Бывшие. Ночь изменившая все - Валерия Брайт

Тёма кивает с важным видом и вдруг перескакивает на новую тему:

— А ещё я ел две булочки, представляешь⁈ И ни капельки не испачкался! Ну, почти…

Он гордо показывает мне свою кофту, где предательски красуется пятно от варенья. Я смеюсь снова, тёпло, легко. Сердце оттаивает с каждой его фразой. Всё правильно. Всё хорошо.

Мы почти подошли к дому, когда я чувствую какое-то напряжене, как тонкую струну в воздухе. Замедляю шаг, оборачиваюсь. Ловлю краем глаза движение позади нас, в нескольких метрах, идёт мужчина в синей толстовке с капюшоном, надвинутым на лоб. Двигается вроде бы неспешно, но слишком уж внимательно. Слишком настойчиво держится на одной линии с нами. Я напрягаюсь. Пальцы инстинктивно крепче сжимаются вокруг ладошки Тёмы.

Он продолжает болтать про своих рыбок, про новый рисунок в группе, про то, что хочет, чтобы у нас был настоящий кот, но я слышу его уже сквозь тонкий звон тревоги.

— Мам, а котёнок будет спать у меня? Прямо в кроватке? Или надо ему отдельную кроватку? — спрашивает он, заглядывая мне в глаза.

Я улыбаюсь ему, будто ничего не происходит. Спокойствие. Только спокойствие.

— Обязательно заведём котёнка, чемпион. И пусть он спит, где захочет, — отвечаю ровно, прижимая его чуть ближе к себе.

Мимо проезжает машина. Мужчина в толстовке делает вид, что останавливается у столба, читает объявление, потом снова идёт за нами.

Чувствую, как сердце ускоряет ритм. Но ни шага быстрее. Ни взгляда назад. Мы почти у подъезда. И кто бы он ни был, я не позволю ему подойти ближе. Тёма ничего не замечает. Он счастлив. И я должна сохранить его улыбку. Как только мы приближаемся к подъезду, достаю чип, мгновенно открываю дверь, и мы проходим внутрь. Не дожидаясь пока дверь сама закроется, я притягиваю ее и насильно захлопываю. Мы заходим в лифт, и поднимаемся к моей квартире. И только закрыв за собой дверь на четыре замка, я чувствую себя в безопасности. Темка уже побежал в свою комнату, готовить место для котенка, а я все еще зависла в прихожей раздумывая над тем показалось мне, или все же за мной кто-то следил. Может это человек Ветра. И в эту же секунду вздрагиваю от сильного стука в дверь.

Глава 6

Алиса

Стук повторяется. Короче. Жёстче. Я прижимаюсь к двери, дыхание сбивается. В глазке силуэт. Мужской? Сердце уходит в пятки. Я вцепляюсь в ручку так, что костяшки белеют. И вдруг проясняется рыжая грива кудрей. Варя. Стоит, надув губы, как обиженный школьник.

Я отступаю на шаг, распахиваю дверь.

— Ты чокнутая, — вырывается у меня. Голос срывается злым шёпотом, хотя пальцы дрожат от облегчения.

— Да ладно тебе, — Варя морщит нос и улыбается. — Я тихо стучала! Это дверь у тебя долбанутая, гремит как консервная банка. Передо мной бабулька дверь открывала вот я и прошмыгнула.

Варя без слов заходит внутрь и захлопывает за собой дверь. Поворачиваюсь к ней, всё ещё с трудом переводя дыхание.

— А позвонить, нет?

— Так я ж говорила тебе сегодня днем, что приду к тебе на чай. Ты серьёзно испугалась? — спрашивает она уже мягче.

Я глотаю ком в горле.

— Почти написала завещание, — отвечаю сухо. — Думала, что это мой придурок-бывший.

Мы молчим пару секунд. Потом я вскидываю подбородок:

— Но если бы это был Ветров, Варя… Я бы не плакала и не падала в обморок. Я бы встретила его как положено.

— С топором? — с надеждой в голосе уточняет она.

— Минимум, — усмехаюсь я. — Проходи давай на кухню, — толкаю Варю слегка плечом, прогоняя остатки тревоги. — Чай так чай. Хозяйничай сама, знаешь, где что.

Она уверенно направляется к шкафчикам, а я быстро забегаю в комнату. Срываю с себя одежду, накидываю лёгкое домашнее платье, старое, но любимое, мягкое, уютное.

Мельком заглядываю в детскую: Тёма сидит на ковре, увлечённо строит башню из конструктора, высунув кончик языка от концентрации. Улыбаюсь краем губ и тихо закрываю дверь.

Возвращаюсь на кухню, где Варя уже шумит чашками.

— Генка мне, по ходу, изменяет! — выпаливает она с такой злостью, что лимонная долька шлёпается в кружку, расплескивая воду.

Я прислоняюсь к косяку, скрещивая руки на груди:

— Серьёзное заявление. И почему мы так решили?

Варя вскидывает телефон перед моим лицом, экран светится скриншотом.

Короткое сообщение от « Генеральный »

«Ничего не планируй на выходные с семьей. Ты на два дня мой!»

— Вот! — почти шипит она, тыкая пальцем в слова.

Я морщу лоб. Прохожу к столу и беру кружку в руки.

— Может, по работе? — говорю с осторожностью, отпивая глоток горячего чая. — Генеральный всё-таки.

Варя замирает, застывает с приподнятыми бровями, морщит носик, будто унюхала что-то подозрительное. На секунду в её глазах мелькает сомнение. А потом она решительно трясёт головой так, что кудри подпрыгивают:

— Может… Но не думаю! Наверное, скрывает кого-то. — отрезает она и налегает на свой чай с таким видом, будто собирается в нём утопить все свои проблемы. — Ладно! Генке я яйца прикручу! Пусть не думает, что сможет свалить и оставить мне ипотеку на старость! Я его накажу — красиво и креативно!

Она хватает кухонное полотенце, делает угрожающий жест в воздухе, будто уже гонится за бедным Генкой. Я усмехаюсь, ставлю кружку на стол и сажусь напротив. Варя меняет тему.

— Ты мне скажи лучше, что ты решила?

— Решила с чем? — приподнимаю бровь.

— Ну, с Ветром! — Варя тут же наклоняется ближе, заговорщицки щурясь, как будто за нами могут подслушивать стены.

Я вздыхаю, потираю виски:

— А что с ним решать? У него невеста. Ко мне он никакого отношения больше не имеет.

Варя с грохотом ставит свою кружку на стол.

— А как же его сын⁈ — Варя выпаливает так, что я едва не роняю чашку.

Внутри всё леденеет. Я поднимаю на неё взгляд.

— Вот ты сейчас меня бесишь, — говорю я спокойно. — Хорошо подумай, прежде чем продолжить.

Я поднимаю со стола ложечку и слегка постукиваю ею по столешнице.

— Ложкой стукну, ей-богу, — шучу наполовину, а наполовину нет.

Варя поджимает губы, виновато опускает глаза.

Тишина на секунду нависает в кухне.

Только Тёмин приглушённый голосок из комнаты напоминают о простом, о жизни.

—