Ошибка, которую я совершила - Пола Дейли

на танкетках были завязаны, первые фотографии сделаны, а зонтики открыты, мы смогли покинуть свое убежище.

Вооружившись пивом и солнцезащитными очками, мы с Генри отправились в путь. Однако, вместо того, чтобы спуститься к тропе, мы повернули назад и забрались на небольшой холм к югу от дороги. Вид отсюда был неизмеримо лучше, и можно было не опасаться туристов, которые решат пренебречь стрелками-указателями. Все это место сейчас принадлежало нам.

Генри, как выяснилось, тоже жил в этих краях с рождения. И так же, как я, приезжая на Тарн-Хоус в детстве и юности, не замечал восхищения на лицах людей, увидевших впервые это чудо, влюбленных пар, исполненных надежды, что эта красота в будущем станет камертоном их отношений.

«И так будет всю жизнь», видела я в пружинистой походке девушек, в неосознанной ритмичности их слов, и с неожиданной жестокостью подумала: «Поживем, увидим, дорогие мои. Поживем, увидим».

— Здесь? — Генри обвел рукой вершину холма.

В пакете, что он нес с собой, звякнули бутылки пива. Перед нами лежал участок травы размером с двойной матрас, примятый после предыдущего пикника. Мы устроились, и Генри достал из кармана нож. Он передал мне бутылку Miller, сопроводив ее нежно-укоряющим взглядом.

— И после всего этого выбора, — он имел в виду длинный перечень напитков на пивоварне, — ты выбрала слабенькую американскую шипучку?

— Вкусное американское пиво, которое я люблю, — поправила его я. — А что? — спросила я, когда он снимал крышку со своей бутылки, — Ты предпочитаешь женщин, которые заказывают сразу пинту Гиннесса или Кэффри под регби с мальчиками?

Он весело улыбнулся:

— Знавал я парочку таких.

— Я так и поняла. Ты был женат?

— Был когда-то, — ответил он. — Когда-то я был женат.

Какое-то время мы болтали. Это был один из тех разговоров, когда собеседники старательно обходят острые углы, чтобы случайно не обидеть друг друга, но и не рвутся произвести впечатление. Наш флирт был легким и манящим, и все же я оставалась настороже, так как не могла отвлечься от ситуации со Скоттом.

— Итак… — сказал Генри после того, как мы обсудили фильмы, которые нам нравились, музыкантов, которые нас раздражали, и места, которые хотели бы посетить.

Я была рада, что он не начал обсуждать свой список желаний, как делали многие из моих знакомых. Они просто не понимали, что мечты всех, кто читает GQ * (* ежемесячный мужской журнал) совпадают вплоть до мелочей: погружение с аквалангом на Большом Барьерном рифе, годовой абонемент на игры «Барселоны», лицензия пилота и так далее.

— Итак, ты встречаешься с кем-то с работы? — небрежно сказал Генри.

Его вопрос застал меня врасплох. Я надеялась, что он пропустил мимо ушей комментарий Селии. Когда я моргнула, он продолжил:

— Просто я не могу представить, кто это может быть. Ведь не Уэйн же?

— Нет, — быстро ответила я. — Не Уэйн.

Он выдохнул и улыбнулся:

— Если честно, просто не мог представить его рядом с тобой.

Я сделала глоток и помолчала, обдумывая, как лучше поступить. Если я признаюсь, что встречаюсь с кем-то (с кем угодно, хоть с принцем Уильямом), я получу неплохую стратегию выхода. Я могла бы, например, соврать, что на это свидание меня вынудили Надин с Петрой, но у меня уже есть отношения, в которые я не хочу никого посвящать.

Вот что я должна была сказать. Это было бы разумно. Уйти, пока никто не пострадал.

Вот только я никак не могла заставить себя это сделать. Генри был чертовски красивым, и я уже была им очарована. У меня возникло ощущение, что если даже я попытаюсь заявить, что связана с другим мужчиной, из моего рта вылетят совсем другие слова.

— Я спрашиваю не из любопытства, — тихо сказал Генри, — но было бы неплохо узнать, не зря ли я трачу здесь твое время.

Я допила свою бутылку.

— У меня никого нет, — твердо сказала я, и он удивленно поднял брови. — Я встречалась кое с кем, но все уже закончилось. Я соврала соседке, потому что она все время пытается меня сватать. Я сказала ей только, чтобы…

— О, — выдохнул он с облегчением и искренним удовлетворением. — Рад это слышать. Не хотел драться из-за тебя.

Я слабо улыбнулась.

— Видишь ли, я не умею драться, — добавил он, передавая мне еще одну бутылку. — То есть, дерусь, но плохо.

— А что ты делаешь хорошо? Просто интересуюсь, — спросила я.

— Я? — переспросил он, и, не задумываясь, ответил: — Живу.

— Что это за ответ?

— Единственный, какой у меня есть.

Я засмеялась и начала ковырять ногтем мокрую этикетку на пивной бутылке.

— Звучит довольно претенциозно, — заметила я.

— Правда? — удивился он. — Я не хотел сказать, что моя жизнь прекрасна, а все остальные живут не правильно. Просто я стараюсь заниматься тем, что мне нравится, и почти никогда не делаю того, что не нравится.

— Например, работу, — сказала я.

— Да. В том числе.

Он звякнул горлышком своей бутылки с клубничным элем о мое пиво:

— Ура.

***

Когда мы вернулись, Фокси тявкала в саду.

— Тихо! — крикнула Селия, а потом дунула в свисток.

Не желая демонстрировать Генри убожество моего дома, а так же не желая знакомить его с Джорджем, я не пригласила его на кофе. Фактически, я попрощалась с ним, как только захлопнула дверцу машины. Мы не целовались. Селия с Деннисом наслаждались вечерним солнышком на недавно купленной садовой скамейке, так что это было бы в высшей степени неудобно.

И все же Генри на свой страх и риск проследовал за мной до самой двери.

— Хорошо провели время? — спросила Селия, и я пробормотала что-то невнятное.

Я заметила взгляд, который она бросила на Денниса. Теперь она