Выстрел мимо цели - Osman Richard

– Мне тоже нравится говорить с тобой об убийстве, Донна.

– Хотя не думаю, что это было убийство. Как-то чересчур на поверхности.

Донна поднимает взгляд и снова всматривается в эти глаза.

– Богдан, обещаешь, что это был не последний раз, когда мы занимались сексом? Потому что на самом деле мне хочется сейчас уснуть, а потом проснуться вместе с тобой и проделать это снова.

– Обещаю, – отвечает Богдан, гладя ее по волосам.

«Вот как надо засыпать, – думает Донна. – И почему раньше это не было ей известно? В безопасности, счастье и удовлетворении. Думая об убийствах, Элизабет, татуировках, о том, как быть другой, оставаясь такой же, о скалах, об одежде, о завтрашнем дне, и послезавтрашнем, и о днях после».

Глава 5. Джойс

Должна признаться, что убийство Бетани Уэйтс было моей идеей.

Мы вместе выбирали материалы для нового дела «Клуба убийств по четвергам». Например, в Рае[12] в начале восьмидесятых жила старая дева, после смерти которой в ее подвале обнаружили три неопознанных скелета и чемодан с пятьюдесятью тысячами фунтов стерлингов. Такие загадки особенно любит Элизабет, и я согласна, что это было бы довольно забавно, но, лишь только увидев имя «Бетани Уэйтс» в другой папке, я тут же приняла решение. Я нечасто закусываю удила, но, когда это делаю, они остаются закушенными. Элизабет, конечно, надулась, но остальные знают, что спорить со мной бесполезно. Я здесь, знаете ли, не только ради чая с печенюшками.

Естественно, я помнила Бетани Уэйтс и даже читала статью Майка Вэгхорна в «Кентском вестнике»[13], посвященную ее убийству, и оттого подумала про себя: «Эй, Джойс, это, конечно, выглядит малореально, но ты, возможно, познакомишься с самим Майком Вэгхорном!»

Разве это плохо?

Сколько себя помню, я смотрела Майка Вэгхорна в «Вечернем Юго-Востоке». Если кого-нибудь убьют или затеют праздник где-нибудь в юго-восточных графствах, Майк непременно окажется там со своей широкой улыбкой на лице. Хотя при убийствах он не улыбается. Он делает очень серьезное лицо, которое у него тоже получается неплохо. Честно говоря, его серьезное лицо мне нравится даже больше, так что если вдруг случится убийство, то, по крайней мере, не будет худа без добра. Выглядит он примерно так, как если бы Майкл Бубле[14] был поближе к моему возрасту.

Майк ведет «Вечерний Юго-Восток» уже тридцать пять лет, но каждые пять или около того лет у него появляется новая соведущая. Так возникла и Бетани Уэйтс.

Бетани Уэйтс была блондинкой с севера, и она погибла в машине, съехавшей с утеса Шекспира, недалеко от Дувра. (Это возле автомагистрали A20 – я посмотрела, поскольку подозреваю, что в скором времени мы туда отправимся.) Вроде бы это случилось почти десять лет назад. На первый взгляд могло показаться, что это простое самоубийство: скала, машина и так далее, – но в деле было так много странного. Незадолго до того кого-то видели с ней в машине, на телефоне обнаружились двусмысленные сообщения – в общем, водичка оказалась мутной. Короче говоря, полиция определила это как убийство, и, просмотрев их досье, мы были склонны согласиться.

В то время в здешних краях эта новость сильно прогремела. В Кенте не так уж много всего происходит, так что можете себе представить. На канале устроили специальный вечер памяти, и я помню, что Майк плакал так, что Фионе Клеменс пришлось обнимать его в прямом эфире. К тому времени Фиона стала его новой соведущей.

Фиона Клеменс сейчас настолько знаменита, что многие уже и не помнят, что начинала она в «Вечернем Юго-Востоке». Я спросила Майка, смотрит ли он ее шоу-викторину «Останови часы», но он ответил, что нет.

Это, кстати, делает его единственным в стране человеком, равнодушным к «Останови часы». Полин – это визажист, мы к ней еще вернемся – заявила, что он просто ревнует, однако Майк сказал, что не смотрит телевизор в принципе.

Буду с вами честна. Я надеялась, что вечером буду флиртовать с Майком и он скажет мне, насколько ему понравилось мое ожерелье, я покраснею и захихикаю, а Элизабет закатит глаза.

Но не тут-то было.

– Одна болтовня, никакого толку! – так выразился Рон.

Майк чмокнул меня в щеку, и в тот момент, когда он коснулся моей руки, между нами проскочила искра. Хотя я думаю, это только из-за сочетания толстого коврика у ресторана и моего нового кардигана.

Сегодня днем он взял интервью у Рона: они делают репортаж о жизни пенсионеров для «Вечернего Юго-Востока». Это все придумала Элизабет. Она же заставила меня написать письмо одному из продюсеров. Если хотите кого-нибудь заманить, обращайтесь к Элизабет.

Должна признать, Рон был довольно хорош. Он знает в этом деле толк. Он говорил об одиночестве, дружбе и безопасности, и я очень гордилась, что он сумел так раскрыться. Было заметно, что его настроение передалось даже Ибрагиму. Правда, в какой-то момент Рон отвлекся и заговорил о «Вест Хэме», но Майк быстро вернул его на прежний курс.

Однако чего мы действительно хотели добиться этим планом, так это информации о Бетани Уэйтс, и Майк, безусловно, был рад с нами об этом поболтать. Он основательно поднабрался, после чего рассказал нам многое из того, что мы и так уже знали из досье, но его было не остановить.

Основные факты таковы: Бетани расследовала крупное налоговое мошенничество, связанное с импортом и экспортом мобильных телефонов. Данная схема приносила миллионы.

За этим делом стояла женщина по имени Хизер Гарбатт. Она работала на человека по имени Джек Мейсон, местного жулика, и, по общему мнению, управляла всей деятельностью от его имени. Позже Хизер отправилась в тюрьму за мошенничество, однако Джек Мейсон – нет. Везунчик Джек Мейсон.

Однажды мартовским вечером Бетани отправила Майку текстовое сообщение, после которого Майк ожидал увидеть ее на следующее утро бодрой и беззаботной. Но следующее утро для Бетани так и не наступило.

В тот вечер, около десяти, ее видели выходящей из дома – мы обычно называем такие дома многоквартирными, верно? – затем на несколько часов она пропала, и никто не знает куда. В следующий раз ее сняла камера видеонаблюдения возле утеса Шекспира почти в три часа ночи. С ней в машине находился неопознанный пассажир.

После этого машину находят у подножия утеса Шекспира: разбитую, с ее кровью и одеждой внутри, но без тела. Это выглядит подозрительно, но, по-видимому, как обычное дело, учитывая здешние приливы и отливы. Спустя год после полного ее отсутствия, поскольку и банковские счета не были тронуты, выдано свидетельство о предполагаемой смерти. Опять же все как обычно, однако спросите себя: где тело? Я не говорила этого вслух при Майке, потому что Бетани Уэйтс, очевидно, очень многое для него значила.

Сам он сообщил нам всего одну новую часть информации: о текстовом сообщении, отправленном ему Бетани. Она обнаружила какое-то новое доказательство, очевидно важное. Майк так и не узнал, что это было.

Хизер Гарбатт, понятное дело, была ключевой подозреваемой, – учитывая все доказательства, собранные Бетани о ней, – но полиция так и не сумела связать ее со смертью Бетани. Как ни старались они, но не смогли привязать и Джека Мейсона. Довольно скоро Хизер Гарбатт оказалась в тюрьме за мошенничество, и все переключились на что-то другое.

Но Майк так и не переключился. Ключевыми вопросами, по мнению Майка, являются следующие.

На какую новую улику намекнула ему Бетани? Ее не было в представленных суду документах, но, может, осталась где-нибудь запись? А вдруг она свяжет Джека Мейсона с преступлением? Сегодня он по-прежнему свободный человек, к тому же очень богатый.

Зачем Бетани вышла из своей квартиры в десять часов вечера? Планировала ли она с кем-нибудь встретиться? Может, у нее случился конфликт с кем-то? И почему она более четырех часов добиралась до утеса Шекспира? Должно быть, она где-то останавливалась, но где? Она с кем-то общалась?