Сбежавшая няня - Кэтлин Хэррис

Он сделал паузу, поскольку она придерживала дверь, открытую для него, а затем добавил более серьезным тоном:

– Неужели кому-то непонятно, что ты должна только наслаждаться этим путешествием, и не думай, что тебе придется все свое свободное время тратить на меня. Не забудь, что я старший на «Мэйбл» и командую здесь так же, как ты командовала мной в больнице.

Они оба рассмеялись, вспоминая то время, когда она запрещала ему вставать с постели.

– Да, сэр, я подчиняюсь. – Она понимала: все, что он сказал, было свойственно его независимой натуре. Мистер Инглмен не хотел показывать окружающим, что он болен. Старик и молодая, симпатичная девушка, смеясь, вошли в гостиную. Это вызвало общий интерес гостей, собравшихся внизу и уже пробующих коктейли. Вошедшая пара казалась несколько несовместимой. По выражению лица Эдит Кастерс было видно, что их появление произвело на нее впечатление и вызвало естественное удивление. Она немедленно вскочила и бросилась обнимать мистера Инглмена.

– Как я рада вас видеть, дядя Эдвард! И как вы хорошо выглядите! Я боялась, что увижу нас немощным и слабым – ведь я вас так давно не видела… Действительно, очень давно. Но мне кажется, что вы не совсем окрепли. Позвольте мне вам помочь. – Дядя, почти лишившись дыхания от повисшей на его шее племянницы, едва удержался на ногах. Он освободился от ее объятий и повернулся к Деборе. Та немедленно подхватила его и подвела к ближайшему креслу. Как только он немного отошел от бурной встречи, он поприветствовал племянницу в своей грубоватой манере. Мистер Инглмен был не тем человеком, который щадит чьи-то чувства.

– Я не спал, благодарю вас. Я выдержал схватку с вирусом, который хотел загнать меня в могилу, но благодаря Деборе не смог. Именно поэтому Дебора здесь. Все вы знаете, что я еще не полностью восстановил силы, что и послужило причиной морского путешествия. Прошу вас это иметь в виду, Эдит, прежде чем вы снова броситесь мне на шею.

Его племянница попыталась извиниться, но прежде, чем она успела сделать это, дядя заставил ее сесть. Он повернулся к Деборе:

– Дайте этот бренди, который рекомендовал мне доктор Блейк перед обедом. Добрый вечер, Фрэнк. Приятно вас видеть на борту вместе с миссис Шуберт. – Его строгий взгляд остановился на незнакомом человеке. – Я думаю, юноша, вам пора представиться. Полагаю, вы и есть приятель моей племянницы, которого она пригласила. Но я не знаю ни вашего имени, ни чем вы занимаетесь. – Любой в таких обстоятельствах почувствовал бы себя неловко, но только не Ким Кроффорд. Казалось, ему эта ситуация доставляет удовольствие. Он не подал руки мистеру Инглмену, сумев объяснить причину этого, и даже извинился за поступок Эдит.

– Я избавлю вас от необходимости рукопожатия, мистер Инглмен, а вы умерьте свой гнев по отношению к Эдит. Вы же понимаете, что ее восторг вызван радостью видеть вас в прекрасной форме и заботой о вас. Что же касается меня, я ее друг, и зовут меня Ким Кроффорд. Насчет того, чем я занимаюсь, думаю, что я, как говорится, универсальный специалист и живу своим умом. Разрешите добавить, что для меня большая честь познакомиться с вами и быть вашим гостем в этом прекрасном путешествии. – Всем было ясно, что его речь не тронула мистера Инглмена, так же как и Деборе сначала не понравился его стиль поведения. Мистер Инглмен проворчал:

– Кто может знать, будет ли прекрасным путешествие, если мы находимся в море всего несколько часов! Однако вы нам пригодитесь, молодой человек, если будете наполнять бокалы наших гостей. Дебора принесла мистеру Инглмену его бренди, и он сделал маленький глоток.

– Я полагаю, вашим главным занятием является бартер, и еще я вижу, что Эдит пролила почти весь свой напиток на платье, а что касается моего настроения, то в моем возрасте человек может выражать свои мысли и вести себя так, как ему нравится.

Эдит коснулась своего платья и покраснела. Но Кима, казалось, слова хозяина не обидели.

– Вы сказали, сэр, что заслужили право поступать как хотите. Что ж, я буду рад отрабатывать свое пребывание на борту и обслуживать бар. Вам налить еще, мистер Шуберт? Дай-ка мне твой стакан, Эдит, а то ты прольешь и все остальное. О, миссис Шуберт, вы, я вижу, еще не допили свой черри! А тебе чего налить, Дебби? Дебора ответила, что выпьет стаканчик черри.

Дебора вовсе не хотела, чтобы Ким так называл ее. Она заметила застывшее в глазах Эдит Кастерс изумление. Конечно, с чего вдруг Ким обращается к Деборе так фамильярно? Пока Ким перемешивал напитки, няня обдумывала свои первые впечатления о гостях.

Миссис Шуберт было за сорок, и она была довольно привлекательной женщиной. Она была полной противоположностью своему сдержанному мужу. Дебора подумала, что, пожалуй, она должна быть общительной. Что касается племянницы мистера Инглмена, то она совсем не соответствовала тем требованиям, которые Ким, по его словам, предъявлял к женской красоте. Эдит выглядела простенькой, и уж, конечно, не красоткой. Сильно вьющиеся волосы мышиного цвета, крупные черты лица, большой рот, темно-карие глаза. К тому же она употребляла слишком много туши для ресниц и другой косметики, которая не украшала ее. Ей больше пошли бы темные тона, а она надела платье из искрящейся белой ткани, которое только подчеркивало ее формы, обещавшие с годами стать еще более пышными, которые не скроют никакие корсеты.

Пожалуй, самым неприятным в ней было то, что она казалась суетливой и жаждала войти в доверие к людям, чтобы скрыть врожденную неуклюжесть и неловкость. Дебора не могла представить себе, чтобы такая женщина стала ее подругой. Но ей все-таки было жаль ее.

Во время обеда царила натянутая атмосфера, несмотря на все попытки Кима оживить компанию своим остроумием. Дебора подумала, сможет ли она долго выдерживать такие обеды. Несмотря на то, что еда была отличной, сервировка и обслуживание – прекрасными, в какие-то моменты кусок не лез ей в горло. Если уж Богатые всегда обедают таким образом, то Дебора предпочла бы просто пару бутербродов из закусочной на колесах.

Через некоторое время ее пациент решил пойти поспать.

– Слишком много волнений для меня, – сказал он с иронией. Его, конечно, утомило то, что он оказался в условиях, отличающихся от строгого больничного режима. – Фрэнк! Наверное, в шахматы мы с вами будем играть завтра вечером. Все остальные могут заниматься своими «играми».

– Нет, нет, Дебора. Вы мне не нужны, – жестом руки он остановил ее попытку встать, чтобы сопровождать его. – Ренлоу поможет мне добраться до кровати. Желаю всем спокойной ночи. – Он вскинул руку, прощаясь. Стюард помог подняться старому джентльмену и медленно повел его в апартаменты.