Рождение любви - Ханна Хауэлл

Лорд Элдон довольно кивнул, но от него не укрылось волнение Лоуренса.

— Выкладывай до конца, Я должен знать все, что касается моей дочери, — потребовал он, не сводя с молодого человека пристального взгляда.

— Она уже не девственница, — тихо промолвил Лоуренс, заметив вспышку ярости в глазах милорда и опасаясь, что Элдон обратит свой гнев на него.

— Ее изнасиловали?! Сколько у нее было мужчин? Ее используют как шлюху?

Лоуренс покачал головой:

— Нет. Когда Хагалео отказался от выкупа, Тэвиш Мак-Лаган в первый раз с ней переспал. Все это время она была только его подружкой. Он обращается с ней хорошо, клянусь. Как со своей женой. Остальные мужчины даже не смеют к ней прикоснуться.

Лорд Элдон издал гневный возглас, схватил дорогую вазу и запустил ее в одно из многочисленных зеркал спальни, разбив его вдребезги. Элдон стремительно вышел из комнаты, поклявшись отомстить своей жене и ее любовнику: именно эти двое были виновны в позоре его дочери. Они оставили Шторм без защиты, бросили ее на милость врага.

Лорд Фостер ждал его в зале. Он уже побывал в своем замке и увидел, что дела там не столь плохи, как он думал.

— На рассвете мы отправляемся в Карайдленд! — заявил Элдон.

— Я предвидел это и захватил своих людей. Они готовы сразиться с Мак-Лаганами.

— Тогда советую тебе сначала поговорить с ними. Мы едем сражаться не с Мак-Лаганами, а с сэром Хью и моей женой, которые сейчас осаждают Карайдленд. — Элдон мрачно усмехнулся, увидев удивление в глазах друга. — Похоже, чтобы спасти свою дочь от сэра Хью и этой шлюхи из Суссекса, мне нужно прежде спасти Карайдленд. Представляю лицо старика Колина, когда он увидит, что мы приехали ему на помощь! — Впервые за много дней лорд Элдон довольно ухмыльнулся.

Глава 17

Слабые лучи солнца едва пробивались сквозь ночную тьму, когда Шторм вдруг проснулась, дрожа от непонятного озноба. Странный холод пробирал ее до самых костей, не спасало даже теплое тело лежавшего рядом Тзвиша. Впервые она испытала такое, когда отравили ее мать. Для Шторм это ощущение означало опасность, оно служило предупреждением, к которому стоило прислушаться. Все ее родные погибли, значит, опасность грозила Карайдленду. Шторм потрясла за плечо спящего Тэвиша, не думая о том, что ее опасения могут показаться ему смешными.

— Ммм? — Тэвиш сонно уткнулся в ее грудь и коснулся губами соска.

— Ты проснулся, Тэвиш? — спросила она строго, пытаясь отрезвить его.

Взглянув на ее затвердевший сосок и воодушевившись своим успехом, Тэвиш припал жадными губами к другой груди.

— Еще рано, милая. Ты уже давно не открывала свои милые глазки в такую рань.

— Что? — непонимающе спросила девушка, уже охваченная туманом страсти. Губы Тэвиша продолжали играть ее грудью, а руки еще полусонно ласкали тело. — Ты выставил дополнительную охрану? — проговорила она задыхаясь.

— Да, — он отбросил одеяло, его поцелуи медленно спускались ниже, — а почему ты спрашиваешь?

— Может, тебе покажется это глупым, но я предчувствую беду. Я проснулась от сильного озноба, — торопливо говорила Шторм, лихорадочно глотая воздух, пока его губы ласкали ее живот. — Нам надо быть осторожными.

— Нет, это совсем не глупо. Мы усилили дозор. Если что-то случится, прозвучит сигнал тревоги. — Тэвиш встал на колени между ее бедрами, он уже прерывисто дышал. — Все воины в полной боевой готовности. — Положив руки ей на ягодицы, он оглядел ее с головы до носочков — тело, которым собирался овладеть. — Не волнуйся, малышка. А пока, если тебе хочется что-то сказать, скажи: «О Тэвиш!» — Он усмехнулся.

Она сказала то, что он попросил, и даже несколько раз. Рассвет уже набирал силу, когда Тэвиш наконец освободился от объятий Шторм. Девушка потянулась в постели с грацией довольной кошечки. Ее неосознанная чувственность неизменно возбуждала Тэвиша. Он уже подумывал, не лечь ли опять к ней, но тут в спальню ворвался полуголый Шолто. Молодой человек бросил быстрый, но точно оценивающий взгляд на Шторм, которая поспешно закрылась простыней.

— Что, нравится? — резко спросил Тэвиш, подходя к младшему брату.

Шолто успел заметить красивые и пышные белые груди.

— Да, — с усмешкой ответил он.

Шторм смущенно хихикнула. Тэвиш метнул на нее укоризненный взгляд.

— Зачем ты явился?

— Дозорные, которых ты выставил в лесу, только что примчались сюда. На нас движется огромное войско. Это люди из Хагалео, но они скачут не под знаменем Элдона. И отец дает сигнал тревоги!

— Это, конечно, мерзавец Хью! — Тэвиш обнял побледневшую Шторм за хрупкие плечи и зарылся пальцами в густые шелковистые волосы, которыми теперь откровенно любовался Шолто. — Сколько у него людей? Больше, чем у нас?

— Вдвое. Если не втрое. Он пришел штурмовать наши стены.

Чмокнув Шторм в щеку, Тэвиш стал поспешно одеваться.

— Сиди в замке, Шторм, — велел он. — Мэгги будет здесь, можешь ей помочь. Пойдем, Шолто. Мне еще надо зайти к себе.

С этими словами Тэвиш вышел из спальни, на ходу завязывая брюки.

— Девочка у тебя хороша, Тэвиш, — сказал Шолто, сбегая с братом по лестнице.

— Да, слишком хороша. Для английского пса, — прорычал Тэвиш, когда они проносились по залу.

— Это точно, — горячо согласился Шолто, уже охваченный волнением перед боем.

Шторм торопливо оделась, провела расческой по волосам, завязала их сзади лентой и помчалась за Тэвишем, но так и не смогла его догнать. Девушка стала помогать Мэгги готовить зал для приема раненых, которые обязательно должны были появиться. Вскоре стало ясно, что действительно прибыло войско сэра Хью. Шторм улучила момент, когда Мэгги отвлеклась, и побежала к крепостной стене.

— Отдай нам девчонку Элдон, Мак-Лаган! Зачем тебе проливать кровь из-за англичанки? Нас больше, и мы победим! — кричал сэр Хью.

Колин ответил на это бахвальство весьма выразительной тирадой. Шторм оглядела собравшиеся под стенами крепости войска и охнула, заметив справа от шеренги небольшую кучку людей:

— О Боже, сама леди Мэри явилась!

— Какого черта ты здесь делаешь? — взревел Тэвиш. схватив ее за руку и сердито встряхнув.

— Где она? — спросил Шолто, не обращая внимания на гнев Тэвиша и пытаясь разглядеть графиню.

— Вон там, справа. В яркой двуколке, — прошептала Шторм.

Любопытство пересилило, и Тэвиш тоже взглянул в ту сторону. Двуколка, ее пассажиры и четверо конюхов по бокам были не просто яркими пятнами, а вызывающе яркими. Столь пестрая компания на поле боя смотрелась до смешного нелепо. Конюхи казались шутами гороховыми в своих желто-красных костюмах, и Тэвиш, брезгливо поморщившись, подумал, что эти бравые парни наверняка объезжают не одних только лошадей.