Донбасс в огне. Хроника необъявленной войны. Апрель – сентябрь 2014 - Виктор Северский

Таблица 1

Численность и этнический состав населения Донбасса (тыс. чел.)

Таблица 2

Изменения численности и этнического состава населения Донбасса (тыс. чел., в процентах)

Таблица 3

Этнический состав населения Донбасса (в процентах)

Таблица 4

Структура этнических меньшинств Донбасса (в процентах)

Таким образом, можно утверждать, что на протяжении почти ста лет Донбасс поглощал выходцев со всей Российской империи, а потом – и СССР. У оторванных от обычного окружения людей тоталитарный режим целенаправленно искривлял систему ценностей: личность «перемалывалась», не особо важными становились национальная идентичность, родной язык, вера. В то же время на первый план выходило гипертрофированное чувство самосохранения, получение средств к существованию любыми путями.

В условиях полного контроля со стороны государства жителям Донбасса навязывались отказ от инициативы и полное подчинение государству, которое суживалось до размеров местной партийно-хозяйственной ячейки. Тем более что в руках последней был такой важный инструмент воздействия, как дифференцированное обеспечение социальными благами. Даже руководство предприятия имело реальные возможности значительно улучшить или ухудшить социально-бытовые условия своих работников, например раздавая жилье, льготы при получении кредита на индивидуальное строительство или обеспечивая товарами и продуктами. Насаждался культ «пролетария» как безмолвного исполнителя воли правящей партии и хозяйственной элиты.

В последние 50 лет процессы деукранизации региона, запущенные ранее, только углублялись, но основную роль при этом играла уже не иммиграция, а денационализация местного населения. От переписи к переписи уменьшалась часть украинцев, которые сохраняли родной язык. Например, на Луганщине по переписи 1959 года таких было 87,6 процента, а по переписи 2001 года – только 50,4 процента. Интересна и другая статистика: непосредственно в Донецке, где по переписи 2001 года проживало 493 тысячи русских и 478 тысяч украинцев, только 23 процента последних считали украинский язык своим родным.

Однако не стоит говорить о том, что Донбасс чем-то выделялся на фоне остальных регионов независимой Украины, – такая же тенденция наблюдалась повсеместно. Неспособность центральной киевской власти воспользоваться действенными механизмами интеграции Донбасса в национальное государство нашло отражение в настроениях населения региона. В 1991 и 1996 годах местные газеты «Жизнь Луганска» и «Наша газета» проводили опрос с целью определения самоидентификации жителей Донбасса. Часть тех, кто считал, что «население Донбасса – особенная общность людей, которые имеют корни и в Украине, и в России», уменьшилась с 54,9 процента в 1991 году до 45,4 процента в 1996 году. Однако это произошло не за счет подъема украинской идентичности – процент тех, кто считал, что «тут живут преимущественно украинцы», уменьшился с 16,4 до 10.[9] Украинизации региона в будущем в 1991 году ожидали 53,2 процента респондентов, а в 1996 году – только 13,3 процента.

А по-другому и не могло быть – центральная власть если и уделяла внимание Донбассу, то только в смысле контроля за местными ресурсами и предприятиями. Причем и на этом направлении Киев вскоре потерпел поражение: представители как старой управленческой номенклатуры («красные директора»), так и крупных предпринимателей Донбасса смогли найти общий язык в борьбе против ставленников киевской власти. Так, 14 мая 1997 года в результате подковерных интриг ставленник «днепропетровского» премьер-министра Павла Лазаренко глава Донецкой облгосадминистрации Сергей Поляков ушел в отставку. Его сменил Виктор Янукович, которого поддерживали и «новые донецкие» (среди которых тогда выделялся будущий олигарх и «хозяин Донбасса» Ринат Ахметов).

Все это время Донбасс в силу как своего географического положения, так и ментальных особенностей находился под плотным российским влиянием, осуществлявшимся через общественные и политические организации – начиная от Украинской православной церкви Московского патриархата и заканчивая «Русскоязычной Украиной» Колесниченко, «Украинским выбором» Виктора Медведчука, партиями «Русское единство» и «Русский блок», а также многочисленными казачьими организациями.

Как тут не вспомнить и еще одну общественную организацию, созданную в 2005 году в Донбассе, – «Донецкая республика» (учредитель – Андрей Пургин). Основной ее целью было предоставление особого статуса восточным областям Украины, которые некогда входили в состав Донецко-Криворожской Советской Республики. Свои акции сторонники «Донецкой республики» проводили под флагом с двуглавым орлом. В 2007 году по решению суда деятельность организации была прекращена. Тем не менее через два года после судебного решения активисты ДР организовали несколько митингов с требованием федерализации, на которых они объявили «суверенным русским федеративным государством» Луганскую, Донецкую и Херсонскую области Украины. В ответ правоохранительные органы Украины завели в отношении нескольких членов «Донецкой республики» уголовные дела по подозрению в свержении конституционного строя. Правда, до суда дело не дошло.

Члены запрещенной организации снова напомнили о себе летом 2012 года: представительство организации открылось при Евразийском союзе молодежи в Москве.

Именно через многочисленные «русские» партии и организации на государственном уровне регулярно всплывала проблема русского языка как второго государственного. Но для ее реального решения ни один политик не сделал буквально ничего и, как правило, придя к власти, ее просто забывал. Тема языка была стопроцентно выигрышной и по еще одной причине – за 23 года независимости Украины не предложено было приемлемого для всех решения языковой проблемы. Это признают даже украинские ученые и политологи: так, по мнению историка Ярослава Грицака, «острота ситуации вызвана тем, что украиноязычные интеллектуалы в большинстве случаев выступают сторонниками языковой, а не политической украинизации, что оказывается неприемлемым для русскоязычных граждан востока и юга Украины в целом».

На сегодняшний день сторонники единого государственного языка в Украине считают, что в стране отсутствуют какие-либо проблемы с использованием русского языка. При этом они попутно зачисляют русский язык в наследие «колониального прошлого» и называют средством влияния Российской Федерации на Украину. Немалое распространение в политических кругах получила мысль, что придание русскому языку статуса государственного будет способствовать сепаратистским тенденциям в южных и восточных регионах страны. Их оппоненты, напротив, уверены, что именно нерешенные проблемы в языковой сфере провоцируют центростремительные тенденции в государстве, а наличие официального статуса у двух или большего числа языков является распространенной практикой в современном мире. Некоторые эксперты даже указывают, что решение языкового вопроса может стать предпосылкой преодоления раскола, существующего в современном украинском обществе.

Осложнение обстановки в Украине и «Крым наш!»

Первая попытка показать позицию Донбасса была предпринята в 2004 году на фоне общественно-политического кризиса, вызванного первым Майданом. 28 ноября прошел Северодонецкий съезд «депутатов всех уровней», на котором впервые за историю независимой Украины местные политические элиты попытались заставить Киев «услышать Донбасс». Съезд имел далеко идущие последствия.

После победы В. Ющенко против участников съезда начались преследования со стороны государства, даже были открыты уголовные дела. Наиболее пострадали глава Харьковской области Евгений Кушнарев и председатель Донецкого областного совета Борис Колесников, которых власти обвинили в «сепаратизме» и «попытке насильственного изменения границ Украины» и заключили в тюрьму. Однако вскоре все уголовные дела были закрыты за отсутствием состава преступления.

«Реванш» Донбасса в 2010 году в виде избрания «своего» президента Януковича, казалось, успокоил Восток, однако взбудоражил Запад. Принятие так называемого «языкового» закона Колесниченко – Кивалова в 2012 году сопровождалось массовыми протестами. А отмена этого закона в феврале 2014 года, ставшая ключевой ошибкой новой власти, вообще спровоцировала восточные регионы на полномасштабный бунт.

События осени 2013 года в Киеве, получившие название Евромайдана, коснулись Донбасса опосредованно. Немногочисленный донецкий Евромайдан не пользовался поддержкой народа и был без труда разогнан местными активистами при молчаливом согласии милиции. Параллельно СМИ (прежде всего российские) связывали в сознании жителей Донбасса события в Киеве с беспорядками, покушением на «стабильность», ценности, насильственной украинизацией, вмешательством Америки.