Сказка где-то рядом - Ольга Связина

Не ожидавшие вновь ощутить под собой твердую опору, ноги тут же подогнулись, и Наташа рухнула на пол. Он оказался не таким жестким, как можно было предположить с виду - пошарив вокруг руками, она обнаружила что-то сравнительно мягкое и немного колючее, неровным слоем рассыпанное по неровно залитому бетону. Отсутствие линолеума лишний раз подтверждало версию о складе.

Рассудив, что именно это помещение 'добрые' сторожа предназначили ей для ночлега - а спать хотелось со страшной силой, так, что даже голод как-то подзабылся, ушел на задний план, - девочка опустилась на колени, собрала сильно рассредоточенное по полу покрытие в одну большую кучу и, рухнув сверху, моментально уснула.

ГЛАВА 2

Проснулась Наташа так же резко, как и отключилась - точно неведомая рука повернула рубильник, - причем проснулась с неприятным чувством. На нее кто-то пристально смотрел, и в этом взгляде ощущалось нечто зловещее: как будто дракон плотоядно прикидывал, управится с нею за один жевок, или тут хватит на завтрак, обед и ужин. Разбуженная столь неприятным образом, девочка подскочила на своей колючей подстилке, будто подброшенная мощными тугими пружинами, и повела по сторонам еще не вполне ясными спросонок глазами.

Тревога оказалась напрасной - у противоположной стены, довольно далеко от свитого ею мягко-колючего гнезда, поджав ноги к подбородку, сидела смуглолицая темноволосая девочка, на вид немногим старше ее, одетая в какой-то странный бесформенный серый балахон.

- П-привет, - выдавила из себя Наташа. - Ты кто? Что здесь делаешь?

- Наверное, то же, что и ты, - пожала плечами незнакомка, отвечая как бы на оба вопроса одновременно. - Ночевала здесь, а теперь жду, когда выпустят - в город или наружу, как повезет. Скорее всего, выпрут обратно - попрошаек тут не любят.

- Так ты, стало быть…

- Сума переметная, к вашим услугам, - протянув ноги по полу, девчонка прижала растопыренную ладонь к груди и слегка ссутулила спину в карикатурном поклоне. - Называют меня Дарина. А тебя?

- Меня зовут Наташа, - представилась она новой знакомой.

- Красивое имя, - согласилась та. - Что оно обозначает?

- Не знаю, - смутилась Наташа. - Не задумывалась… А твое?

- Ну, это просто - в свое время я стала подарком для родителей, а теперь живу подарками судьбы и добрых людей. Кстати, о людской доброте - как ты собираешься отсюда выйти? Ты пришла в город, чтобы навестить родственников? Или тебя кто-то выкупит?

- Как это - выкупит? - вновь удивилась Наташа.

- Не думаешь же ты, что стража бесплатно предоставляет всем желающим свой гостеприимный кров, - пояснила Дарина. - Дает крышу над головой и вон, еще целый кувшин воды принесли - ты, кстати, пить не хочешь?

- Вообще-то я шла к бабушке, - призналась Наташа, скосив глаза в сторону странного кособокого сосуда из красной обожженной глины, притаившегося рядом с входной дверью. - Но, похоже, ночью сбилась с пути, и теперь не знаю, куда попала. Да даже и не ночью, а гораздо раньше, как только отбилась от отряда. А что это за город?

- С отрядом? - живо заинтересовалась ее собеседница, совершенно игнорируя последний вопрос. - Так вот почему ты так странно одета! И много вас шло? Кто вас вел?

- Шесть человек, не считая руководителей, - честно призналась Наташа.

Подобравшись к дверям, она сунула нос в кувшин - вода ничем подозрительным не пахла и казалась чистой и свежей. Правда, сейчас она предпочла бы кусок хотя бы и черствого хлеба, с колбасой… можно даже с соевой… или вовсе без колбасы… Но придется, видно, по рецепту Гека Финна, наполнить желудок одной водой, чтоб хотя бы слегка притупить это сосущее чувство внутренней пустоты.

- Так кто же вас вел? - настойчиво повторила свой вопрос Дарина.

- А, Денис с Властой, - отмахнулась Наташа, делая большой глоток.

Получив первую порцию простой воды, желудок протестующе сжался, словно предчувствуя коварную попытку замены честного завтрака беспардонным суррогатом, но второй и третий глотки прошли уже гораздо легче и безболезненней.

- Значит, Денис и Власта снова объединились, - задумчиво пробормотала себе под нос товарка по несчастью. Сняв с плеча суму в виде длинного мешка из грубой ткани на ремне через плечо, она запустила туда руки и принялась ворошить содержимое, не прерывая бормотания: - Выходит, они объединились… Шесть человек - отряд небольшой, разведчики? Погоди, может, ты есть хочешь? - повысив голос, окликнула она Наташу, намертво присосавшуюся к кувшину.

- Конечно, хочу, - сразу оживилась та, сирая со щек мокрые 'усы'. - А у тебя что, есть?

Вместо ответа Дарина достала краюху серого, ноздреватого, ароматного хлеба, и белый, странной асимметричной формы непонятный кусок. И то, и другое она разломала руками на почти равные части, и протянула Наташе ее долю.

Белая масса оказалась очень соленым снаружи и почти пресным внутри сыром, вроде брынзы - кусок явно был отрезан от большого круга. Девочка с жадностью вонзила зубы в полученную еду.

- Похоже, дела у тебя идут неплохо, - прожевав первый кусок, заметила она. - Сидишь тут всю ночь, а хлеб свежий, даже теплый, и сыр совсем недавно отрезан, подсохнуть не успел, так и плачет!

- Предприимчивый человек нигде не пропадет, - загадочно заметила Дарина, сверкнув глазами, и с удвоенной яростью набросилась на свой бутерброд, круша и перемалывая зубами с такой страстью, точно видела в нем своего злейшего врага.

Утолив голод, Наташа запила бутерброд водой из кувшина, стряхнула крошки с одежды на солому, и, поднявшись на ноги, подошла к одному из окон, узкими щелями прорезающих толщу стены. Но сильнее всего ее поразили не странная форма окошек, отличающихся друг от друга по размеру и высоте расположения, как будто их выкладывали на глазок, и не полутораметровая стена из неровно обтесанный камней:

- Как, ты сказала, называется этот город? - слабым голосом спросила Наташа.

- Старый, - деловито выковыривая из зубов застрявшие между ними кусочки мизинцем коричневой от загара или от въевшейся грязи руки, к окну подошла Дарина. - Это Старый город, Старгород. Ты что, никогда раньше не бывала в столице?

- Не-е-ет… - потрясенно протянула Наташа, чувствуя, как пол ускользает из-под подгибающихся ног. Столицы с такой панорамой она никогда не видела - разве что в фантастических фильмах или в кошмарных снах…

В этот момент дверь с грохотом распахнулась, ударившись о наружную стену в коридоре, и на пороге возник давешний сторож-горилла: солнечный свет сделал его еще больше похожим на обезьяну.

- За тобой пришли, - буркнул он, кивая Наташе. - Можешь идти, только сперва переоденься.