Бриджит Джонс - Грани разумного - Хелен Филдинг

- Очень мудро, - согласилась я.

- В первую пятницу нам сообщили, что тебя перевели в настоящую тюрьму... рассказывала Шез.

- И Марк полетел в Дубай.

- Полетел в Дубай? Ради меня?

- Он был фантастичен! - заверила Шез.

- Но где он? Я оставила ему сообщение на автоответчике, но он не перезвонил.

- Он ещё там, - объяснила Джуд. - В понедельник нам позвонили из министерства иностранных дел и вроде бы всё изменилось.

- Должно быть, это тогда Чарли поговорил со своим папой! - взволнованно предположила я.

- Нам разрешили послать тебе письма...

- А потом, во вторник, мы узнали, что поймали Джеда...

- И Марк позвонил в пятницу и сказал, что они добились признания...

- И вдруг, неожиданно в субботу позвонили и сказали - ты уже в самолёте!

- Ура! - воскликнули мы хором, чокаясь стаканами.

Мне отчаянно хотелось поднять тему Марка, но не могла же я позволить себе показаться легкомысленной и неблагодарной за всё, что подруги для меня сделали.

- Так он всё ещё встречается с Ребеккой? - всё же не выдержала я.

- Нет! - вскричала Джуд. - Не встречается! Не встречается!

- Но что случилось?

- Мы не знаем подробностей, - сообщила Джуд. - Только что всё было как раньше, и вдруг Марк уже не едет в Тоскану и...

299

- Ни за что не догадаешься, с кем теперь встречается Ребекка! - перебила Шез.

- С кем?

- Ты его знаешь.

- Не с Да-аниелом же... - протянула я, испытывая странные, противоречивые эмоции.

- Нет.

- С Колином Фёртом?

- Нет.

- Ффу-у-у... С Томом?

- Нет. Вспомни другого, кого ты очень хорошо знаешь. Женат.

- Мой папа? Магдин Джереми?

- Уже теплее.

- Что? Это же не Джеффри Олконбери?

- Нет, - хихикнула Шез, - он женат на Юне, и он гей.

- Джайлс Бенвик! - выпалила Джуд.

- Кто?.. - пискнула я.

- Джайлс Бенвик, - подтвердила Шез. - Ради бога, ты же знаешь Джайлса работает с Марком, ты его спасла от самоубийства у Ребекки.

- Он столько о тебе говорил...

- После своих несчастных случаев они с Ребеккой застряли вдвоём в Глостершире, читали психологические книги, и вот теперь - они вместе.

- Они одно целое, - добавила Джуд.

- Они соединились в акте любви, - распространила мысль Шез.

Мы молча уставились друг на друга, поражённые этим странным решением сил небесных.

- Мир сошёл с ума! - воскликнула я наконец, охваченная изумлением и страхом. - Джайлс Бенвик не красавец, не богат...

- Ну, вообще-то, он богат, - пробормотала Джуд.

- Но он не чужой бойфренд. Не образец высокого положения в обществе, в обычном стиле Ребекки.

- Если не учитывать, что он очень богат, - вставила Джуд.

- Но Ребекка всё же выбрала его.

- Верно, совершенно верно! - возбуждённо вскричала Шез.

- Странные времена! Воистину странные времена!

- Скоро принц Филип захочет быть моим бойфрендом, а Том станет встречаться с королевой! - подхватила я.

- Не с Претенциозным Джеромом, а с нашей дорогой королевой, - уточнила Шез.

- Летучие мыши станут пожирать солнце, - продолжала я. - Лошади рождаться с хвостами на голове, а на крышу к нам приземлятся глыбы замороженной мочи и предложат сигареты.

- И принцесса Диана мертва! - торжественно заключила Шеззер.

Настроение у нас резко изменилось. Мы затихли, пытаясь осознать этот жуткий, шокирующий, не укладывающийся в голове факт.

- Странные времена! - объявила Шез, зловеще склонив голову. - Воистину странные времена.

* * *

2 сентября, вторник

115 фунтов (завтра решительно прекращаю обжираться); порций алкоголя - 6 (нельзя начинать слишком много пить); сигарет - 27 (нельзя начинать слишком много курить); калорий 6285 (нельзя начинать слишком много есть).

8.00. Моя квартира. Из-за смерти Дианы Ричард Финч отменил все материалы, связанные с Тайской Наркоманкой (мною), и дал мне два дня на восстановление. Никак не могу смириться с этой смертью, да и вообще ни с чем. Может, теперь начнётся национальная депрессия? Это, вне всякого сомнения, конец эры, но в то же время и начало другой - так наступает осенний период года. Время для новых начинаний.

Твёрдо решила не повторять старых ошибок - не тратить всю жизнь на проверку автоответчика, ожидание звонка от Марка, а быть спокойной и уравновешенной.

8.05. Но по какой причине Марк порвал с Ребеккой? Чем объяснить, что она теперь встречается с очкастым Джайлсом Бенвиком? Неужели Марк полетел в Дубай, так как всё ещё любит меня? Но почему тогда мне не перезвонил? Почему? Почему?

Ладно, всё это теперь меня не беспокоит, я работаю над собой. Собираюсь в салон сделать эпиляцию.

10.30. Снова дома. Приехала в салон поздно (в 8.30) - косметолог не пришла "из-за принцессы Дианы". Дама в приёмной отнеслась к этому с изрядным сарказмом, а я заметила: кто мы такие, чтобы судить о чувствах других? Если всё это чему-то нас и научило, так не судить ближних.

На обратном пути, однако, не удалось сохранить позитивный настрой: на Кенсингтон Хай-стрит попала в огромную пробку, и обычная, десятиминутная дорога домой оказалась длиннее в четыре раза. Когда уже была у светофора, выяснилась причина - дорожные работы, весьма вялые из-за отсутствия их исполнителей. Табличка гласила: "Рабочие на этой дороге решили прекратить работу на четыре дня в знак уважения к принцессе Диане". О-ох, лампочка на автоответчике мигает.

Это Марк! Голос звучал слабо, заглушаемый треском.

- Бриджит... только сейчас узнал. Очень рад, что ты на свободе, очень рад. Вернусь позже, через... - Что-то громко зашипело, и связь прервалась.

Через десять минут снова звонок.

- О, привет, дорогая, знаешь что... Мама, моя мама! Огромный, непреодолимый прилив любви меня захлестнул.

- Что? - откликнулась я, чувствуя, что из глаз брызнули слезы.

- "Иди тихо среди шума и суеты и помни, какое спокойствие можно найти в тишине". Последовала длинная пауза.

- Мам? - позвала я наконец.

- Тсс, дорогая, тишина. - Опять пауза. - "... Помни, какое спокойствие можно найти в тишине".

Сделав глубокий вдох, зажимаю трубку подбородком и продолжаю варить кофе. Постигла уже важную вещь - надо отстраняться от посторонних психозов: у человека хватает поводов для беспокойства о том, чтобы самому не сбиться с курса. Зазвонил мобильный.

Пытаясь не обращать внимания на первый телефон (весь вибрирует, из трубки несутся крики:

"Бриджит, ты никогда не достигнешь душевного равновесия, если не сумеешь работать с тишиной!"), нажимаю кнопку ОК на мобильном: папа.

- Ах, Бриджит, - произнёс он по-военному жёстким голосом, - не поговоришь ли с матерью по обычному телефону? Кажется, она дошла до крайнего состояния.

Она "дошла до крайнего состояния?" Неужели им совсем на меня наплевать на их собственную плоть и кровь? Из "обычного телефона" доносились всхлипывания, визги и необъяснимый грохот.

- О'кей, папа, пока. - Снова беру трубку с маминым голосом.

- Дорогая, - хрипит мама шёпотом, полным жалости к себе, - мне надо кое-что тебе сообщить. Не могу больше скрывать это от своей семьи и любимых людей.

Стараясь не заострять внимание на разнице между "семьёй" и "любимыми людьми", подбадриваю:

- Положим, ты не обязана говорить мне, если не хочешь.

- А что мне ещё остаётся? - надрывно кричит мама. - Жить во лжи?! У меня зависимость, дорогая, зависимость!

Ломаю голову: от чего, по её мнению, у неё может возникнуть зависимость? Мама никогда не пила больше одного бокала сливочного шерри, с тех пор как Мейвис Эндерби напилась на собственном двадцать первом дне рождения в 1952 году и её пришлось доставлять домой на раме велосипеда, принадлежавшего, помню, некому Пиви. Потребление ею наркотиков ограничено одной таблеткой от кашля дважды в год - так она избавляется от приступов, которые на неё находят во время представлений Кеттерингского любительского драматического общества.

- У меня зависимость, - повторяет мама, а затем выдерживает драматическую паузу.

- Так, - киваю я, - зависимость. А от чего именно?

- От отношений, - поясняет она. - У меня зависимость от отношений, дорогая... Роняю голову на стол.

- Тридцать шесть лет жизни с папой! - продолжает мама. - И я ничего не понимала...

- Но, мама, если ты замужем, это вовсе не значит...

- О нет, я независима от папы. У меня зависимость от развлечений. Я сказала папе, что я... О-о-о, мне пора лететь - опаздываю на утверждение ролей.

Сижу уставившись на кофеварку, мысли смешались. Неужели родители не знают, что со мной произошло? Неужели мама в конце концов перешла грань разумного?

Снова телефон - папа.

- Извини нас.

- Что происходит? Ты сейчас с мамой?

- Ну да... то есть вроде того... э-э-э... это называется "рэйнбоуз".

Лунатики? Сайентологи? Сектанты?

- Это... ммм...реабилитационный центр.

О боже, выходит, не одна я беспокоюсь из-за папиного пьянства. Мама рассказала, что однажды вечером, когда они навещали бабушку в Сэйнт Аннз, он поехал в Блэкпул и прибыл в дом для престарелых совершенно пьяный, с бутылкой виски в одной руке и пластиковой куклой Скэри Спайс - в другой (у куклы привязаны к груди фальшивые челюсти). Позвали, конечно, врачей, и прямо из бабушкиного Сэйнт Аннз отправились в реабилитационный центр, где мама - как обычно - не собиралась оставаться в тени.