Долина Моленклоу - Максим Бондарчук

Но что-то произошло. Конец не наступал, а я все еще оставался жив. Что-то странное появилось в воздухе, а тело, прижатое все это время и неподвижно находившееся на одном месте, вдруг стало другим. Тяжесть ушла, а боль, появившаяся в груди, медленно, но верно сдавал свои позиции. Корабль поднял свой нос и через секунду взлетел в небо.

Радость с которой Роберт начал кричать в эфир не могла пройти меня стороной и я, поддавшись всеобщей эйфории, закричал.

Это была победа. Пусть маленькая, но такая желанная. С того самого момента, когда я проснулся на этой планете, меня не покидала мысль о возвращении и вот сейчас, она становится реальностью. Печалило лишь одно - Виктор. Ведь это благодаря ему я здесь и радуюсь своей победе. Это благодаря ему я смогу выбраться отсюда и начать жить заново. Я поступил неправильно. Сомнение тут же закралось в меня. А может Борис прав? Может он бы понял меня и то положение в котором мы оказались? Нет, все это лишь отговорки. Глупые попытки оправдать свой никчемный поступок перед теми, кому я действительно обязан.

- Датчики в норме, двигатели работают в штатном режиме. Полетное время двенадцать минут. Когда выйдем за пределы сил гравитации беру курс на ближайшую верфь.

- А ты уверен, что там не будет наемников Тула?

- Абсолютно. Они находятся здесь очень давно и дела, происходящие далеко за пределами этой планеты его волнуют меньше всего. Если, конечно, он не узнал, что мы собираемся удрать от него именно на истребителе.

Он замолчал и в этот самый момент, что-то очень громкое прозвучало с левой стороны корпуса. Встряхнув его и немного поколебав, звук пропал так же быстро как и появился.

- Что это, старик? - Борис нервно спросил, но ответа так и не получил.

- Воздушная яма. Ничего серьезного.

Но было в этом все-таки что-то, что заставило меня схватиться за крепления еще сильнее. Какое-то шестое чувство подсказывало мне, что полет не пройдет гладко как хотелось.

- Мы пролетаем "Скалу". Можно передать привет этим никчемным людишкам и...

Но его слова тут же прервались очередным звуком, появившемся уже с другой стороны корпуса. На этот раз стало понятно, что же так сильно беспокоило меня.

- Радар фиксирует несколько воздушных целей на горизонте. Боже... это... это истребители Сальвадора. Они движутся прямо на нас.

Серия выстрелов вскоре прозвучала рядом с кораблем. Обойдя стороной все самые важные элементы боевой машины, они прошли мимо, но заставили Роберта уклониться в сторону и постараться набрать высоту.

Сальвадор среагировал очень быстро. Истребители двигались синхронно, как единый организм, управляемый откуда-то с земли. Уходя от ответных атак и не позволяя Роберту сделать хотя бы один выстрел, они шли на приличном расстоянии, но продолжали атаковать, используя разрывные снаряды.

На таких скоростях, точность оставляла желать лучшего, но каждый такой хлопок, не приносивший вредя самой броне, заставлял меня и Бориса буквально вжиматься в свои места.

- Черт, они выходя на ракетную атаку!

Кричал Роберт, глядя как начинает краснеть его приборная панель, сигнализируя о фиксации его корабля системами наведения чужой машины. Маневр... за ним еще один. Каждый такой бросок создавал невыносимые условия для нас, но не сделай этого, корабль мог быть уничтожен еще быстрее.

- Что там происходи, Роберт!?

- Они сели на хвост! Не могу оторваться....

Затем последовал взрыв. Теперь уже настоящий и не похожий на те, что происходили до этого за пределами истребителя. Попав в заднюю часть и раздробив своей смертоносной начинкой, маленькая шрапнель прошила буквально все. Начиная от второстепенных конструкций внутри отсека, заканчивая важными токопроводящими кабеля, что питали систему по всему корпусу.

Дым начал валить откуда-то сверху. Я пытался докричаться до Роберта, передать ему ситуацию и сказать, что машина скоро может быть объята огнем, но все было тщетно. Эфир молчал. Отпустив одну из рук, я немного ослабил свое положение и смог подобраться ближе до кнопки пожарной системы, что находилась в самом углу и была обозначена красным цветом. Однако расстояние все еще оставалось большим. Рука не дотягивалась. И когда я повернул голову, чтобы оценить все происходящее, огонь начал уже распространяться. Дым, бывший до этого редким и не таким черным, вдруг превратился в настоящий и непроглядный мрак, через который было уже невозможно что-то разглядеть. Борис сидел неподвижно. Отбросив все мысли и немного вытянувшись, я выбросил свою ногу вперед и буквально ударил в пожарную кнопку, раздробив ее хрупкую форму на несколько частей.

Вода зашипела. Связавшись со странной жидкостью, она вдруг превратилась в нечто подобное очень густой пены, что распылялась по всей площади и моментально тушила огонь.

- Что там, черт возьми, происходит у вас, Грей!?

- Пожар, по всему отсеку, но мне удалось его ликвидировать.

-А Борис?

Я посмотрел на своего друга, который все это время был неподвижен. Поначалу я не поверил, но когда смог подобраться ближе, держась за различные поручни и пытаясь не свалиться с ног при очередном лихом вираже, я вдруг заметил то, чего боялся больше всего. Он молчал не потому, что хотел этого или потому, что был железной выдержки. Его заставили замолчать. Шрапнель, вылетевшая из снаряда и пробившая корпус машины, не прошла мимо него. Его костюм был буквально изрешечен этими маленьким элементами, что попав в броню, не оставили ему шансов на жизнь. Костюм не смог ему помочь, да и не был он на это рассчитан. Одно такое попадание было смертельным уже изначально, а несколько и вовсе сводили на нет жизнь бойца.

Кровь сочилась из ран. Руки обвисли и больше не держались за крепления. Смерть. Быстрая как пуля, настигла его в самый неподходящий момент. Он чувствовал, что все может так закончиться, понимал это на каком-то подсознательном уровне. Как животное, загнанное в угол во время охоты, огрызаясь и оскаливая зубы, оно давало свой последний бой. Жаль, что ему не удалось сделать этого и свой последний вздох он сделал сидя в грузовом отсеке пилотируемого истребителя.

- Он мертв, Роберт. - тихо выдавил я из себя и опустил руки.

Но пилот уже не услышал меня. В ту самую секунду корабль очень сильно встряхнуло. Свист повис в ушах, мои ноги оторвались от пола и начали подниматься. Что это было я понял уже потом, когда ударившись головой об металлическую обшивку, вдруг увидел как часть боевой машины, точнее е хвостовое отделение, попросту отвалилась, разгрызаемая мощнейшим взрывом, что произошел в хвосте. Роберт что-то кричал в эфир, но я уже не слышал его. Мои глаза были полностью сосредоточены на той картине, что творилась позади меня. Когда обломки падали вниз, а огонь и черный, как смола, дым начали валить из всех щелей, я вдруг увидел под собой землю. Она была другой. С такой высоты ее поверхность не казалась такой уж мертвой. Наоборот, она как старая бронза, что за долгие годы утеряла свой блеск, но все же осталась прежней.