Пышка плюс бандит - Жанна Софт

Отдышавшись, разворачивает меня к себе лицом и хитро говорит:

— А теперь как?

Хмурюсь.

— Тебе оценку после каждого раза ставить, что ли?

Мужчина откидывает голову и смеётся весело, разглядывая меня с интересом.

— Ну, на самом деле, я бы хотел слышать от тебя только «отлично», но вижу, что ты серьёзный ценитель.

— И не только, — перебиваю и сажусь, — ты же не думал, что я вот такой «синий чулок», и всё, на что способна — это полы драить да есть готовить?

Мазур откидывается на подушки, заложив крепкую руку под голову. Улыбается.

— Ну, в наше время это чистое сокровище, — оглядывает меня, — пошла бы за меня замуж? Такой скил на дороге не валяется.

Смолкаю, испуганно разглядывая мужчину. Играет со мной. Думает, приголубил, и я так сразу поплыла? Хотя да, я поплыла. Но блин, я же не дура. Знаю прекрасно, что это просто глупая шутка.

— А что, если пошла бы? — отвечаю дерзко и криво улыбаюсь, — Правда, тебе ещё учится и учится.

— Ты, смотрю я, за словом в карман не лезешь? — судя по искрам в мужских глазах, его чертовски забавляет всё происходящее.

— А ты при первом же требовании достаёшь свою «сосиску», — огрызаюсь ему в тон и выбираюсь из постели, томно потягиваясь, — но я не против.

Мазур смеётся и щипает меня легко за грудь.

— А почему "сосиску", а не "сардельку"?

Тоже бодро выпрыгивает из постели и бредёт в ванную комнату, включает там воду, намеренно поперёк меня. Что за личность?

Вхожу в ванную комнату и наблюдаю за тем, как этот выскочка настраивает температуру воды.

— Ты есть-то, будешь? — спрашиваю строго.

Он оборачивается и, вопросительно приподняв брови, уточняет:

— А что, если буду?

— Тогда должен уловить связь, — отодвигаю мужчину и забираюсь в душевую кабинку первой, — разрешаю намылить мне спинку.

Раз уж развлекаться, то по полной.

Мазуров послушно мылит мочалку гелем для душа и принимается тщательно меня мыть, с довольным лицом. Разумеется, уделяет особое внимание интимным участкам моего тела. Смотрю на него, а само́й смешно с каким усердием проделывает это всё. Это же надо.

— Спасибо, — отталкиваю руку, когда парень увлёкся и спешно смываю мыло.

Он разочарованно вдыхает, словно у малыша конфетку отняли, и спешно забирается рядом, не выпуская меня.

— Только не говори, что опять! — удивлённо вскидываю глаза на этого гиганта.

— А ты что, против? Слабенькая, да? — усмехается и вновь начинает приставать.

Господи, что творится в нашем королевстве! Только и успеваю принимать нужную позу, чтобы удовлетворить этого ненасытного жеребца. На дрожащих ногах, наконец, выбираюсь из душевой, и, закутавшись, халат бреду на кухню. Не, ну это уже угроза моему здоровью.

Мазуров танцующей походкой входит вслед за мной и, окинув взглядом, понимает, что придётся самому себе еду добывать. Жарит яичницу из десяти яиц с салом, помидорами и всем, что нашёл в холодильнике. Ставит это вонючее хрючево передо мной.

Пробую, оказывается, даже вкусно.

Наедаемся от пуза и падаем возле телевизора. Наконец, когда первичные потребности были удовлетворены, можно и поболтать.

— Так что там произошло-то у вас?

Мазуров нехотя отвлекается от телевизора и смотрит на меня.

— В двух словах и не рассказать, — усмехается, — Но чую грядёт грандиозный передел.

— Громов-то уцелеет? Мне сейчас работу никак нельзя терять.

Олег усмехается.

— Ну, если учесть, что враги со всех сторон, это дело чести.

Хмурюсь мрачно, прикидывая, где искать работу, если с Глебом Максимовичем что-то случилось.

— Из-за бабы этой всё, — продолжает Мазур, — там кипишь такой поднялся, что всем мало места. Плюс Курбановские говна подкидывают на вентилятор. Посмотрим, короче.

Вздыхаю тяжело, догадываясь, что просто так не кончится. И, возможно, бошки полетят.

— Я не знаю всей картины, — начинаю осторожно, — но, как по мне, Лея эта девчонка неплохая.

Мазур смотрит на меня удивлённо.

— Она дочь врага. Её по-любому в расход, — отрезает бандит и тянется к чипсам, которые я поставила как снек.

Оглядываюсь на мужчину удивлённо, а у само́й в голове не укладывается, как можно вот так решать чужие судьбы.

— Ты... шутишь?

Бандит вздыхает, оглядывая меня и усмехнувшись, отвечает:

— А что, похоже на шутку?

6

В голове не укладывается, как так можно вообще? На самом деле, мне не было никакого дела до игр богачей, главное, что меня не трогали. И Лея эта производила впечатление человека, который вне игры. Она не пыталась интриговать или манипулировать. Такая простая и открытая девчонка.

Я не стала больше обсуждать это, решив, что не моё дело. Хоть и прислушивалась всякий раз к переговорам по телефону Мазура.

К вечеру он вдруг засобирался. Быстро оделся, вызвал такси и направился к выходу.

Я удивлённо стою в коридоре, глядя в широкую мужскую спину.

— Что случилось?

Олег быстро обувается и натягивает куртку, бережно мной выстиранную и благоухающую кондиционером для белья.

— Некогда прятаться, Катюх. Я нужен пацанам.

Хмурю брови, недоверчиво наблюдая за мужчиной.

— Ладно, — отвечаю неуверенно.

Да и что я могу? Бежать следом? Предложить свою помощь? Буду только мешаться и стану всеобщим посмешищем.

Он уехал, кинув на прощание, что позвонит. Но конечно же, не позвонил.

На следующее утро я приехала в пустой особняк Громова, где было довольно тихо. В отсутствие босса никто не входил в дом, кроме меня. Поэтому решила заняться привычными делами — уборкой, стиркой и наведением лоска. Готовила я только боссу, а в казарме были свои повара.

Когда я направилась в кабинет, к своему удивлению, встретила там юриста Глеба Максимовича — Марата Ибрагимова. Тихий, неприметный парнишка в круглых очках, шарил по ящикам стола босса, и при виде меня ни капли не смутился.

— Я пропылесосить, — констатирую факт и включаю свой рабочий инструмент.

Юрист кивает и продолжает шарить. Находит что-то, крутит в руках, откладывает. Интересно, что он ищет?

— Может, я смогу помочь? — спрашиваю осторожно.

Юрист поднимает на меня взгляд, окидывает быстро и вдруг, кивает.

— Да, не могу найти красную папку такую, с жёлтыми резинками. Не видела?

Но я видела. Глеб Максимович хранил её как зеницу ока, в верхнем ящике стола.

— Она здесь, — киваю на ящик и возвращаюсь к уборке.

Марат выхватывает папку, и быстро открыв её, листает в поисках чего-то. Кивает довольно, фотографирует на смартфон и возвращает на место. Я не придаю этому значения. В дом абы кто не ходит, а Марат — самый верный человек из окружения Громова.

Вожусь до самого вечера, и когда уже стемнело, как обычно, иду к машине.

— Эй, Катюха! — окрикивает меня кто-то.

Оборачиваюсь. Мазур?

Мужчина отделяется от толпы