Истинное зло - Грег Айлс

– Адвокатом в Натчесе? – спросил Крис, пытаясь сообразить, как это может быть связано с ним самим. В отличие от его коллег он имел немало друзей среди юристов.

– Нет, он практикует в Джексоне.

– Ясно. Дальше.

– Билл занимается строительным бизнесом. В Джексоне он возводит новый ледовый дворец. Естественно, большинство юристов, с которыми он ведет дела, специализируются по операциям с недвижимостью. Но только не этот адвокат.

– Вот как?

– Его специальность – семейные отношения.

– Разводы?

– Верно. Конечно, в какой-то мере он участвует и в сделках с недвижимостью. Завещания, дарственные и все такое.

– Вы думаете, что Билл консультировался с данным адвокатом по поводу развода с вашей сестрой?

Агент Морс шевельнулась в кресле. Крису показалось, что ей хотелось встать и пройтись по кабинету, но в помещении было мало места. Наверное, она пыталась скрыть возникшую нервозность.

– Я не могу это доказать, – ответила женщина. – Пока не могу. Но уверена, что так оно и было. Хотя нет никаких свидетельств, что Билл связывался с этим адвокатом раньше, чем через неделю после смерти моей сестры. Именно тогда они начали вместе вести дела.

Крису хотелось задать еще несколько вопросов, но он вдруг вспомнил, что его ждут пациенты.

– Очень интересная история, агент Морс, однако я не понимаю, как она связана со мной.

– Скоро поймете.

– Нам следует поторопиться, если вы не хотите отложить нашу беседу. Меня ждут больные.

Женщина бросила на его хмурый взгляд, словно хотела сказать: «Надеюсь, ты не воображаешь, будто ты здесь главный?»

– Узнав о связи между Биллом и его адвокатом, – продолжила она, – я расширила круг поисков. Выяснилось, что существует сеть довольно сложных деловых связей, в которых не так-то просто разобраться непосвященному. Мне известно, что такое подставные фирмы, доктор Шепард. Моя карьера начиналась в южной Флориде, и я хорошо разбираюсь в отмывании денег.

Крис мысленно возблагодарил небеса за то, что в свое время проявил осторожность и не поддался уговорам друзей, предлагавших ему «кое-какие инвестиции» на Каймановых островах.

– У этого адвоката есть интересы практически во всех областях бизнеса, – произнесла Морс. – Он деловой партнер многих состоятельных людей штата Миссисипи.

Крис пожал плечами:

– Что странного в том, если богатый адвокат – а я предполагаю, что он богат – желает разнообразить свою практику?

– На первый взгляд ничего. Но деловая активность началась всего лет пять назад. И присмотревшись к ней повнимательнее, я не увидела причин, почему наш адвокат мог оказаться ее участником. В ней замешан узкий круг людей, связанных родственными узами. Только он не причастен к данной группе – ни по крови, ни через брак. Порой его приглашают в качестве консультанта, но далеко не всегда.

Крис опять взглянул на часы.

– Но к чему это нас ведет?

Агент Морс посмотрела на него в упор, и так резко, что доктору стало не по себе.

– Девять человек из тех, с кем адвокат ведет свой бизнес, имеют между собой нечто общее.

– Что же? Они мои пациенты?

Морс покачала головой.

– Каждый из них был женат, и их жены неожиданно умерли в последние пять лет. В большинстве случаев это были молодые женщины.

Доктор пытался проанализировать информацию, чувствуя, как внутри его зарождается дрожь – смесь возбуждения и страха.

– Более того, – добавила Морс, – их смерти умещаются в интервал двух с половиной лет.

– Вам это кажется необычным?

– Дайте мне закончить. Все жены были белыми, практически здоровыми и имели состоятельных мужей. Я могу вам показать актуарные таблицы. Плюс копии медицинских карт.

Криса невольно захватила ее неумолимая логика.

– Значит, вы хотите сказать, что адвокат помогает своим клиентам избавиться от жен, вместо того чтобы платить им при разводе?

Женщина кивнула и скрестила руки на груди.

– Или получить полную опеку над детьми. Именно это я имела в виду.

– Ладно. Но почему вы сообщаете об этом мне?

– Потому, – медленно произнесла она, – что на прошлой неделе ваша жена ездила в Джексон и провела два часа у того самого адвоката.

У доктора отвисла челюсть. Он почувствовал, как по его телу прокатилась холодящая волна, будто ему вкололи много лидокаина.

Глаза агента Морс превратились в щелки.

– Вы этого не знали, верно?

Доктор был слишком ошеломлен, чтобы ответить.

– В ваших семейных отношениях все благополучно, доктор Шепард?

– Да, – пробормотал он, радуясь, что может хоть что-то сказать наверняка. – Хотя это не ваше дело. Но послушайте… если моя жена ездила к тому адвокату, то развод тут ни при чем. У нас счастливый брак.

Морс откинулась на стуле.

– Вы не думаете, что у Торы может быть любовник?

Услышав имя своей жены, доктор покраснел.

– А вы утверждаете, что это именно так?

– Допустим, и что?

Крис внезапно встал и расправил плечи.

– Тогда я заявлю, что вы сошли с ума. Рехнулись. И вышвырну вас из кабинета. А главное, я хочу знать, по какому праву вы вламываетесь сюда и говорите мне такое?!

– Успокойтесь, доктор Шепард. Я пытаюсь вам помочь, однако сейчас вы вряд ли мне поверите. Да, мы говорим о личном. Даже об интимном. Но разве вы сами по долгу службы не занимаетесь тем же самым? Когда на карте стоит человеческая жизнь, о приличиях приходится забыть.

Разумеется, она права. В своей практике Крис часто задавал весьма щекотливые вопросы: «Сколько сексуальных партнеров у вас было за последние пять лет? Вы довольны своей сексуальной жизнью?» Доктор встал и начал расхаживать по комнате.

– Что конкретно вы хотите сказать, агент Морс? Хватит с меня этих игр. Говорите напрямик.

– Вероятно, ваша жизнь в опасности.

Крис остановился.

– Из-за моей жены?

– Боюсь, что да.

– Господи Иисусе! Нет, вы точно спятили. Я немедленно позвоню Торе и все выясню. – Он потянулся к телефонной трубке, висевшей на стене.

Агент Морс вскочила.

– Прошу вас, не делайте этого, доктор Шепард!

– Почему?

– Потому что вы единственный человек, который может остановить убийц.

Рука Криса опустилась.

– Как?

Она глубоко вздохнула и спокойно произнесла:

– Если вы действительно следующая мишень – вернее, стали ею в последнюю неделю, – ваша жена и тот адвокат понятия не имеют, что вы посвящены в их замыслы.

– И что?

– Это дает нам уникальный шанс расставить им ловушку.

Доктор сообразил, о чем речь.

– Вы хотите, чтобы я устроил западню собственной жене? Отправил ее в тюрьму за попытку убийства?

Морс развела руками.

– А вы предпочитаете сделать вид, будто ничего не происходит, и умереть в тридцать шесть лет?

Он закрыл глаза, пытаясь справиться со вспышкой гнева.

– Вы за деревьями не видите леса. Ваши рассуждения абсурдны.

– Почему?

– Те люди, которые, по-вашему, убили своих жен, – зачем они это сделали? Чтобы сохранить капитал и не платить алименты?

– В основном да. Но не все жертвы являлись женщинами.

Крис растерянно молчал.

– По крайней мере в двух случаях, – продолжила Морс, – целью преступления были не деньги, а опекунство над детьми.

– Тут вы опять промахнулись. У нас с Торой нет детей.

– У вашей жены есть девятилетний сын.

Он улыбнулся:

– Да, но Бен родился до того, как она вышла за Реда Симмонса. Тора автоматически получит опекунство.

– Вы легально усыновили Бена. Но это поднимает еще один важный вопрос, доктор Шепард.

– Какой?

– Как ваша жена заработала свои деньги?

Крис откинулся на спинку стула и уставился на женщину-агента. Много ли она знает о его жене? Известно ли ей, что Тора была дочерью хирурга, который бросил семью, когда ей стукнуло восемь? И что ее мать была алкоголичкой? Что Торе приходилось бороться изо всех сил, чтобы вырасти просто нормальным человеком, а хорошая работа после школы медсестер явилась для нее настоящим чудом?

Вряд ли.

Скорее всего она слышала только местную легенду – как в больницу Святой Екатерины, где работала Тора Райнер, привезли с инфарктом миокарда Реда Симмонса, местного нефтепромышленника девятнадцатью годами ее старше, потом они сблизились во время его пребывания в больнице и поженились шесть месяцев спустя. Крис хорошо помнил эту историю, поскольку сам лечил Реда Симмонса в последние три года его жизни. Он и раньше знал Тору как медсестру, но теперь познакомился с ней гораздо ближе. Он убедился, что Ред искренне любил своего «маленького викинга» – намек на скандинавских предков Торы, – а она была храброй и преданной женой, достойной всяческого уважения. После смерти Ред оставил ей наследство в шесть с половиной миллионов долларов. Для Натчеса это немалые деньги, но Крис не придавал им особого значения. У него имелись собственные средства, и он был достаточно молод, чтобы заработать еще больше.