Детективная Игра. Сборник детективов - Елена Руденко

Доберман появился в образе крошечной собачьей фигурки, выпрыгнувшей из-за иконки «Мой компьютер». Фигурка стремительно росла, приближаясь большими прыжками. Когда пес занял собой почти весь экран, он остановился, радостно гавкнул и завилял обрубком хвоста. Всплыла надпись: «Введи слово или словосочетание для поиска» Аристарх ввел: «Метилтриптофановая кислота» и нажал «ввод». Всплыло: «Введи параметры поиска» и столбик опций: «Названия сайтов», «Описания» и так далее. В самом низу столбика значилось: «Везде», а еще ниже находился маленький плюсик. Аристарх «кликнул» на плюсик, тот разродился новым столбиком: «Везде + платные базы данных», «То же + внутренние сети фирм, организаций и системы Р2Р», «То же + закрытые базы данных государственных и частных служб». Аристарх выбрал последнее. Компьютер тут же ответил надписью: «Любопытной Варваре нос оторвали. Ты уверен(а) в своем выборе?» И опции: «Да» или «Не нужны мне эти приключения». Тут Аристарх заколебался. Конечно, программа работала очень аккуратно, ведя поиск через анонимные прокси-серверы, отвечая на запросы ложными данными о своем хозяине и мгновенно отключаясь при встречном сканировании. Но вероятность того, что его вычислят и намылят шею, все-таки не исключалась.

Доберман же, не теряя времени, прогулялся по «рабочему столу» обнюхал всё, что на нем имелось, выбрал иконку «Мои документы» и задрал над ней заднюю лапу.

Аристарх решился и ответил: «Да». Выпрыгнуло: «Смотри же, я тебя предупреждал», затем надпись свернулась в трубочку, доберман схватил трубочку зубами и так рванул с места, что из-под задних лап в экран полетели комья грязи. Аристарх невольно отпрянул. У авторов программы было хорошо развито воображение.

Виртуальная грязь медленно стекала по экрану, обнажая надпись: «Жди. Поиск идет».

К моменту возвращения добермана Аристарх успел испить чаю и прочесть несколько страниц Моэма. Услышав знакомое «гав», он вернулся к «монстру». Тяжело дышавший доберман держал в зубах бумажную трубочку с надписью: «Результаты поиска». Аристарх «кликнул» на трубочке, и она развернулась.

Было найдено на удивление мало: с десяток документов на английском языке и столько же на итальянском, датском и китайском. В конце списка отмечалось, что «некоторое количество файлов, отвечающих запросу, хранится в скрытых банках информации, не доступных для программы».

Он решил заняться тем, что удалось «накопать». Китайские и датские файлы пришлось отбросить сразу за невозможностью прочтения. Итальянский документ Аристарх оставил напоследок, приступив в первую очередь к английским. Всё это были научные статьи. Самая старая — статья 20-летней давности, полностью посвященная метилтриптофановой кислоте. Авторами оказалась группа научных сотрудников АН СССР под руководством доктора химических наук Хвостова. Аристарх переключил «Добермана» в ждущий режим (пес свернулся клубком посреди «рабочего стола» и задремал), принес англо-русский словарь и занялся статьей.

Сущность статьи группы Хвостова сводилась к следующему: проведен ряд опытов по изучению свойств метилтриптофановой кислоты — экзотического химического соединения, привезенного из далекой страны Венесуэлы. Исследования показали, что упомянутая кислота при попадании в организм экспериментального животного быстро распадается, не оказывая практически никакого воздействия на его жизнедеятельность.

Следующие статьи вышли немного позже и тоже оказались советского происхождения. Одна за другой они подтверждали выводы, сделанные группой Хвостова, а в последней статье описывался эксперимент, проведенный на людях-добровольцах. Результат — тот же. Эта статья была опубликована 17 лет назад.

Оставалась еще итальянская статья, но стоило ли ее читать? Аристарх призадумался. Слабая и безвредная кислота, чем ты могла повредить погибшему Богатыреву? Ничем. И нечего тут мудрить.

Он встал и подошел к окну. На город опустилась ночь, редкие окна светились в соседних домах. Тяжелые хлопья снега медленно опускались на землю, напоминая в свете фонарей белые гардины, слегка колышущиеся у полуоткрытого окна.

Но почему Заюшкиной не дали разобраться с кислотой? Вряд ли она нашла бы хоть что-то. Закрыла бы дело, так и не выяснив, как кислота оказалась в организме. Ну и что? Всем известно, что кислота безвредна и не могла стать причиной смерти. Почему прокурор «надавил» на Заюшкину? Может быть, кто-то занервничал и поспешил ее остановить? Тогда кто же это должен быть, если он может приказать прокурору города?

А если все это лишь домыслы и никакого давления вовсе не было? Вполне могло быть и так. Но откуда, откуда кислота?

Аристарх понял, что не сможет спокойно уснуть, пока не разберется в этом до конца. Или пока не поймет, что бессилен разобраться. В любом случае, надо прочесть о кислоте всё.

Он взял с полки латинский словарь и вернулся к «монстру». В недрах компьютера хранилась программа автоматизированного перевода с разных языков. Это был отвратительный инструмент, зачастую выдававший в качестве перевода совершенную галиматью, но при почти полном незнании языка даже такая слабая подмога не была лишней.

Уже название статьи — «Вопиющее нарушение научной этики» — вызвало на его лице гримасу удивления. На всякий случай он еще порылся в словаре, но смысл фразы не изменился: «Грубое попрание принципов порядочности ученого». Любопытно…

Группа итальянских ученых под руководством профессора Корси — автора статьи — исследовала свойства экстракта некоего южноамериканского растения. Первые же опыты дали поразительные результаты: экстракт оказывал целый комплекс воздействий на организмы экспериментальных животных. Было очевидно, что в состав экстракта входит одно или несколько чрезвычайно активных веществ, которые следовало отследить опытным путем. Одним из составляющих экстракта являлась метилтриптофановая кислота, о которой было известно, что она весьма инертна и вообще не может представлять интереса. Итальянец упоминал статьи советских ученых, с которыми Аристарх уже ознакомился. Однако, продолжал профессор, после удаления данной кислоты экстракт резко терял все свои удивительные свойства. Исследования зашли в тупик. Предполагались два варианта: либо метилтриптофановая кислота, не оказывая напрямую никакого воздействия, все-таки является необходимым компонентом и представляет собой вспомогательный реагент, катализатор, необходимый для реакций, в которых участвуют другие вещества, либо приходилось ставить под сомнение труды Хвостова сотоварищи. Первый вариант итальянцем отвергался, приводились пространные доводы, в которых Аристарх совершенно заблудился и ничего не понял. Оставался один путь — пересмотреть результаты работ советских ученых. Руководство института, сотрудником которого числился Корси, отказалось финансировать такое продолжение исследований, и итальянец с плохо скрытой гордостью сообщал, что работа была продолжена за счет его личных средств. Профессор полностью повторил эксперименты, описанные Хвостовым. Результат поразил даже его самого, хотя он морально был к нему готов. Все данные, полученные Хвостовым, а затем и другими, оказались «липой»! Метилтриптофановая кислота оказывала в организме разнообразнейшие воздействия в зависимости от дозировки и способа введения — ее свойства колебались в широком диапазоне от легкого транквилизирующего эффекта до мощного наркотического действия. Потрясенный Корси попытался связаться с группой Хвостова, чтобы объясниться и выработать взвешенную позицию по этому вопросу. Но его ждал новый сюрприз: никакой группы Хвостова в АН СССР не существовало! Редакторы научных журналов не смогли сообщить по этому поводу ничего вразумительного и отсылали любопытного итальянца в другие инстанции, где он также ничего не добился. Ученые же, бывшие авторами последующих статей о метилтриптофановой кислоте, оказались вполне реальными людьми, но пообщаться с кем-либо из них не удалось, потому что все они дружно ушли в отпуск, заболели, уехали в командировку или умерли. Под конец статьи темпераментный Корси, балансируя на грани дозволенной лексики, разразился гневной отповедью в адрес аферистов, затормозивших научный прогресс на много лет.

Вот такие пироги. Работа Хвостова была опубликована двадцать лет назад, Богатырев погиб десятью годами позже, а Корси выступил с разоблачением еще через пять лет.

Аристарх не знал, радоваться или огорчаться. С одной стороны, получалось, что он отыскал-таки истинную причину гибели Богатырева, что не может не радовать. Но тогда несчастный случай легко превращался в умышленное убийство, если кислота введена в организм журналиста без его согласия и с вполне определенной целью. Это очень серьезно, и одной итальянской статьи в качестве доказательства как-то маловато.