Дерзкие сердца - Шерил Биггз

Брет вел «Королеву» к берегу. Она коснулась деревянной обшивки пристани. Двигатели переключили на самый тихий ход. Несколько опытных матросов пришвартовали лодку. Другие тут же соскочили на берег и поспешили к груде угля. Они быстро наполнили две тачки, стоявшие тут же, рядом с черной горой, и покатили их на корабль.

Один из матросов выпустил тачку из рук на середине трапа, едва не высыпав уголь в реку. Двое других, к счастью, успели в последнее мгновение удержать тачку.

Из каюты вырвался душераздирающий крик Марси, от которого бы дыбом встала грива буйвола.

– Чертова девка, я придушу ее! – рявкнул Трэйнор.

– А может, она тебя! – засмеялся Брет.

– Смейся, смейся, – огрызнулся Трэйнор, – скоро тебе будет не до смеха: янки вылезут на берег посмотреть, что тут за шум.

Он резко повернулся и стремительно вышел из рубки.

Брет пошел следом и бросил вдогонку:

– Эй, Трэйнор, а не применить ли тебе свое искусство льстить женщинам?

– Да я лучше за акулой соглашусь ухаживать, – отрезал Трэйнор.

Он спускался вниз, прыгая через ступеньку. Перед запертой дверью каюты дежурил Джэми Уилсон. Как раз в этот момент Марси снова закричала.

Джэми поежился и мельком взглянул на Трэйнора.

На берегу жители Медфорда помогали матросам грузить уголь. Но теперь они все остановились и уставились на дверь, за которой Марси, очевидно, изображала припадок.

Трэйнор улыбнулся им:

– Извините, ребята, жена рожает.

Один хмыкнул, другой усмехнулся, третий покачал головой, четвертый понимающе кивнул. И все вернулись к своему занятию – погрузке угля. А спутники Трэйнора с облегчением вздохнули. Он повернулся к часовому:

– Открой, Джэми!

Молодой солдат загремел связкой ключей. Марси снова закричала. Трэйнор сморщился. Джэми уронил связку, и она громко стукнулась о палубу. Не ожидая, пока солдат откроет каюту и желая утихомирить Марси, Трэйнор двинул ногой в дверь. Она открылась, усыпав пол щепками.

Марси в ужасе замолкла, глядя на мужчин в дверном проеме.

На фоне ночной тьмы растекался шафрановый свет фонаря, висевшего на стене каюты. Лицо Трэйнора состояло как бы из теней. Темнота резче обозначила его черты, сжала крылья носа, прямого и слегка заостренного. Отчеканила линию челюсти и чувственно изогнутых губ. Но гуще всего тень была под полями шляпы. Она прикрыла высокий лоб и спрятала глаза.

Марси вздрогнула. Ей почудилось, что она стоит лицом к лицу с самим Сатаной… Князем тьмы, повелителем мертвых, завоевателем слабых душ и алчных сердец. Никогда в жизни она не представляла Сатану таким красивым, но ведь так вполне могло быть. Как же иначе может он казаться таким соблазнительно-привлекательным? Она знала, что лодка остановилась, что неподалеку от пристани город. За деревьями девушка видела огни на берегу, слышала голоса людей, пришедших грузить уголь. Она всматривалась в лицо Трэйнора, с трудом сумев разглядеть его глаза.

«Глаза дьявола», – подумала она, вспомнив, что при первой встрече они показались ей серыми и бездонными. Сейчас они прожигали ее насквозь из непроницаемой мглы. Девушка собрала все свое мужество и сжала дрожащие руки в кулачки.

– Если, сэр, вы нападете на меня, то я буду кричать из всех сил. Меня услышат на берегу и придут на помощь.

Трэйнор вошел в каюту. А Марси непроизвольно отступила, упрекнув себя за это. Спиной она уперлась в бюро, прикрепленное к стене. Если он подойдет к ней, то деваться будет некуда, а на борьбу с ним сил не хватит.

При свете настенного фонаря она, не отводя глаз, смотрела на Трэйнора. Каждая черточка его лица была исполнена недюжинной силы. Все свидетельствовало о том, что этот человек всегда делает именно то, что должно делать, и знает, как и когда использовать свою силу, и добивается того, к чему стремится… независимо от цели. И в то же время черты этого лица казались благородными и изящными: ее недруг явно привык к изысканной жизни, получил хорошее воспитание. За спиной этого человека, без сомнения, стояли дворяне, а может быть, и персоны королевской крови.

Его глаза не отпускали ее взгляд, пытаясь – и она явно ощущала это – заглянуть в душу Марси Колдрэйн, увидеть нечто большее, чем рыжие волосы, зеленые глаза, пышные шелковые оборки, кружевные рюши и воланчики – увидеть, что же с ней происходит. Ну, нет!

Она отвела взгляд в сторону. Довольно и той интимности, которую она вложила в недавнюю пощечину. Но тот, кто сейчас стоял в нескольких футах, глядел ей прямо в глаза, и Марси все больше ощущала его присутствие. Присутствие мужчины. Она попыталась освободиться от этого ощущения, внушить себе, что он опасен, как и любой привлекательный мужчина, тем более ее враг. Между тем вся каюта, казалось, наполнилась его мужественностью, зрелой и сильной, и это неукротимо действовало на Марси. Она чувствовала, как широки и мускулисты его плечи, скрытые мундиром юнионистской армии. Грудь казалась могучей и, наверное, была тверда, словно каменная, руки сильные и ловкие. Марси покраснела, мысленно отметив, что и ноги его, в узких и тонких брюках, тоже стройны и красивы. Она почувствовала, что вся горит.

Поразившись предательскому поведению собственного тела, Марси собирала остатки мужества и упрямства. Она высоко подняла голову:

– Предупреждаю вас, сэр, я буду кричать!

– Если вы еще раз откроете рот, мисс Колдрэйн, – тихо, но внушительно произнес Трэйнор, – я заставлю вас замолчать любым способом, который покажется мне подходящим. Джэми, проводите нашу гостью в другую каюту. Кажется, я сломал замок на этой двери.

Трэйнор посмотрел на Марси:

– Итак, или вы будете вести себя как следует, или…

От удивления глаза Марси округлились, а рот открылся:

– Так вы хотите сказать, что… что будете бить меня?

В уголках губ Трэйнора затеплилась едва заметная улыбка.

– Я сказал, что заставлю вас замолчать любым подходящим способом, мисс Колдрэйн. Это вовсе не означает, что я собираюсь вас бить. Я мог бы, например, воткнуть вам в рот кляп или, если вы будете доставлять чересчур много неприятностей, приказать выкинуть вас за борт.

– Но…

– Если только вздумаете еще раз закричать, именно так и будет.

Она не могла не заметить, что его взгляд блуждает по ее телу, словно снимая одежду. Марси похолодела.

– Где вы достали этот мундир? – с вызовом спросила она, пытаясь перевести разговор с Трэйнором в более безопасное русло.

– Мой мундир?

Он посмотрел на него так, будто забыл, во что был одет.

– Что, он не очень хорошо сидит?

Он улыбнулся проницательной, понимающей улыбкой, от которой девушке стало не по себе.

– Нет, что вы, прекрасно! – поспешно согласилась она. – Ели он, конечно, ваш! Даже слишком хорошо!