Лунная школа - Катерина Полянская

Как метаморф какой-нибудь, честное слово!

Я как раз раздумывала об украшениях, когда раздался звонок в дверь.

Бэт пришла. Помня, что сказал вчера отчим, я схватила сумку с документами и рванула вниз. Не хватало еще, чтобы он ей гадостей наговорил! Когда спустилась, Виверд как раз открыл перед Бэтси дверь.

— Доброе утро, господин Крейстон! — пропела моя единственная подруга, просияла и едва ли не исполнила перед ним реверанс.

Неужели только я вижу, какой холодный у него взгляд?

— Здравствуй, Бэтси, — сдержанно отозвался мужчина и отступил в сторону, чтобы я могла пройти. — Шалисса, ничего не забыла?

— Заявление еще несколько дней назад заполнила, — похвасталась своей предусмотрительностью, выбегая из дома.

— Тогда удачи, девушки, — пожелал он и через несколько секунд захлопнул за нами дверь.

Итак, дверь была закрыта и в окно никто не смотрел, но пока отходили от дома, спина просто зудела, словно от настойчивого взгляда. Я даже плечами повела, желая отделаться от неприятного ощущения. Не помогло.

— Какой же он все-таки лапочка! — восхищенно выдохнула Бэт.

— Пришел и сразу начал устанавливать свои правила, — скривилась я.

— Он тебе не нравится? — Не беспокойство, простое любопытство.

Отчаянно хотелось рассказать про его ночной визит в мою комнату и запрет общаться с единственной подругой, но я почему-то не стала. Не смогла.

— Виверд не плохой, — подобрала наиболее удачное определение. — Просто никак не могу привыкнуть, что в доме есть еще кто-то, кроме нас с мамой.

Пока они жили в нашем старом доме, из-за меня, наверное. Но Крейстон уже пару раз заговаривал о переезде в его особняк, и мама прикидывала, что возьмет с собой, так что, когда я переберусь в школу, они тоже наверняка уедут.

— Не ценят некоторые своего счастья!

Под ворчание Бэт мы дошли до «Скарабея».

Шестиэтажному зданию из оранжевого камня, с крышей, где разлегся огромный скарабей, было уже больше сотни лет. Ночью глаза жука сверкали зеленью. По городу ходили слухи, что это тоже своего рода магия. Поговаривали даже, что с помощью этого жука элита следит за горожанами. Еще я слышала, что так выявляют самых талантливых, чтобы потом зачислить их в Школу. Но это все было не более чем сплетнями. Зачем Крейстону и ему подобным за кем-то следить?

Этот особняк — главный предмет мечтаний любого выпускника средней школы в Блэкдорне. В нашей его части так точно. Конкурс здесь заоблачный, от желающих поступить отбою нет. Но правление «Скарабея» отбирает лучших из лучших. Иногда на курс всего пару человек берут. И не все доучиваются до конца. Небольшую часть выпускников отсеивает первый же выезд из города, как случилось с моей мамой. В общем, мне самой иногда смешно от собственной уверенности.

Еще раз пожелав друг другу удачи, мы с Бэтани взбежали по ступеням и вдвоем толкнули тяжеленную дверь.

Холл оказался огромным, полутемным, но вполне уютным. Взгляд медленно скользил по деревянным панелям на стенах, мраморному полу, двум большим зеркалам… и, наконец, наткнулся на стол, за которым сидел парень чуть старше нас с Бэт.

— Поступающие? — скучающе осведомился он.

— Угу! — Мы подлетели к столу и протянули документы для регистрации.

С Бэт все прошло быстро, он просто списал номер с ее удостоверения личности, заполнил пропуск, поставил печать и отправил ее разыскивать таинственный шестьдесят восьмой кабинет на втором этаже.

Потом взял мои документы с видом, будто делает огромное одолжение, вчитался… и лицо мгновенно стало невероятно счастливым. Будто это он пришел испытать судьбу, а от меня зависел результат экзамена.

— Тебе в шестьдесят девятый, — сообщил парень очень вежливо и извлек из ящика стола уже заполненный пропуск.

Я ошеломленно моргнула.

Взяла.

— Передай мои искренние поздравления господину и госпоже Крейстон.

— Спасибо, — было так неловко, что пальцы начали меленько трястись, чуть пропуск не выронила. — А ты здесь учишься? Или работаешь?

Знакомы мы не были, все же город не такой маленький. К тому же огромным недостатком Блэкдорна является то, что здесь почти нет развлечений. Никаких ночных клубов, театров и тому подобного. Вообще ничего. Из инфраструктуры — всего одна гостиница, один ресторан и штук пять кафешек разной степени презентабельности. В итоге каждый вращается в своем узком кругу, и зачастую даже соседей мы знаем исключительно визуально.

— Работаю. — Он смущенно улыбнулся. — «Золотой Скарабей» слишком ценит своих студентов, чтобы перекладывать на них обязанности персонала.

Точно! Талантливые проявители — огромная ценность, поскольку приносят городу деньги.

Одарив собеседника ответной улыбкой, я пошла искать нужный кабинет.

Бэт меня не подождала, так что пришлось делать это в одиночестве. На пропуске стояла специальная магическая печать, так что двери, ведущие в боковой коридор, распахнулись передо мной сами. Я шла медленно, отчасти пытаясь немного оттянуть ответственный момент, отчасти просто любуясь. В Школе было мрачновато, такое впечатление создавали старинные интерьеры и обилие дерева темных пород, но при этом уютно. Я чувствовала себя так, будто меня пустили на экскурсию в дом Вольстенгардов.

Захватывающе!

Подумать только, меньше чем через неделю я буду здесь жить! И каждый день ходить по этим узким коридорам, по лестницам со старинными перилами… Возможно. Если пройду отбор.

Кстати, о доме основателей города. Это еще одна местная загадка. Он, то есть дом, бесследно исчез. А может, мы просто не знаем, в каком из особняков Блэкдорна жил лучший из проявителей.

Пришлось сильно укусить себя за губу, чтобы вышвырнуть из головы посторонние мысли. Пока витала в облаках, я успела взобраться на второй этаж и пристроиться четвертой в очередь перед нужным кабинетом. Хватит мечтать, нужно сосредоточиться! Но поскольку никто не знал, как именно здесь будут проверять потенциал, подготовиться было нереально. Оставалось просто ждать. Парень и две девушки, стоящие в очереди передо мной, заметно дергались и пытались использовать магию, но лучший результат, которого одна из них достигла, — это светящиеся золотом ладони. Из кабинета тут же выглянул молодой блондин и попросил девушку зайти вне очереди.

Она не поступила. Вышла через какие-то три минуты, вся в слезах.

Мы трое обменялись запуганными взглядами. Больше никто проявлять излишнего рвения даже не пытался.

Внутри словно обледенело все, дышать и то получалось с трудом. Понятия не имею, сколько продлилось ожидание: несколько минут или час?