Сказка где-то рядом - Ольга Связина

- Так вы - волк? - запоздало удивилась она.

- По большей части, - загадочно ответил тот. - А вы так кричали на весь лес только оттого, что не с кем было поговорить?

- Ох, нет, конечно, извините, - засуетилась Наташа. - Понимаете, мы с друзьями пошли в лес, в турпоход - ну, знаете, погулять, свежим воздухом подышать, красотами природы полюбоваться, а потом я… от них отстала, и вот - заблудилась.

Она развела руками.

- О! - сразу оживился волк. - Так вы - маленькая девочка, попавшая в беду?

- Я вовсе не маленькая! - обиделась Наташа. - Мне уже тринадцать лет!

- Хорошо-хорошо, значит, вы - большая девочка, попавшая в беду, - примирительно заключил ее собеседник.

Наташа в запальчивости хотел возразить, что ни в какую беду она не попадала, а всего лишь заблудилась, но подумала, что если она будет постоянно перечить, то волк, чего доброго, рассердится, и вот тогда она на самом деле окажется в самой настоящей беде. Поэтому сочла за лучшее промолчать.

- Значит, в город хотите, - задумчиво пробормотал волк, поворачиваясь к ней боком и задумчиво глядя куда-то в сторону. - А вас там кто-нибудь ждет?

- Конечно! - с жаром подтвердила девочка, твердо уверенная, что, не смотря на суточный переход, по-прежнему находится ближе к Первоуральску, чем, скажем, к Екатеринбургу или Челябинску.

- Ну, так садитесь же! - поторопил ее странный спаситель.

- Ку… куда? - удивилась Наташа.

- Ко мне на спину!

Неловко, словно взбираясь на забор, она закинула волку на спину правую ногу, а затем, крепко вцепившись в шерсть на загривке, подтянулась и, немного поерзав, довольно удобно устроилась верхом. Не так, конечно, как на пони в парке, но и не так, как на соседском Грее, острая хребтина которого никак не годилась для верховой езды и испортила ей всю прогулку.

- Не подгонять, - строго предупредил невиданный зверь, и неспешно потрусил в ту сторону, откуда, как показалось Наташе, она только что пришла. Выходит, все это время шагала не туда…

Волк бежал легко и ловко, мягко ступая пружинистыми лапами на пружинящие сухие иголки, и на его спине почти не трясло. Но вот ветки деревьев то и дело норовили пребольно ударить по лицу и сбросить на землю. В конце концов, Наташа прижалась к волчьей шее, обвив ее руками и почти уткнувшись носом в большое и мягкое пушистое ухо. Такое расположение и невысокая скорость 'скакуна', от которой не свищет ветер в ушах и не стучат зубы, норовя прищемить язык, как нельзя боле способствовали задушевной беседе.

- А много еще в лесу волков, таких, как вы? - заинтересовалась Наташа.

- Таких как я? Пожалуй, что и немного, - заметил тот. - А вот просто волков - хватает, так что маленьким девочкам не следовало бы гулять по лесу одним.

- 'Мама не предупредила ее, что нельзя разговаривать с незнакомыми волками', - вспомнила Наташа.

- Что, простите? - от удивления ее 'скакун' замер на месте, как вкопанный.

Прежде чем он вновь тронулся в путь, девочка успела вкратце пересказать леденящую кровь историю о Красной Шапочке.

- А что, наверняка все так и было, - согласился волк, вновь переходя на неторопливую трусцу, - вот только это скорее всего не настоящий волк был, а оборотень, вроде меня. Разве простые волки говорят? И как можно даже издалека и в темноте не отличить такую морду от человеческого лица? Разве только девочка страдала сильным дефектом зрения…

Наташа окаменела на широкой теплой спине зверюги, а тот продолжал развивать свою мысль:

- Наверное, мамаша отправила дочурку к бабушке еще затемно, как только достала из печки свежие хлебы. По дороге та повстречала оборотня - наверняка было полнолуние, - пользуясь умением говорить, тот обманул бедняжку, и слопал старушку. А с первыми лучами восходящего солнца вновь стал человеком, нацепил чепчик, и улегся в кровать, на бабушкино место. Видно, матерый был зверюга, может быть, даже сам Вервольф - он, я слышал, мог по собственному желанию обличья менять, особенно ранним утром, пока луна еще не зашла. Погорел старик на своей любви к нежным маленьким девочкам - напоролся на охотников с серебряными пулями. И, если подумать, у той крошки вполне мог быть красный колпачок…

- А вы, кхм, - Наташа кашлянула, чтобы прочистить сжавшееся от волнения горло, и прохрипела: - А вы, получается, кхм, тоже… оборотень?

- Да уж точно не собака говорящая, - злопамятно заметил тот.

- И как же вы относитесь… к маленьким девочкам?

- Очень, очень люблю, - Наташе даже показалось, что при этих словах ее 'скакун' громко, со смаком облизнулся и сглотнул набежавшую слюнку, но тут же попытался ее успокоить: - Но сегодня уже сыт, благодарю.

На ее взгляд, это здорово походило на попытку усыпить бдительность жертвы непосредственно перед поеданием. Но, прежде чем она успела присмотреть себе местечко помягче, чтобы скатиться с волчьей спины и потихоньку уползти в какие-нибудь кустики погуще, надеясь на чудо, прямо по курсу, словно бы из ниоткуда, внезапно вынырнули несколько светящихся огоньков.

- Вот и город, - удовлетворенно заметил волк-оборотень, останавливаясь. - Спускайтесь, я ведь все-таки не конь. Еще горожане увидят, да и запрут в какой-нибудь цирк, зевак катать.

Разжав руки, Наташа покачнулась и мешком свалилась на землю, не в силах устоять на подкашивающихся от голода и усталости ногах. А ведь это наверняка самая окраина, автобусы уже не ходят. Может, удастся хотя бы отыскать какой-нибудь круглосуточный киоск, откуда разрешат позвонить и где можно будет подзаправиться сушками.

При мысли о еде Наташин рот наполнился голодной слюной, а желудок протестующе забормотал.

- Это вы рычите? - поинтересовался волк.

- Это в желудке, - смущенно призналась девочка.

- А-а-а, - протянул он. - А на будущее - так, на всякий случай, - как вас зовут?

- Наташа, - не стала скрывать она. - А вас?

- Вольфганг, - представился волк. - Но можно просто Вольф. Так уж и быть, провожу вас до конца, а то ведь еще могут и не пустить.

'Куда могут не пустить?' - удивленно размышляла Наташа, шагая рядом со своим странным провожатым. С каких это пор вокруг города успели расставить блокпосты? Или, мечась по лесу, она все-таки свернула куда-то не туда, и ближайшим населенным пунктом оказался какой-то закрытый и, возможно, даже секретный объект?

Но еще больше она удивилась, когда широкая, но неровная дорога, на которую они вышли, вывела их не к полосатому шлагбауму рядом с аккуратной будочкой КПП, а к высокой, простирающейся вправо и влево практически до бесконечности стене, сложенной из выщербленных неровных шлакоблоков. Будь Наташа одна, она непременно пошла бы вдоль стены, явно принадлежащей какому-то складу или гаражу, если судить по огромным окованным железными полосами капитальным воротам, через которые свободно могла бы проехать не только пожарная машина, но и ракетно-баллистическая установка. Когда-нибудь стена непременно закончится, как всегда бывает со стенами, и Наташа обошла бы этот склад кругом. Во всяком случае, она не собиралась посреди ночи беспардонно ломиться в ворота!