Каэхон - Максим Варежкин

— Да? По-моему, все молодое поколение страдает этой романтикой, — улыбнулась она.

— И ты, что ли? — Ухмыльнулся я.

— Ну, судя по всему, теперь нет, — с грустью, но и без некоторого облегчения сказала она. — Впрочем, это не важно! Для меня обучение важнее.

— Когда-нибудь все будет в порядке, — глубокомысленно заявил я. — Выздоравливай. Набирайся сил давай! А то ни о каком обучении и думать не сможешь. До встречи, Тифа!

— Спасибо, Каэхон. Удачи!

С чувством выполненного долга, я пошел обратно, во внутренний дворик. Тайсама была уже там — как и у меня, особых друзей у нее не было, да и воины Обители общительностью не отличались в принципе. Ширра еще где-то мотался: у него наших "социальных проблем" не было.

— Вернулся? Быстро, — заметила Тай.

— А, что там бегать? — Отмахнулся я. — Все то же, все те же. Тифу проведал только: я с ней на одной кафедре. Ей не повезло…

— Прямо сентиментальным становишься, Кай, — фыркнула Тайсама. — Сейчас я войду в роль и буду ворчать: "Тратишь свое драгоценное внимание на каких-то людишек!" — Произнесла она невыразимо поучительным и намеренно презрительным тоном.

Я рассмеялся: вышло очень так гордо и по-королевски. Красиво. В ней явно пропадали актерские качества! Тайсама не выдержала и засмеялась тоже. И в таком вот веселом состоянии нас застал недоумевающий Ширра:

— В беспокойстве сердце мое о здоровье душ ваших, — произнес он и, подумав, добавил: — Добавить могу я, что с темпами такими репутация мрачных людей схлынет с вас, как вода…

— Не волнуйся за наше здоровье, — взял я себя в руки и отсмеявшись. — Я лекарь, как никак.

— Кхм, — громко выразила свое сомнение Тай.

— Целитель, — поправился я.

— Кхм, — повторила девушка.

— Целитель, и точка! Синяк вылечить могу. О, Наставница! Тихо, начинается!

Помпу и роскошь Наставница явно не любила. С каждым разом я все больше в этом убеждался… На этот раз она вышла в окружении магов-наставников высокого ранга, быстренько построила всех нас в более-менее ровное подобие шеренги.

— Итак, — произнесла она сухо, — результаты. Почти все прошли, молодцы. Не справились группы Олина Регрея и Грегора Олдера. Частично справилась группа Крета Золтера.

"Группа Регрея — та, что потеряла двух магов, включая самого Олина, — размышлял я, — а оставшийся в живых маг, скорее всего, будет признан непрошедшим Испытание. Группа Олдера вернулась целой — но, видимо, миссию свою завалила. Грегор будет выставлен из Обители точно, остальные два мага — под вопросом… Группа Золтера — Тифина. Девушка тоже под вопросом, однако в Обители она ценится. Что ж, посмотрим, что скажет Наставница!"

А Наставница сказала вот что:

— Группа Олдера расформировывается и исключается из Обители, как проявившие несостоятельность, трусость и глупость. — По дворику пробежал шумок, я отчетливо «услышал» отчаянье и подавленность трех молодых магов. — Группа Золтера отказывается от Тифы Анки, заменив ее Джером Трейстом из группы Регрея.

— А Тифа? — Чуть слышно спросил я, с удивлением отмечая, что мне и в самом деле не наплевать на эту малознакомую девчонку.

— Тифа Анки находится под вопросом, — будто услышав мой вопрос, сказала Наставница. — Она талантлива, в своей области, и ее навыки не вызывают споров. Но на данный момент нет недоукомплектованных команд. Если кто-либо из лидеров решит взять ее четвертой, то награда за задания Обители будет делиться на четверых вместо трех. В противном случае Тифа исключается. Желает ли кто-нибудь принять ее в команду?

На дворике воцарилась тишина. Судя по эмоциям, многим тихая Тифа была безразлична, но все понимали: такое могло быть с каждым. Желания взять в свою команду «неудачницу» не было ни у кого. Я набрал воздуха…

— Кай, ты хочешь ее взять? — Слегка напряженно спросила Тайсама. — Я чувствую твои эмоции достаточно хорошо, не забывай. Ты что, влюбился в нее?

— Ты ж чувствуешь мои эмоции достаточно хорошо, — отозвался я. — Нет, но мне она нравится. Как человек. И мне ее жалко.

— А с чего это ты взялся решать за нас троих?

— Ну, — я смутился. — А вы не согласны?

Ширра тактично промолчал. Тайсама излучила парочку красноречивых эмоций — негативных по отношению ко мне, но не к Тифе. Они были согласны, а я почувствовал себя нехорошим человеком. Но самобичевание не было моей сильной чертой, так что я довольно кивнул и, шагнув вперед, спокойно произнес:

— Мы берем в команду Тифу Анки.

— Каэхон, — сказала наставница негромко, но весьма зловеще. — Вы, конечно, прекрасно справились с заданием, за исключением пары недочетов, Тайсама и Ширра — среди лучших учеников Обители… Но ваша команда и так несуразна, не понятно, как вы вообще что-либо можете делать вместе! С двумя же целителями…

— Мы берем ее, — твердо сказал я, перебивая Наставницу. Правда, слегка неуютно стало от шквала эмоций сильнейшего мага нашей Обители. — Я целитель другого профиля. Она нам не помешает — в лечении она много сильнее меня.

— Насчет последнего я склонна согласиться, — ехидно заметила Наставница и громко обратилась к присутствующим: — Вот вам пример мага, который либо становится полушарлатаном, развлекая горожан, либо великим магом! Последнее случается редко. Ученики Обители! Разойдитесь по кафедрам. Вечером — торжественный праздник, присутствие не обязательно. Каэхон, как обычно, ко мне.

Я тяжело вздохнул: смелость и дерзость наказуемы. Тайсама и Ширра сочувственно на меня поглядели — будто провожая в последний путь…

Дорогу до Наставницы я давно выучил и без Проводника. Знакомые коридоры, повороты и показавшаяся мне почему-то зловещей дверь. Я постучал. Безуспешно. Дернул за ручку — закрыто. Хлопнул себя по лбу — я слишком торопился на этот сеанс мазохизма и обогнал Наставницу.

— Уже здесь, Каэхон? — Раздался у меня за спиной знакомый голос. Наставница… В раздумьях я умудрился ее не заметить. — Молодец, быстро. — Она сделала пару Знаков, дверь распахнулась сама собой. Я различил лишь Оторо. — Проходи, не стой столбом!

Наверное, Наставница — единственный человек, которому я мог подчиняться беспрекословно. По крайней мере, без усилий над собой. Эмоции ее хлестали через край, она мало заботилась об их контроле… Впрочем, это было не особо и нужно: они были настолько сильны и сумбурны, что какой-нибудь псионик вполне мог бы сойти с ума.

— Ну, Каэхон, — начала Наставница, усевшись за свой стол, постукивая по нему пальцами, — что скажешь ты в оправдание свое?

— Тифа достойна обучения, — твердо сказал я. — Просто моя команда тут оказалась крайней. Взяли бы другие — только порадовался бы.