Тайновидец. Том 1: Пропавший дар - Алекс Рудин

Мало украсть медальон, — наставительно сказал Зотов. — Его надо еще продать. Судя по рисунку, вещица очень приметная. Гораздов не мог просто пойти с медальоном к одному из столичных ювелиров. Слишком много вопросов.

Он прикрыл глаза и замер на несколько секунд, мысленно с кем-то разговаривая.

— Я вызвал сюда полицейского следователя Прудникова, — сказал он. — Пусть проверит всех городских ювелиров. Если медальон принесут к кому-то из них, полиция это узнает.

— Я не думаю, что сам Гораздов украл медальон, — сказал я. — Даже если ему срочно понадобились деньги на лечение, он мог достать их намного проще. Не забывайте, что он создал уникальный артефакт. Его знания и его талант стоят намного больше, чем золотой медальон.

— Если он и в самом деле что-то создал, — возразил Зотов. — А это мы пока знаем только со слов Анны Владимировны.

— У нее третий ранг силы, — напомнил я. — Это трудно объяснить чем-то, кроме воздействия артефакта.

— Она два года практиковалась, — напомнил Зотов. — Если у девушки изначально был сильный дар, то третий ранг она могла получить сама. Да, это необычный случай. Но такое уже бывало.

Он пристально посмотрел на меня.

— Александр Васильевич, я тоже думаю, что Гораздовы не причастны к краже артефакта. Просто по привычке проверяю любую версию. Но сейчас хочу послушать, что думаете вы.

— Все зависит от того, что именно украли, — улыбнулся я. — Дорогой золотой медальон или уникальный артефакт.

— Понимаю, — задумчиво кивнул Зотов. — Разные мотивы.

— Вот именно, — подтвердил я. — Если вора интересовала драгоценность, то рано или поздно он попытается ее продать. И тогда вы его поймаете.

— А если вор хотел украсть именно артефакт?

— Тогда он знал, над чем работает Гораздов. И узнать это он мог только от самого Гораздова, от его дочери или от заказчика. Я склоняюсь к последнему варианту.

— А имя заказчика знает только Гораздов, — вздохнул Зотов. — Как ни крути, нужно искать артефактора. Куда он мог подеваться?

Я пожал плечами.

— Я уже думал об этом. Давайте попробуем представить, как все произошло.

— Давайте, — заинтересовался Зотов.

— Гораздов несколько дней провел в госпитале. Вернулся только сегодня утром, вошел в дом и обнаружил, что артефакт украли.

Я закрыл чемодан и подошел с ним к двери, представляя, что я и есть вернувшийся Гораздов.

— Он с порога увидел, что сейф взломан. Поставил чемодан и бросился осматривать дом.

Я уронил чемодан на пол.

— Сначала он заглянул в сейф и убедился, что медальона нет. Потом пошел в спальню дочери и увидел открытое окно.

— Вор мог закрыть окно, — заметил Зотов.

— Нет, — возразил я. — Это сделал Гораздов. Защелки закрыты, это можно сделать только изнутри. При этом Гораздов не мог не увидеть упавший цветок, любимый цветок дочери. Но дважды перешагнул через него и даже не попытался поднять.

— О чем это говорит? — заинтересовался Зотов.

— Гораздов был потрясен, растерян, раздавлен, — объяснил я. — Окно он закрыл машинально. Затем вернулся в свою спальню и сел на кровать. Видите вмятину на покрывале? Ему надо было понять, что случилось. Он привык думать, сидя на кровати.

Я сел на кровать, изображая Гораздова, и прикрыл лицо руками.

— Вам бы в театре играть, Александр Васильевич, — усмехнулся Зотов. — И что было дальше?

— А дальше он принял какое-то решение. Или догадался, кто украл медальон, или решил искать помощи.

— Если бы он обратился в полицию, мы бы об этом знали, — нахмурился Зотов.

— Значит, он пошел за вором, — вздохнул я.

— А почему не к заказчику?

— Заказчику он бы просто послал зов, — объяснил я. — Они ведь были знакомы.

— Черт побери.

Зотов озабоченно постучал пальцами по верстаку.

— Если Гораздов решил сам найти вора, это может кончиться плохо. Всплывет его труп где-нибудь в доках, вот и все. Вы думали об этом?

— Думал, — признался я. — Никита Михайлович, я прошу вас ничего не говорить Анне Владимировне.

— Само собой, — согласился Зотов. — Что ж, план действий понятен. Нужно искать медальон, самого Гораздова или его труп. А еще заказчика. Вы говорите, что это мог быть кто-то из Горчаковых?

— Это очень вероятно, — кивнул я.

На улице затарахтел еще один мобиль. Зотов выглянул в окно.

— А вот и полицейский пристав с экспертом. И ваш друг с ними.

Зотов имел в виду Мишу Кожемяко.

Я тоже выглянул в окно.

Полицейский пристав Степан Богданович Прудников шел по дорожке к дому, озабоченно оглядываясь. Очки с круглыми стеклами блестели на его невыразительном лице. За Прудниковым широко шагал Миша Кожемяко, прижимая к груди кожаную папку. Миша на целую голову возвышался над своим начальником.

Последним торопился эксперт Тайной службы Леонид Францевич Щедрин. Серый летний костюм не скрывал его объемистый живот. Эксперт, как всегда, добродушно улыбался.

Один их полицейских что-то сказал Леониду Францевичу, указывая рукой за дом. Эксперт согласно кивнул и направился вслед за полицейским к окну, через которое проник вор.

— Добрый день, господа, — поздоровался Прудников, входя в дом. — Что здесь случилось?

— Кража со взломом, Степан Богданович, — ответил Зотов. — Похоже, похищен дорогой медальон. Кроме того, пропал хозяин дома.

— Понятно, — кивнул Прудников и повернулся к Мише. — Михаил, подготовьте протокол осмотра.

Миша тоже поздоровался с нами и поспешно достал из папки лист бумаги.

— Кто обнаружил кражу? — спросил Прудников.

— Я приехал сюда вместе с дочерью хозяина, — сказал я.

— Господин тайновидец?

Прудников недовольно поджал тонкие губы и повертел головой, словно жесткий ворот мундира натирал ему шею.

— Степан Богданович, расследованием будет заниматься Тайная служба, — сказал ему Зотов. — От вас требуется только содействие. Тщательно зафиксируйте все следы проникновения, опишите бумаги в сейфе, конфискуйте их и передайте в управление Тайной службы. Оставьте двух человек в доме на случай возвращения хозяина. Пусть местные городовые опросят соседей, возможно, кто-то из них видел вора. Вашего помощника отправьте опрашивать ювелиров. Вор может попытаться продать украденный медальон.

— Знать бы еще, как выглядит этот медальон, — фыркнул Прудников.

Он был очень разочарован тем, что дело забрала Тайная служба, и даже не пытался это скрыть.

— С этим