Укротить дьявола - Софи Баунт

обещает он, подмигивая бровями. – И повешу цепь. Все будет проделано на высшем уровне, солнышко.

– С тебя станется такое устроить, – вздыхаю я и захожу в палату.

* * *

Лео стоит у окна, упираясь в подоконник и постукивая пальцами.

Когда я закрываю дверь, он медленно поворачивается и раздраженно врезается в меня взглядом малахитовых глаз, ведь адвокат ожидал увидеть совсем другого человека – медсестру, которая пригласила его сюда по важному вопросу и испарилась.

Однако видит он меня.

Хотела бы я сказать, что он обрадовался или хотя бы разозлился, но нет. Лео смотрит безразлично. Его взгляд пронзает насквозь, словно ледяной кинжал, и я сама ошарашенно молчу, чувствую, как меня затягивает в пропасть, откуда нет пути назад.

Лео не изменился.

Все так же прекрасен и понижает людям самооценку одним своим лицом. Красота его кажется устрашающей… он выглядит, как нечто опасное и таинственное. Возможно, из-за того, что всегда равнодушен и молчалив.

Жесткие губы. Острые скулы. Густые брови. Каштановые волосы зачесаны к затылку. Черное пальто распахнуто, и я вижу под ним ониксовый костюм – подобная внешность могла бы принадлежать самой ночи. Лео не носит другие цвета.

У него взгляд пантеры на охоте и легкая щетина, которая никогда его не портит, а подчеркивает точеную линию подбородка.

Пораженная нашей новой встречей, я замираю. Неподвижная. Испуганная. Немая. Маленькая птичка, упавшая в гнездо ястреба и устремившая свои разноцветные глаза в его зеленые, ожидая приговора.

Я помню день, когда мы столкнулись в суде. Случайно. Я подняла голову и была проклята следовать за ним, пока небеса не упадут человечеству на голову. С той секунды мое сердце больше не признавало пустоты. С той секунды я себе не принадлежала. Кричала, что терпеть не могу этого человека, но готова была бежать за ним на край галактики, с каждым днем все больше охваченная его чарами, неспособная бороться с чувствами…

– Лео, – шепчу я.

Он подходит ближе.

Малахитовые глаза наблюдают за мной. Внимательно. Кажется, я вот-вот потеряю сознание. Он ничего не произносит, но впервые за полгода я чувствую, что снова дышу полной грудью и захлебываюсь с непривычки.

– Скажи что-нибудь, – прошу я, и мужчина вздергивает брови. – Не молчи.

– Что сказать?

Он делает шаг навстречу, и я ощущаю его дыхание на лице. Слишком близко. Слишком.

– Я… не знаю, – начинаю лить слезы, горло сжимается. Ненавижу себя за это! – Ты… как ты мог, я не… я…

Язык отсыхает. Лео касается горячими пальцами моей скулы, вытирает слезы, обжигая щеку сильнее, чем раскаленное железо.

– Простите, но я тоже не понимаю, – шепчет он. – Если скажете, что случилось, я вам помогу. Только не плачьте.

– Что? – хриплю я, широко раскрывая глаза. – Почему ты так говоришь?

– Вы, наверное, пациентка, – качает он головой и берет меня за руку, которая кажется слабой и маленькой по сравнению с его ладонью. – Какая у вас палата? Я проведу.

Пациентка?

О чем он?

Я вырываю ладонь и отшатываюсь.

По венам окончательно пускается расплавленное олово.

– Ты издеваешься?!

– Успокойтесь, – низким бархатным голосом просит Лео и слегка встряхивает меня за плечи. – Если не хотите в палату, хорошо. Тогда объясните, что происходит? Я не экстрасенс.

– Подожди… ты… не знаешь меня?

– Никогда не видел, – пожимает он плечами.

– Не смешно! – восклицаю я, вцепляясь в пальто этой ледяной скалы. – Прекрати сейчас же!

– Возможно, мы были знакомы, – настороженно кивает он. – Однако… недавно со мной кое-что случилось, и я забыл часть своей жизни. Наверное, и вас тоже. Напомните, где мы познакомились. Здесь?

Я отступаю, путаясь в собственных ногах. В итоге – спотыкаюсь, падаю.

Лео ловит меня: хватает за талию и притягивает к себе. Я упираюсь в широкую грудь, ощущаю движение крепких мускулов и жар сильного тела. От прикосновений Лео мои щеки вновь вспыхивают. Дыхание мужчины тоже прерывается. Исчезают все звуки, кроме ударов его сердца. Внутри меня трещат электрические волны: они проносятся от макушки до пяток со скоростью света.

Голова кружится.

Я стараюсь не поднимать взгляда на этого человека, он чересчур красив, чтобы спокойно на него смотреть. Вдохнув запах его кожи, я не сдерживаюсь. Наши глаза на секунду встречаются. Осознаю, что во взгляде Лео есть интерес, но он взаправду исследует меня, как человека, которого первый раз в жизни видит. Оценивает. Всматривается в черты лица, детали внешности. Возможно, пытается вспомнить?

Бред!

Какая чушь!

Он не мог потерять память, что за сказки?

– Аккуратнее, – говорит Лео и отстраняется. – Если разобьете голову при падении, ваше убийство повесят на меня.

Он сопровождает слова легким смешком.

– Ты меня не знаешь? – переспрашиваю. – Как ты можешь меня не знать? Такого быть не может!

Лео закатывает глаза, будто ему приходится разговаривать со слабоумной, затем разворачивается и на прощание произносит:

– Повторяю. Я не знаю, кто вы. Во имя вашего же блага: держитесь от меня подальше. Когда на горизонте шторм, корабль нужно разворачивать, иначе есть вероятность затонуть. Будьте благоразумны. Наше общение неуместно.

Зеленые глаза вспыхивают, и до меня доходит смысл выражения «сожрать взглядом».

Я в ужасе осознаю, что это не шутка.

Лео меня не помнит…

Глава 3

Дыры в памяти…

– Какого черта? – без эмоций выговаривает Лео, дергая дверную ручку.

Я молчу. Мысленно ненавижу и благодарю Виктора, что он взаправду нас запер. Слишком уж много нужно выяснить. И поскорее! Мозги трескаются, как почва при землетрясении, и породило этот катаклизм осознание, что Лео умудрился лишиться памяти.

Подумать только!

Меня словно ударом гигантского метеорита раскололо натрое. Одна часть кричит: «Лео меня не предавал, он не виноват!», вторая: «Я все еще его ненавижу!», а третья: «Что, мать вашу, происходит?!».

– Как ты потерял память? – восклицаю, когда Лео начинает бесцельно бродить по комнате. – Когда это случилось?

Адвокат останавливается и окидывает меня изучающим взглядом. Он искусно контролирует эмоции. Специфика деятельности. Да и рос он в семье, где самое горячее проявление чувств – кивок головой и призрачная улыбка. Однако я знаю, что под этой маской Лео кипит от гнева и хочет выяснить, какой идиот додумался закрыть дверь.

Услышав вопрос, Лео щурится и делает шаг навстречу.

Он на голову выше. Я поднимаю глаза, чтобы заглянуть в лицо этого мрачного человека, и он замирает надо мной, точно мраморная статуя. Никто на свете не умеет так замирать. Иногда кажется, что Лео и впрямь не человек. Ему бы желтые глаза Виктора в придачу к черному костюму – и вылитый Люцифер.

Дьявол, которому я когда-то отдала душу…

– Кто ты? – равнодушно интересуется Лео. – Как зовут?

Отвечаю не сразу. Стою, рассматривая сдвинутые к переносице коричневые брови, сжатые губы, смуглую кожу… главное, не смотреть в глаза… Лео возвышается прямо надо мной. И ладони предательски потеют. Раздумываю, не сбежать ли самой? Пока не ляпнула какую-нибудь чушь или не начала рыдать. Рядом с Лео я превращаюсь в умственно отсталую.

А куда я бежать-то собралась? Дверь заперта. В окно выпрыгну?

Ладно, придется импровизировать, ибо я не готова рассказывать Лео, кем являюсь, до разговора с Виктором. Если он знал, что адвокат потерял память, и не сказал мне… ох, да я сама так врежу Шестирко по затылку, что алфавит забудет!

– Эмилия, – бормочу, опуская голову. – Лисовская…

Лео сжимает пальцами мой подбородок и заставляет взглянуть в его малахитовые глаза.

– И кто мы друг другу?

У меня пересыхает в горле.

– Я…

– Мы спали?

Чувствую, как краснеют щеки, и отстраняюсь. Яростным взглядом передаю, что прикасаться ко мне он не смеет. Если я ему никто – это наглость!

– У нас была случайная ночь? – допытывается Лео с выражением лица человека, вспоминающего математическую теорему.

– Случайная?! – Мой голос надрывается.

Ладони чешутся от жажды придушить эту сволочь! До встречи со мной Лео не спал с одной девушкой дважды. Это я помню. Человек, у которого миллион тайн, не мог себе позволить отношения, и конечно, он решил, что я из тех, с кем у него была ночь на один раз? Да я его прибью!

– Прости, – устало выдыхает Лео. – Но я ни с кем не встречаюсь. Если мы…

– Нет! – пищу я громче, чем хотела. Скрещиваю руки на груди и цежу: – Мы с тобой не спали. Я не та, о ком ты подумал. Такие,