Искатель, 2013 № 11 - Владимир Гусев

— Пришлете сегодня на ночь парочку?

Куратор перестал улыбаться. Резко. Наверное, чтобы я не усомнился в том, что он сейчас скажет.

— Только после того, как будет получен первый результат. Больше результатов — больше горничных. Вполне серьезно. Все мы человеки. А потом… Вы все сможете остаток жизни провести на лучших курортах мира, поддельными документами мы вас обеспечим. Итак, какую тему ты, для начала, можешь предложить?

— Я пытался выйти из санатория. У ворот действительно дежурит машина, меня чуть не похитили. У них что, есть моя фотография? Но на территорию они пройти даже не пытались. Чем вы их отпугиваете?

Куратор наклонился ко мне и тихим доверительным голосом сказал чуть не в самое ухо:

— Главный конкурент нашего спонсора пронюхал о Проекте…

Я невольно отстранился. Не люблю шептунов.

Куратор, не обидевшись, продолжил вполголоса:

— …Повторить Проект он не сможет, поэтому пытается помешать нам. Самый простой способ — убрать исполнителей. Фотография у них, видимо, есть — за нами, как выяснилось, давно следят. Если люди конкурента вторгнутся на территорию санатория, это станет объявлением войны против нашего спонсора. Война сейчас никому не нужна, так что здесь вы с Гадалкой в безопасности. Только работайте! Но нужны результаты. Не будет — отчислим. Тогда вас наверняка похитят, и вряд ли условия проживания и работы будут такими же комфортными. Подумай над этим. И над темой. Я, конечно, могу предложить свою, но личный интерес — лучший стимул в любой работе, тем более в такой… творческой. Даю тебе на размышления — и согласие, надеюсь, — сутки. Завтра в это же время мы либо утвердим тему первого поиска, либо ты уйдешь.

— Вместе с Гадалкой.

— Только если она этого захочет, в чем я сомневаюсь. Точнее — уверен, что не захочет.

Куратор встал, я тоже. Но он ушел, не протянув руку и не сказав даже «до свидания».

А я снова опустился на кровать.

Мне было о чем подумать.

Глава 9

Интересно, почему я хочу уйти из шарашки? Инстинкт свободы? Отвращение к приказам? Условия работы здесь замечательные, платить обещают много, тему могу выбрать любую. Раньше я об этом мог только мечтать. Но — гибель Йога при загадочных обстоятельствах? Слова Ясновидящего, который не видит у сбродников будущего? Гадалка, которая не сомневается — нужно бежать? Резко изменившееся поведение Куратора? Все это по отдельности не очень убедительно, но собранное вместе…

А главное, наверное, то, что предлагаемая работа, мягко говоря, очень странная. Дремучая эзотерика, в которую я… Или уже верю? Нет. В продолжающуюся эволюцию человека, в увеличение его возможностей — да. В Хроники Акаши… Но вдруг они все же существуют?

Ладно. Буду разбираться. И, как запасной вариант, — готовить побег, вместе с Гадалкой. Одна она уйти не сможет, а со мною — наверняка захочет. Жаль, я уже предупредил, по сути, Куратора, что не останусь здесь и уведу Гадалку.

Да, но куда? Гадалка права: нужно тянуть время. Придется делать вид, что я жажду заработать бабло, срубить капусту. Вряд ли Куратор в это до конца поверит, но…

Нужно сделать так, чтобы поверил!

И я, кажется, знаю, как это сделать.

Теперь нужно выбрать технологию, которую я буду искать в свитках Акаши. Бестопливный генератор Тесла, извлекающий, вопреки Эйнштейну, энергию из эфира? Тайна эсминца «Элдридж»? Торсионные поля, в существовании которых современная наука очень и очень сомневается? Да, это ближе всего к цели проекта. Куратору понравится.

Зазвонил телефон — резко, громко, словно он не кнопочный, а старинный, с диском.

А на том конце — барышня, вручную переставляющая штекеры?

— Слушаю вас.

— В холле вашего корпуса через пятнадцать минут собрание. Пожалуйста, не опаздывайте.

Действительно, барышня. Несмотря на «пожалуйста», это не просьба, а приказ.

Мимо холла я уже проходил несколько раз, найти его было просто. Здесь я с удивлением увидел не только Гадалку, но еще и Хиромантку, Предсказателя и Аналитика. Все сидели на удобных кожаных диванах, поставленных буквой «П». В кресле по центру, перед журнальным столиком, расположился Куратор.

— Ну вот, почти все в сборе, — расплылся он в улыбке.

Я выбрал место рядом с Гадалкой. Она мне тоже улыбнулась, но по-другому, грустно.

— Пусть сейчас каждый расскажет, как ему удалось сюда вырваться. Вначале вы, — кивнул Куратор Хиромантке.

Она была в том же наряде, в котором я ее видел последний раз, возле планетария. Но выглядела совершенно иначе. Не было теперь в ней той свободы, независимости, гордости, которая так привлекает мужчин.

— Меня похитили какие-то люди, когда я шла на встречу с вами. Обращались бережно, даже ласково, но посоветовали не кричать и не сопротивляться, а то хуже будет. Я и не стала. Привезли на какую-то квартиру, ничего не объяснили. Один остался караулить, двое других уехали. Я пыталась у сторожа что-то узнать, но он отмалчивался. Попросил только приготовить ужин и на его долю тоже. Я приготовила. Даже свечи в серванте нашла! Хотела соблазнить, чтобы он меня отпустил, — бесхитростно призналась Хиромантка. — Но он, скотина, и спасибо не сказал. А потом, когда… в общем, не удалось мне. В другой комнате лег и даже дверь забаррикадировал. — Хиромантка улыбнулась так зловеще, что я понял — ее охраннику теперь до конца жизни нужно обходить свою пленницу десятой дорогой. — Какой-то малахольный похититель попался. Утром я решила, что завтрак он не заслужил. Но, пока возилась на кухне, в квартиру позвонили, охранник что-то сказал, дверь открыл, а его тут же и скрутили. Опять трое. Меня посадили в машину, надели очки с черными стеклами, посоветовали не кричать и не сопротивляться, а то хуже будет. Я и не стала. Вот, привезли сюда. Зачем, почему, за что?

— Я скоро все объясню, — пообещал Куратор. — Теперь вы.

Аналитик, возбужденный, словно он опять нашел слиток, рассказал, как, по опрометчивости и несусветной собственной глупости, попал в психушку.

— Нам было очень трудно вызволить вас оттуда, — перебил Куратор разговорившегося толстяка. — Следующий.

Рассказы Гадалки и Предсказателя отличались от моего лишь в деталях.

— Что ж, наша служба безопасности сработала отлично, — потер руки Куратор. — Здесь вы, извините за тавтологию, в полной безопасности. Практически депутатская неприкосновенность. Но покидать территорию крайне не рекомендуется. Кто против нас работает, мы пока не знаем. И, думаю, бережно и ласково они с вами обращаться теперь уже не будут.

Он обвел всех холодным взглядом. Все ли все поняли? Все ли прониклись?