Мой (не)ласковый зверь - Эми Мун

силы и выносливости. Он решился подчинить себе медведя.

Крепкий кофе обжог горло и рухнул на дно желудка.

Но это не помогло избавиться от навязчивых воспоминаний. А между шеей и плечом опять пульсировала боль.

Наиболее сильные оборотни метили своих самок. Это было нечто вроде инстинкта – желание запятнать не только своим запахом, но и более… радикально.

Например, оставить шрам на коже. Или зачать ребенка. От последнего меня спасло противозачаточное. Все рабыни получали инъекцию. Два месяца стерильности, а дальше – на усмотрение хозяина… Задержись я в Черном Секторе чуть дольше – сейчас бы нянчилась с малышом. Если бы Берговски разрешил его оставить.

Я круто развернулась и чуть не впечаталась носом в стоявшую за спиной рыжулю.

– Простите, – пробормотала сквозь зубы и постаралась обойти препятствие.

Девица мне не нравилась. Черт его знает почему. Может, из-за вопиюще красивого личика.

Или брезгливо сморщенного носика.

– Что, кофейный автомат оказался тебе не по зубам, крошка? – мурлыкнула рыжая.

– Крошек у себя в лифчике увидишь, – огрызнулась я.

Не любила хамить, но приют научил постоять за себя. Даже если это не в характере и любимая стратегия – бегство. Но сейчас мне перекрыли пути отступления.

Девица уперла руки в бока и явно настроилась на скандал.

– Зубки есть? – пропела обманчиво тихо. – Так лучше прикуси ими язычок и вали из «Бионики» подальше.

– Тебя не спросила.

– И спрашивать не нужно. Неудачниц я за милю чую.

– Какое совпадение, а мне на шлюх везет…

Девица нагло ухмыльнулась. Вывести ее из себя оказалось не так-то просто. Я уже приготовилась к новой атаке, но раздался звуковой сигнал.

Результаты!

Позабыв о рыжей стерве, я ринулась к аудитории, где проходило тестирование.

Только бы повезло, только бы повезло…

Мне нужна эта работа! Плевать на Берговски, на рыжую, и вообще на всех, кроме Джэнис. Я стараюсь ради нее!

Но едва только взгляд упал на монитор, как внутри все оборвалось.

Четвертая!

Быть не может…

– Я же говорила, – хихикнул над ухом мерзкий голосок. – Ты просто неудачница… Свалила!

И, толкнув меня бедром, рыжая поцокала к стоявшему у окна куратору.

А я развернулась и молча покинула аудиторию. В голове было пусто. А в груди тихонечко ныло.

Опять некстати вспомнился Берг. Он бы сейчас размазал всех экзаменаторов по стенке и потребовал пересчета результатов.

Но я – не семифутовая груда мышц, отягченная взрывным характером и звериным оскалом. И получать пинок под зад, когда до конечной цели один шаг – чертовски больно.

Год назад я разрыдалась бы прямо в аудитории, но сейчас пальцы скользили по экрану мобильника, пролистывая сайты с вакансиями от «Бионики».

Четвертое место! Наверняка меня могут пристроить хоть куда-то…

– Вероника Маккей! – ударил в спину незнакомый мужской голос.

Я обернулась и увидела еще одного куратора – они все носили одинаковые темно-зеленые костюмы.

– Да?

– Несколько уточняющих вопросов по вашей анкете. Пройдемте со мной.

* * *

Я сидела на кушетке в медицинском блоке и ничего не понимала.

На кой черт нужно еще одно обследование? Что они хотят увидеть? Все мои данные считали еще в первый день из медпаспорта. Там и анализы, и чем я болела… Неужели им может быть интересно что-то сверх? И зачем на мне такая куча датчиков?

Я осторожно покосилась на врача, колдовавшего над пультом управления. В воздухе возникали и пропадали разноцветные диаграммы. Сердечные ритмы, мозговая активность, состояние органов и степень их изношенности.

Ох, а сердце у меня довольно крепкое, и не скажешь, что оно побывало в когтях оборотня.

– Что ж, – глубокомысленно изрек мужчина, – у вас все в порядке.

Да я и так это знала!

– А были сомнения? – поинтересовалась осторожно.

Но ответить врач не успел – двери медблока распахнулись, и в кабинет вплыла она… Аделаида Фокс собственной персоной.

Бедный врач вытянулся в струнку, даже лысина заблестела от напряжения. Я тоже поднялась. Привычно изобразила на лице смирение и готовность внимать, но по нервам искрили крохотные разряды. Зачем Фокс спускаться к простой смертной? У нее есть занятия поинтереснее. Михаил Берговски, например.

Под сердцем шевельнулась ядовитая ревность, и я мысленно обругала себя дурой.

А Фокс отсканировала меня равнодушным взглядом и отвернулась к доктору. Я для нее даже не пыль – гораздо мельче.

– Результаты, – бросила отрывисто.

– Отличная сердечно-сосудистая система, – отрапортовал мужчина. – Эпилептических очагов не выявлено.

– То же самое было указано в медпаспорте этой, – щелкнула пальцами, – Элизабет.

Я до боли прикусила щеку, стараясь не заорать от удивления.

Девчонка решилась на подлог?! Скрыла свою болезнь ради шанса получить работу?

Вообще, от эпилепсии успешно избавлялись. Те, у кого были деньги, разумеется. Ну точно! Бедняга Элизабет рассчитывала на премию, чтобы по-быстрому выправить здоровье, а если в будущем обман раскрылся бы, то можно было бы сделать вид, что правка в медпаспорте – сторонняя ошибка.

Однако лихо!

Доктор нес какой-то бред про то, что не мог знать и подделка медпаспорта качественная, а Фокс опять смотрела на меня. Тонкие губы бизнес-леди изогнулись в ухмылке, от которой захотелось провалиться сквозь землю.

– Вечно мне достается всякий мусор, – процедила холодно.

Я благоразумно смолчала.

Но что-то подсказывало, эта вампирша высосет из меня всю душу.

Словно подтверждая мои догадки, Фокс раздраженно фыркнула и вышла из блока.

Наконец-то!

– Поздравляю с принятием на работу, – буркнул врач. – Переоденетесь в соседнем кабинете.

И тоже потерял ко мне интерес.

Какие они тут все милашки! Но я не жаловалась. Мне просто повезло, что беднягу Элизабет оперативно взяли за задницу.

В соседнем кабинете оказалась нечто вроде гардеробной. На кушетке лежала серая стопка одежды. Под ней – туфли на невысоком каблучке. Все размер в размер. Шустро работают.

Я быстро переоделась и подошла к зеркалу. Нейтральный деловой стиль. По фигуре, но не пошло – помощники не должны отвлекать начальство своим видом. Если оно, конечно, не захочет отвлечься…

По нервам прогулялись острые коготки страха.

Фокс вполне могла предложить меня кому-нибудь из своих партнеров. Или развлечься сама…

Я досадливо поморщилась и принялась переплетать косу.

Глупости!

Сильные мира сего предпочитали опытных содержанок. Существовали целые курсы по обучению науке плотской любви. Купить дорогую игрушку считалось престижно и круто. А подкатывать к помощнику, вылезшему из трущоб – фу, какое плебейство.

Так что в Нижнем Секторе гораздо более опасно, чем здесь. Стоит об этом помнить.

Я завязала хвостик и перекинула косу через плечо. Мне нравились мои волосы – белокурые, густые… И Бергу они тоже очень нравились.

«Я достал шампунь, Ни-ка. И воды… Пойдем искупаем тебя как следует…»

Он любил