Загадка подзабытого убийства - Гарднер Эрл Стенли

Как бы там ни было, Морден был страшно доволен, что разузнал такую замечательную новость, которая вполне могла потянуть на скандал.

А специальностью «Блейд» как раз и были скандалы.

Морден заглянул в кабинет Дика Кенни и слегка опешил, увидев в кабинете крупного мужчину в отлично сшитом костюме. Водянистые серые глаза незнакомца остановились на фигуре репортера.

Дик Кенни, сидевший напротив за письменным столом, отвернулся от Мордена и снова взглянул на незнакомого мужчину.

— Ну, — нетерпеливо обратился он к Мордену. Морден дал ему понять, как он поражен.

— Вы хотели видеть меня? — осторожно спросил он.

Кенни кивнул в сторону незнакомого мужчины в сером костюме.

— Вы знакомы с этим человеком? коротко спросил он.

Морден облегченно вздохнул. Из-за чего бы ни загорелся сыр-бор, к нему это не имело никакого отношения.

— Нет, — вежливо ответил он. — Впервые вижу этого господина.

— Ну-ка, взгляните-ка на это, — скомандовал Кенни.

Главный редактор перебросил ему через стол визитную карточку. Морден взглянул на нее, и брови у него поползли вверх. Надпись на визитке была очень простой: «Фрэнк Б. Кэттей. Банковские операции, инвестиции. Ривервью, Первый национальный банк, 908».

Морден повернулся к незнакомцу.

— Вы представитель мистера Кэттея? — спросил он, почувствовав, что в воздухе запахло сенсацией.

— Нет, — с холодным бешенством сказал незнакомый мужчина. — Я и есть сам Фрэнк Б. Кэттей.

В комнате на минуту воцарилось молчание, затем главный редактор перевел взгляд на Мордена:

— Ну и что ты скажешь?

Морден недоумевающе покачал головой.

— Да нет, — заявил он, — этого не может быть. Он, конечно, примерно того же возраста, что и Кэттей, и телосложение у них примерно одно и то же, но Кэттей немного сутулится, да и глаза у него, по-моему, потемнее. Он…

— Я Фрэнк Б. Кэттей из Ривервью, — перебил его мужчина, его голос дрожал от ярости. — Я уже доказал это вашему главному редактору, но могу сделать это и еще раз, если понадобится.

— Но вы ведь просто вручили мне рекомендательное письмо, — осторожно сказал Кенни.

Мужчина вынул из кармана бумажник и извлек из него сложенную в несколько раз вырезку из газеты «Ривервью дейли пресс». Над статьей во всю полосу шел набранный огромными буквами заголовок:

«ГОРОДСКАЯ ПРЕССА КЛЕВЕЩЕТ НА КЭТТЕЯ».

Там были еще заголовки поменьше, а после статьи была напечатана и фотография Фрэнка Б. Кэттея.

Кенни взглянул на фотографию и передал вырезку Мордену. Морден в свою очередь просмотрел статью и, перейдя к фотографии, еще раз взглянул на сидевшего перед ним мужчину. Встретившись с ним взглядом, он почувствовал, как струйки пота побежали у него по спине и внезапно похолодели кончики пальцев.

Не было никаких сомнений в том, что человек, который сейчас сидел перед ним в кабинете, и человек, изображенный на газетном снимке, — одно и то же лицо. И не было также никаких сомнений, что это совершенно не тот человек, который прошлым вечером был задержан в полицейском участке под именем Фрэнка Б. Кэттея.

— Но ведь я видел его водительские права, членские карточки охотничьего и гольф-клуба, вашу подпись и видел, как он подписался точно так же, — пробормотал Морден. — Поэтому я и был так уверен, что это и есть настоящий Кэттей, когда увидел, как он расписывается.

Тон главного редактора стал зловещим.

— А ты на самом деле видел, как он расписывался, а, Морден? — спросил он.

Морден на мгновение заколебался.

— Ну, — неуверенно начал он, — Карсонс велел ему расписаться, и он как раз наклонился над столом, когда я помчался искать телефон. Но Карсонс-то при этом не сводил с него глаз. И уж он бы не дал ему уйти, пока тот не поставил свою подпись до последней закорючки.

— Но ты же сам говорил, что Карсонс готов был отпустить его с Богом, если тот даст ему на лапу, — заметил Кенни.

— Я говорил, что он не пожалеет никаких денег, чтобы выбраться из участка, — объяснил Морден. — Но вы же знаете Карсонса. Карсонс, конечно, не преминул бы содрать с него кое-что, но при этом я хорошо знаю, что он никогда не взял бы денег от человека, чтобы выпустить его на свободу, если бы тот по-прежнему был под подозрением. Он вцепился в того парня мертвой хваткой, пока тот не доказал, что он действительно Кэттей. А уж когда он сделал это, тогда Карсонс наверняка подумал, что наступило время позаботиться и о себе. И уж поверьте, он сделал это мастерски. Мы даже сфотографировать его не успели, как парня уже и след простыл.

— Как раз вчера вечером меня ограбили, — прервал его объяснения человек в отлично сшитом сером костюме. Ему, похоже, удалось овладеть собой, и говорил он теперь с холодным достоинством, видимо ему привычным. — Вывернули карманы и взяли бумажник, а также портмоне с визитными карточками, а еще там были мои водительские права и членские карточки клубов: охотничьего и гольф-клуба.

— Но вы не сообщали в полицию, — напомнил ему Кенни.

— А что было толку, — огрызнулся мужчина. — Я сам был виноват: не заметил, как обчистили мои карманы. Так уж произошло, и ничего с этим не поделаешь. Да и полиция здесь ничем не смогла бы мне помочь.

Морден отнюдь не спешил признать свое поражение. Эта газетная вырезка ничего не доказывает, — вызывающе заявил он.

— Даже если это действительно ваша фотография, это еще ни о чем не говорит. Может быть, ошиблась как раз «Ривервью дейли пресс», а не «Блейд».

Незнакомец ядовито усмехнулся.

— Чудесно! — воскликнул он. — Просто замечательно! Да ведь я живу в Ривервью вот уже без малого пятнадцать лет. Я могу во всех подробностях обрисовать вам все коммерческие мероприятия, которыми занималась городская администрация в последние десять лет. Я, в конце концов, президент финансовой палаты. Я президент самого большого в Ривервью загородного клуба. Я кандидат в члены городского муниципального совета, и, черт меня возьми, я бы прошел туда, если бы не ваша проклятая статья. А теперь уж можно не сомневаться, что мне этого членства не видать как своих ушей. Вырезка, что я вам тут показывал, как раз из газеты, которая поддерживает мою кандидатуру. Другая газета относится ко мне более осторожно. Ее руководство принципиально не связывается ни с какими делами о клевете. Она просто опубликовала статью, в которой говорилось о том, что полицией города был задержан мужчина, сидевший за рулем машины предположительно в нетрезвом виде, что в полицейском участке он заявил, что его зовут Фрэнк Б. Кэттей, и предъявил членские карточки и водительские права на имя Фрэнка Б. Кэттея; они упомянули также о том, что в машине с этим человеком была молодая женщина, заявившая, что никогда раньше его не видела и что он просто предложил ее подвезти.

— А как же прикажете быть с тем, что этот человек расписался точь-в-точь как вы? — спросил Морден.

— Вы же не видели, как он расписывался, — ответил мужчина по-прежнему раздраженно.

— Может быть, я и не видел, как он расписывался, но уж будьте уверены, с его подписью все было в порядке, — заявил Морден.

— Но ведь, насколько я понимаю, это не первый случай, когда карманный вор воспользовался чужими документами, — отрезал его собеседник.

— Ну попробуйте поставить себя на наше место, мистер Кэттей, — уже более мирным тоном сказал Кенни, мало-помалу признавая свое поражение. — Оставьте нам, пожалуйста, образец своей подписи, мы сравним ее с той, что была зафиксирована в полицейском рапорте.

Кэттей заколебался.

— Вы ведь оклеветали меня, — наконец сказал он. — Вы нанесли своей статьей непоправимый ущерб моей репутации, а ведь я всего этого добивался ни много ни мало пятнадцать лет. Да еще к тому же вы имели наглость отстаивать свою возмутительную клевету! Ни минуты не колеблясь, вы поверили доказательствам, которые предъявил вам мошенник, а мне, когда я попытался удостоверить свою личность, — мне вы не поверили!

Но Дика Кенни было не так-то легко смутить.