Игра лорда Эшфорда - Марджори Фаррелл

Однако на следующий день утром, поедая поздний завтрак, Гидеон решил еще раз посетить лорда Фэрхейвена. Чем больше он про все это думал, тем сильнее убеждался в том, что, несмотря на положение в обществе и внушительное состояние Фэрхейвена, именно он представлялся ему самым подозрительным. Допивая кофе, Гидеон расслабился и дал волю воображению, пытаясь представить себя на месте Марка Хейлзуорта. Многие годы Марк был самым близким родственником своего кузена по мужской линии. Следовательно, он мог питать обоснованные надежды на наследование и титула и состояния. Так как покойный лорд Фэрхейвен не торопился жениться, его троюродный брат рос, уверенный именно в таком будущем, оно казалось ему само собой разумеющимся. И вдруг – свадьба с леди Клодией, а значит, возможность появления на свет наследника. Еще вот что любопытно: когда стало ясно, что наследник скорее всего так и не появится, не возродились ли надежды у Марка, осознавшего это обстоятельство? Кроме того, после обнародования воли покойного кузена Марк мог рассчитывать на свою женитьбу на вдове. Но тут опять все не слава Богу: откуда-то появляется этот Тони Варден. Титул у лорда Фэрхейвена уже есть, но вот с надеждой на состояние он должен будет распрощаться навсегда, если леди Фэрхейвен выйдет замуж и нарожает детей.

“Странное дело, – думал Гидеон, понемногу выбираясь из своих грез. – И судьи, и сторонние наблюдатели решили, что больше всего причин для совершения преступления было у Тони Вардена, который так отчаянно нуждался в деньгах. Как же, они ведь ему нужны были немедленно! Очевидно, что чем в большей нужде человек, тем сильнее его тянет нарушить закон, и очень часто именно так и бывает, кто спорит? ” Но Гидеону его опыт подсказывал: деньги – материя особая, и обладание деньгами тоже по-разному действует на людей. Бывает так, что чем их больше, тем больше хочется. Да, преступления рождаются из нищеты и отчаяния. Но и из алчности тоже.

Он ждал почти час, прежде чем Марк соизволил принять его, причем с первых минут встречи Фэрхейвен дал понять, что не очень доволен его настойчивостью, но все же согласился ответить на некоторые вопросы Нейлора.

– Садитесь, Нейлор. Сегодня у меня нет для вас много времени. Тем более что мне не очень понятно, чего вы еще от меня хотите.

– Просто я подумал, что мне, быть может, стоит заглянуть к вам. Вдруг вы что-нибудь услышали о своем лакее. Или от него, милорд, – ответил Гидеон.

– Ничего. И я уверен, что вы на это рассчитывали. Как я могу что-то узнать? – раздраженно отозвался Марк.

– Вы же его хозяин.

– Бывший, Нейлор, бывший.

– А разве вы не взяли бы назад в свою фирму молодого человека? Клерком, я имею в виду, милорд.

– После его исчезновения? Нет, разумеется. Но, как мне уже приходилось говорить вам, Нейлор, я сомневаюсь, что он вообще когда-нибудь вернется. Или его нет в городе, или он мертв. Я уверен в этом.

– Хорошо, хорошо, может быть, вы и не ошибаетесь, милорд. Но тем не менее я собираюсь потратить на это дело еще немного своего личного времени.

Хейлзуорт поднялся и, пока он провожал гостя до двери, выдавил из себя далеко не искреннее извинение, мол, какая жалость, что приходится проститься с дорогим гостем. На прощание он пожелал Гидеону удачи.

Нейлор легким шагом покинул здание, весьма довольный собой. Если Фэрхейвен виновен, тогда намерение Гидеона продолжить поиски должно побудить его к каким-то действиям.

Марк очень старался поскорее управиться с текущими делами, чтобы поспешить в паб, где его должен ждать Драббл.

Драббл запоздал, но легко оправдался: ему, оказывается, никак нельзя было уходить, пока он не убедился окончательно, что Нейлор засел в “Голове Гаррика” на весь вечер.

– Нашел он еще что-нибудь?

– Нет, мэлорд, по-моему ничего. Он был в двух домах в Мэйфэйре.

– У кого?

– Мне случилось узнать, что один дом – лорда Эшфорда, другой – лорда Барранда.

– Полагаю, сведения – немаловажные, – сказал Марк, немного помолчав. – Надо думать, что он еще раз допросил лорда Эшфорда, а потом отчитался перед лордом Баррандом. А как насчет путешествий в другие районы города? Его больше никуда не носило?

– Той ночью только в бордель, мэлорд, – сказав это, Драббл сощурился, подмигнул и, разумеется, шмыгнул носом.

– И какой у него был при этом вид? Похоже ли было, что человек на работе, или же он явно искал, э-э, радостей?

– Ох, мне сдается, радости ему было надо, мэлорд. Уж больно надолго он там запропал. Разве что всех шлюх допрашивал. Понимаете, что я хотел сказать, мэлорд? – Тут Драббл вытер рукавом нос, а Марк содрогнулся от отвращения.

– А он не заметил, что вы за ним повсюду следуете?

– Да где ему меня засечь, мэлорд. Говорю, не узнает он. Я ж говорил вам, я прыткий.

– Да, до сих пор так и было. Ну, давайте-ка назад, в “Голову Гаррика”. Встретимся завтра, в это же время.

Гидеон сидел в своем привычном углу с друзьями-актерами, когда Драббл скользнул в пивную и занял место у стойки. Гидеон на этот раз поднялся из-за стола чуточку раньше, чем вчера, и уже успел дойти до двери, когда Драббл обнаружил, что объект наблюдения уходит. Оставалось только надеяться, что никто у стойки не обратит внимания на человека, залпом опустошившего огромную кружку и исчезнувшего, даже не дождавшись сдачи.

И вовремя: еще немного, и он бы не увидел, как Гидеон удаляется в том же направлении, что и в прошлые дни. Поэтому Драббл решил, что объект наблюдения намеревается провести еще одну ночку со шлюшками. Но Гидеон быстро миновал заведение миссис Дойл. Лишь десятью минутами позже он замедлил шаг, подойдя к дому, явно классом повыше, и там постоял еще немного, будто бы в раздумье – входить или не входить.

Драббл укрылся в тени. Пока Гидеон ожидал, точнее, стоял, не заходя в заведение, дверь распахнулась, и уходящий клиент принял последние услуги от очень похожего на настоящего лакея. И только когда Гидеон прошел внутрь и заговорил с молодым человеком, в мозгу Драббла как будто бы что-то щелкнуло. Лакей. Молодой. А что, если это Джим? А не нашел ли его Нейлор, а теперь прячет, мало ли какие на то могут быть причины? Агент лорда Фэрхейвена очень устал и страстно хотел домой. Но что если это и в самом деле Джим? Ведь лорд Фэрхейвен может в следующий раз и не нанять Драббла. А ведь и агент – человек, может ошибаться. Надо думать, желательны дальнейшие наблюдения. А что, думал он, мусоля в пальцах деньги, часок-другой в постели с одной из девок – чем не работа? Ведь это можно отнести за счет выполнения задания.

Он выждал четверть часа, а затем подошел к двери заведения и постучал в нее.

Гидеон собирался завести Джима в гостиную миссис Спенсер и допросить его – это, во-первых. А там можно будет подумать, чем еще занять остаток вечера. Но миссис Спенсер вошла в гостиную, как только он переступил порог. На ней в этот вечер было пурпурное шелковое платье, которое очень хорошо было пригнано к ее фигуре. Улыбаясь, она дала понять, что узнает Гидеона.