть — то есть.

— Хорошо, — поворачивает ко мне голову Решающий. — Какова же твоя цель?

— Мне надо отомстить. Не вам, на этот раз. У меня есть для этого другой человек.

— Человек? Один человек?

— А что тут такого удивительного? Он — наш давний недруг и сбежал сюда из нашего мира. Я послан, чтобы его убить.

— Так отчего же он до сих пор жив?

— До него трудно добраться.

— И ты хочешь, чтобы это сделали мы? Какая в том выгода ордену?

— А замок вам уже не нужен?

Иерархи снова переглядываются. На этот раз — молча.

— Кто этот несчастный?

— Мне нужна голова Одноглазого.

— Вождя горцев?!

— Да. Вас это пугает?

— Ничто не может напугать орден.

— Да и кроме того… про золото помните?

— И где его взять?

— У него и возьмете. Там хватает…

Мой собеседник некоторое время молчит. Потом поднимает голову, и из-под капюшона на меня устремляется внимательный взгляд. Я впервые вижу лицо собеседника.

— Ты не все нам сказал…

— Не все. Но для первого раза — вполне достаточно.

— Какие у нас гарантии того, что ты исполнишь свою часть договора?

— А что, были случаи, когда Серые не держали своего слова?

— Были. Чем ты можешь гарантировать выполнение своего обещания?

— Я пойду с вами. Гарнизоны башен вас иначе не пропустят. Вместе пойдем — вместе и вернемся. Кстати, не стоит обольщать себя надеждой тихонько зарезать меня во сне. Нет, сделать это вы можете, не спорю. Но вот войти в замок без меня… Впрочем, можете попробовать.

— Я тебе не верю.

— Какое совпадение! Почему-то и у меня нет полной веры твоим словам. Однако же ничего другого вам предложить не могу.

— Если все так обстоит и дело только в мести… зачем тебе наши деньги?