Лунная школа - Катерина Полянская

Разве что…

— О, вот и вы! — Мама светло улыбнулась и смущенно заправила за ухо несколько каштановых прядок. — Поймал беглянок?

— Они катались на каруселях, — со сдержанной улыбкой пояснил Крейстон. — Сущие дети. Понятия не имею, что стану делать с ними в «Скарабее».

Говорилось это так, будто вопрос был уже решенным. А ведь я даже заявление еще не подала… И Бэтси тоже.

— Моя дочь, Шалисса. — Взяв меня за локоть, мама заставила повернуться так, чтобы незнакомка могла рассмотреть во всех подробностях. — Она как раз в этом году тоже поступает.

— Наша дочь, дорогая. — Крейстон ослепительно улыбнулся.

Пришлось сдерживаться, чтобы не поджать губы. От него таким лицемерием повеяло…

— А это ее подруга — Бэтси Леож, — продолжила новоиспеченная госпожа Крейстон.

За моим плечом подруга едва не задохнулась от счастья.

— Девочки, — важно заговорил ректор престижнейшей школы, — нас почтили своим присутствием Анела Вольстенгард и ее сын Джарс. Кстати, этот замечательный молодой человек уже зачислен в «Скарабей». Шалисса, твоя задача сделать так, чтобы у него не возникло проблем с адаптацией.

Прозвучало… безумно.

До части с возложенной на меня миссией понимание просто не дошло, оно застопорилось где-то в начале сообщения.

— Вольстенгард? — тупо переспросила я.

А в памяти тут же всплыли все россказни об основателях города метаморфов и проявителей.

— Тот самый?.. — обескураженным шепотом переспросила Бэт.

— Они не оригинальны, — скривился Джарс… или как там его? — На нас здесь все так реагировать будут?

Анела натянуто улыбнулась и похлопала сына по плечу.

— «Тот» был моим прапрадедом, — удовлетворила всеобщее любопытство она.

— С Келлем Мастбрандом знакомить уже не надо, — зашептала мне на ухо Бэт. — Шали, он такой… Я с удовольствием ему здесь все-все покажу!

Джарс услышал ее и выразительно скривился. Интересно, ему вообще доступна какая-нибудь другая мимика?

А я вдруг подумала, что Уршула только что лишилась своей фишки.

Но… откуда эти двое вообще взялись?

Первыми исчезли мама и Крейстон. По традиции этот вечер они должны были провести вдвоем. Я тоже хотела потихоньку улизнуть, но не вышло. Джарс просто прилип к нам. Даже обратно на карусель с нами потащился, хотя и кривился все время, и язвил не переставая. Город ему был слишком скучный, люди — унылые, а мы с Бэт — еще дети.

Только «Скарабей» этот задавака считал достойным внимания.

Ну и ладно, ну и пожалуйста!

Мне действительно было все равно, просто как подумаю, что придется с ним нянчиться, сразу хочется морщиться, закатывать глаза и звать на помощь.

Бэт была влюблена в Келля с первого класса. Но его родители были из тех, кто имел право выезжать из Блэкдорна, а значит, входил в местную элиту. Так что учились мы не вместе, а после попытки заговорить с ним противный мальчишка так толкнул свою поклонницу, что она шлепнулась на попу, порвала платье и сильно ободрала ногу. Это было во втором классе. С тех пор Бэт больше не рисковала, а мне частенько приходилось утирать ей слезы и выслушивать мечтательные воздыхания.

Теперь Келль считается одним из самых завидных женихов нашей части города. И… он тоже поступает в этом году. Последние месяцы Бэтси только об этом и говорила, все уши мне прожужжала, а сегодня просто не отлипает от нового знакомого. Даже на карусель со мной не полезла, уселась рядом с ним на скамейке.

Происходящее казалось тем более невероятным, что Джарс даже симпатичным не был. Ну хоть немного… Высокий, худой, брюнет, но некоторые пряди были выкрашены в красновато-рыжий. Взгляд темно-серых глаз был тяжелым и каким-то подавляющим, будто клеймо ставил. И голос неприятный, слишком низкий. Добавить сюда явно мерзкий характер — и получится полный портрет. Что же Бэт в нем нашла? Вряд ли дело в происхождении, она не такая!

Удовольствия от катания получить не вышло. Я кружилась под тихую музыку, но взгляд все время цеплялся за подругу, сидящую возле нового знакомого и о чем-то оживленно щебечущую. Он откровенно скучал и смотрел куда-то в сторону. Иногда на меня.

Да откуда они вообще взялись? Еще с такой фамилией…

И как это — он уже зачислен в «Скарабей»?

Плюс еще сотня всевозможных «как» и «почему».

Вопросы требовали ответов, так что я слезла с карусели, махнула смотрителю, сообщая, что больше не вернусь и он может спокойно выключать ее, и направилась к скамейке, где двое пытались найти общий язык.

С моментом не угадала. Бэт как раз решила попытать счастья…

— Так что, сходим завтра куда-нибудь?

Я остановилась чуть в стороне, не желая мешать.

— Нет, спасибо, — равнодушно отозвался Джарс.

— Я бы могла познакомить тебя с местными ребятами? — Иногда Бэтси могла быть приставучей. — Тебе с ними учиться, если кто-то вдруг забыл.

— Не интересно. — Он просто отмахнулся от нее, как от назойливой мухи.

Музыка стихла, карусели выключили. Скрывать свое присутствие дальше стало невозможно.

Я решила сделать вид, что ничего не слышала.

— Итак, ты из тех самых Вольстенгардов, — произнесла я заинтересованно и села на край скамейки. — Как так вышло, что о вас в городе никто не знал?

— Кому надо — знали, — все так же отрешенно отозвался Джарс. Потом мазнул по мне взглядом и дал чуть более развернутый ответ: — Нарс Вольстенгард, тот самый, который был влюблен в Милику, уехал из города. Так и получилось, что наша ветвь слегка отделилась.

Просто взял и уехал?

А так можно? Нас учили, что в случае чего вернуться точно будет нельзя. Однако сейчас я смотрела на живое опровержение всех правил и вообще ничего не понимала. И если бы Джарс не отвечал с таким видом, будто делает мне огромное одолжение, я бы обязательно пристала к нему с расспросами, но сейчас… Лучше маму потом спрошу.

— И ты уже зачислен в «Скарабей»? — Вместо этого я выбрала более нейтральную тему.

— Еще с весны. Мы поэтому и вернулись.

— Как оно там, в большом мире? — влезла со своим вопросом Бэт.

Огни погасли, смотритель ушел. В темном парке стало неуютно, так что мы встали и не спеша побрели к выходу.

— Обыкновенно. — Определение Джарс подобрал в своем стиле. — Магию по большей части скрывают. Наших там почти нет. Зато в закрытой школе, где я учился, было несколько инкубов, феи, демоны, даже одна вейла затесалась.

Он отвечал скупо, сам почти никаких вопросов не задавал, даже не спросил, в какую сторону идти. Когда мы вышли на главную площадь, просто вдруг заявил, что ему пора. Бэт вызвалась проводить до гостиницы, но ее вежливо послали. Мы успели разойтись в разные стороны, когда мне в спину прилетел окрик: