Министерство особых происшествий - Пип Баллантайн

Элиза подвинулась на своем стуле. Ногам ее была нужна надежная опора.

—   У вас что, друг заболел?

—   Можно сказать и так, — проворчал другой. — И ему требуется внимание.

—   Мне очень жаль, парни, — сказала Элиза, усиливая свой ист-эндский акцент, — но наша добрая медсестра сегод­ня не работает. Улавливаете?

Тот, что стоял поближе к ним, нахмурился и наклонился вперед, остановившись в нескольких дюймах от Элизы.

—   Если хочешь, чтобы твое симпатичное личико порезали, как гуся на рождественском столе, — не вопрос, оставайся.

Элиза взглянула через плечо.

Мэри понимающе кивнула, повторив одними губами:

—   Что бы. Ни. Произошло.

—   Шла бы ты отсюда, — вновь заговорил первый голово­рез. Элиза повернулась к нему и часто заморгала от зловонно­го запаха, вырвавшегося из его рта, когда тот добавил: — А ес­ли ты с первого раза не поняла, я повторю, сонная кобыла: отвали.

В ответ она только ухмыльнулась, и в этот момент ее рука в перчатке резко выдвинулась вперед, а одетая в медь ладонь схватила мужчину за яйца. Под тихий шелест крутящихся ше­стеренок и шипение гидравлики бронированные пальцы Эли­зы сжались.

Мужчина даже крикнуть не мог, у него перехватило дыхание.

—Дружище, — сказала Элиза, не отпуская первого бан­дита, но обращаясь при этом ко второму, спокойным голосом, словно беседуя за чашкой чая, — если ты не хочешь, чтобы твой приятель всю жизнь пел сопрано в церковном хоре, я предлагаю вам обоим...

Но тот вдруг сильно дунул в свисток, издав пронзительный звук, почище, чем звук свистка любого полицейского. В двери ворвались еще два увальня, оба с головы до ног одетые во все черное; они посмотрели в их сторону и двинулись к ним, рас­талкивая посетителей и не особенно заботясь о том, куда те упадут.

Перчатка Элизы отпустила первого головореза, и тот сно­ва задышал, судорожно открывая рот. Но всего лишь после его второго вдоха медный кулак врезался ему в челюсть. На мгновение тот завис в воздухе и вялым движением протянул руки к Элизе. Прежде чем он упал, она успела схватить его за руку и снять с пальца кольцо.

—   Спасибо, приятель, — усмехнулась она. — Мой партнер все приставал ко мне, требуя, чтобы я достала улики. Может быть, это его успокоит.

Первый убийца, упав, подмял под себя напарника, но при­бывшая подмога — а эти парни были гораздо мощнее тех, что лежали на полу, — уже практически прорвалась через толпу и теперь подбиралась к ней. «Двое, — подумала она. — Кто бы ни были эти люди, они определенно очень хотят смерти Мэри».

Вновь прибывшие бандиты, очевидно, не заметили сразу перчатку Элизы, и первый из них очень пожалел об этом, по­лучив мощный удар-кулаком в нос. Но второй мужчина, од­нако, уклонился от ее хука и сам сильно наотмашь ударил ее. После его второго удара Элиза врезалась в толпу посетите­лей паба.

Голова ее кружилась, все перед глазами плыло, как в тума­не. «Не смей отключаться, Браун, — приказала она себе.

Не так уж долго ты сидела без дела, чтобы забыть, как держать удар. Соберись!» Первой вернулась резкость изображения, а затем она услышала крик. Она увидела, как Мэри отскочила назад от потянувшегося к ней убийцы. Проклятье!

Но рука головореза внезапно оказалась зажатой в глыбах мышц. Элиза раньше думала, что только члены ее националь­ной команды по регби обладают подобной скоростью и могут произвести столь мастерский захват. Какой позор, что это ан­гличанин!

—   Так это ты толкнул мисс Эмму?! — проревел Буфорд, заламывая руку убийцы назад. Если его конечность при этом сломалась (а судя по углу, под которым та выгнулась, вполне могла), то за шумом толпы хруста никто не услышал. — А она же должна стать судьей на нашем конкурсе усов!

Бандит врезался в другую компанию посетителей, которой очень не понравилось, что их пиво расплескалось из-за какого-то парня, одетого, как гробовщик. Теперь оба человека из под­крепления скрылись под градом апперкотов и ударов по почкам. У Элизы появилась возможность переключить свое внимание на первую пару: один все еще лежал без сознания, зато второй уже встал на ноги. Она не стала вытаскивать нож или пистолет. Элиза щелкнула переключателем на своей одетой в металл ру­ке и, почувствовав, как в районе бицепса зажужжали шесте­ренки механизма, одним плавным движением выстрелила из plures ornamentum.

Из руки вылетели тяжелые шары бола. Длинная веревка с прикрепленными к ней шарами захлестнула ноги мужчины, крепко связав их вместе. Рассыпая проклятья, он споткнулся и рухнул на руки Джосайи и Сета. Те тут же поставили его об­ратно на ноги, но затем подняли в воздух двойным апперкотом.

Толпа в «Клятве», наслаждавшаяся этим представлением с потасовкой, ревом восторга отреагировала на то, как послед­ний из бандитов, закатив глаза, свалился на пол. Элиза чув­ствовала, как в висках пульсирует кровь; инстинкт бойца гнал ее вперед, чтобы продолжить схватку. Однако подготовка агента министерства взяла верх. «Хватай Мэри и воспользуй­ся самым удобным путем для бегства».

Но едва она снова повернулась к своему столику, как ее об­хватила пара сильных рук. В этих объятиях, очень напоминав­ших медвежьи, весь воздух из ее легких вышел, а ребрам, го­товым треснуть, стало жарко. Медь перчатки больно врезалась в корсет, а перед глазами Элизы стали вспыхивать звезды.

—   Не знаю, сучка, кто ты такая, — просипел прямо ей в ухо злобный голос: возможно, она действительно выжала все со­ки из его мужского достоинства, — но сегодня вечером ты дей­ствительно помешала мне сделать свою работу!

Звук удара затылком ему в нос получился таким оглуши­тельным, что перекрыл даже шум потасовки. Человеку нее за спиной взвыл и немного ослабил хватку, а Элиза тут же со всей силы наступила ему на ногу. Последовавший за этим удар в живот локтем, покрытым медью, позволил ей развернуться и хлестко врезать ему в челюсть. То, как он красиво рухнул на пол, понравилось даже Элизе.

Затем Элиза повернулась к Мэри, и та вежливо помахала ей рукой. Она в точности выполнила то, что ей было сказано.

—   А теперь бежим? — с тревогой в голосе спросила она.

—   Теперь, дорогая, действительно бежим, — сказала Эли­за, поднимая Мэри со стула и увлекая ее за собой в толпу.

«Комбомбула» гудела и жужжала, складываясь, чтобы защитить себя. Элиза понятия не имела, каким образом ма­шина сообразила, что идет драка, но она вновь высоко оце­нила это изобретение Сумасшедшего Мак-Тая. Когда две женщины добрались до выхода, в воздух уже полетели круж­ки и стулья.

—   Подожди! — Элиза высунула голову на улицу и огляде­лась по сторонам. Вокруг никого не было. — Буфорд! — крик­нула она назад в дерущуюся толпу.