Герой ее романа - Элла Дэниелс

Дани кивнула.

– Просто блестяще! А теперь… Подожди здесь, а я приведу Джинни.

Маркус нахмурился и придержал ее за руку. Кивнув в противоположную сторону поляны, проговорил:

– А я добуду лошадей.

Оценив расстояние, Дани покачала головой.

– Нет, ты не сможешь в таком состоянии.

– Разумеется, смогу. Со мной случалось и не такое, – пробурчал маркиз с обидой в голосе.

Стиснув зубы, Дани процедила:

– Ладно, хорошо. Встретимся на тропинке с той стороны поляны. Но если тебя поймают… Не жди, что я стану тебя выручать.

Маркиз расплылся в улыбке.

– Ах, мисс Грин, вы слишком добры, чтобы бросить меня на произвол судьбы.

– Маркус, не искушай меня!

Голоса разбойников зазвучали громче – разговор превратился в перепалку. Джинни же затихла у дерева; она выглядела уставшей, совершенно измученной. «Момент подходящий», – подумала Дани. Кивнув Маркусу, она стала пробираться к дереву, старательно избегая листьев и веток, которые могли бы зашуршать под ее весом. При этом она то и дело поглядывала на споривших разбойников.

Она почти добралась до Джинни, когда под ногой у нее хрустнула ветка, и казалось, что хруст этот эхом разнесся по всей поляне. Дани замерла; взгляд ее был прикован к разбойникам. Тот, которого ударили, по-прежнему держался за живот, но «цыган», явно насторожившись, устремил напряженный взгляд в сторону дерева. Внезапно их взгляды встретились, и разбойник расплылся в широкой улыбке. Дани тяжко вздохнула; она была уверена, что все пропало. А «цыган» повернулся к своему сообщнику – наверняка, чтобы его предупредить. Он действительно что-то сказал Зеленому, но тревога так и не поднялась.

Дани недоумевала. Почему он не пытался ее остановить?

И тут «цыган» засвистел. Засвистел громко и весело, и свист этот эхом прокатывался под кронами деревьев. Удивлению Дани не было предела – она была абсолютно уверена, что «цыган» ее видел, не мог не видеть!

Чуть помедлив, Дани двинулась дальше. Вскоре она добралась до Джинни. Надеясь, что ей удастся развязать веревку. Дани ощупала ее в поисках узлов, но тотчас обнаружила, что разбойники завязали концы веревки наверху, вокруг рук Джинни. И это означало, что ей придется выпрямиться во весь рост, чтобы развязать девушку. Но ведь тогда ее наверняка заметят…

Дани снова посмотрела на разбойников. Зеленый сидел все в той же позе, а его приятель продолжал насвистывать, теперь уже – повернувшись к ней спиной.

Выскользнув из тени, Дани тут же зажала Джинни рот ладонью и приложила палец к губам, показывая, что надо сохранять молчание. Девушка утвердительно кивнула, и только после этого Дани взялась за узлы.

Веревка была толстой, крепкой и жесткой, и, немного сдвинув ее, Дани обнаружила ярко-красное раздражение вокруг запястья девушки. Тут волокно веревки укололо палец Дани, и она невольно вскрикнула. Они обе тотчас же замерли, повернувшись в сторону мужчин. Но те никак не реагировали; причем свист «цыгана» стал еще громче. Теперь-то Дани точно знала, что разбойник видел ее. Но почему же он так странно себя вел?

Однако времени на раздумья не было, и Дани снова взялась за дело. Ей удалось освободить одну руку Джинни, и она вздохнула с облегчением. Вскоре и другая рука была развязана, а через несколько мгновений веревка упала на землю и исчезла в траве. И тотчас же руки Джинни обвили шею Дани, и она прошептала:

– Спасибо, дорогая.

Дани кивнула, но заговорить не решилась; она не знала, сколько у них оставалось времени. Девушки быстро пошли к лесу, и несколько минут спустя Дани увидела Маркуса, сидевшего на земле с поводьями в руках; причем было очевидно, что его состояние явно ухудшилось. Дани присела с ним рядом. Он то и дело морщился от боли.

– Это оказалось сложнее, чем я ожидал, – проворчал Маркус.

– Нам нужно побыстрее отсюда уходить, – сказала Дани.

Маркус молча кивнул и стиснул зубы. Он положил руку на плечо Дани, и та, сгибаясь под его весом, невольно закрыла глаза. И вдруг маркиз перестал быть таким тяжелым. Дани открыла глаза и увидела, что Джинни положила другую руку Маркуса себе на плечи, так что теперь вести его стало гораздо легче.

Они приблизились к лошадям, но тут одна из них в тревоге вскинула голову и зафыркала. Однако разбойники не двинулись с места. Свист прекратился, но Дани заметила, что «цыган» отвлекал взгляд напарника разговорами. Было ясно, что он давал им возможность сбежать. Но зачем?

Джинни приблизилась к лошади и погладила белую полоску между глаз кобылы, чтобы успокоить ее. Затем быстро привязала свой дорожный мешок к седлу и, повернувшись к Маркусу, спросила:

– Ты сам сможешь взобраться?

Маркиз помрачнел и пожал плечами. Но выбора не было, и девушкам кое-как удалось усадить его на самую смирную из лошадей.

Убедившись, что Маркус в порядке, Дани помогла Джинни забраться на рослую гнедую кобылу, сама же она взобралась на огромного и горячего жеребца, темная шкура которого была вычищена идеально. Дани ласково погладила коня, а Джинни проговорила:

– Это самая ценная собственность Отиено. – Перехватив вопросительный взгляд Дани, она пояснила: – То есть цыгана.

Вспомнив о том, что этот человек помог им бежать, Дани пробормотала:

– Я почти сожалею.

Джинни усмехнулась и заметила:

– Не стоит. Ведь он наверняка украл этого коня.

– Какая ирония… Теперь обокрали его самого.

– Полагаю, он недолго будет обходиться без коня. – Джинни снова усмехнулась.

Дани тихо рассмеялась и сунула сапог в стремя. Устроившись в седле поудобнее, она посмотрела на своих спутников. Джинни явно не терпелось убраться подальше от поляны, и у Дани не было возражений. Маркус же молчал, держась за бок. Ему требовалась медицинская помощь, а в лесу ее точно не найти.

– Главная дорога и постоялый двор – в той стороне, – сказал Маркус, указав на запад.

Джинни кивнула и повернула лошадь в указанном направлении. Маркус последовал за ней, но тут Дани вдруг обернулась, чтобы посмотреть на поляну. Увидев разбойников, она замерла в изумлении.

– Чего ты ждешь? – проворчал маркиз.

Дани отмахнулась от него; ее взгляд был прикован к черноволосому разбойнику, по-прежнему болтавшему со своим напарником.

– Что случилось? – допытывался маркиз.

– Ничего. – Дани покачала головой и натянула поводья.

Вся компания тронулась в путь, а Дани еще долго вспоминала «цыгана». Она могла бы поклясться, что Отиено помахал ей на прощание.

Глава 19

– Поклянись, что меня не оставишь ты! —