Обелиск - Геннадий Мамлин

Роман. Ясно, треп. А только глупо. Славка все это понимает не так, как мы. У него чувство юмора исчезает, когда о войне говорят. Видала, у него в комнате фотография майора висит? Он говорит, что это его отец, а это просто Славкиной матери первый муж. Он в конце войны под Варшавой погиб. Только это между нами, я в прошлом году стороной узнал. А настоящий его отец подонком оказался: бросил их, где-то на Кавказе живет. Соображаешь? Славкины переживания какие? Если бы не война — какой отец у него мог быть?.. Мистика, конечно, а только Райка у нас сперва скажет, а потом соображать начнет… Хотя, конечно, не знала она.

Ольга (помолчав). Я бы за убийство человека прямо на улице казнила, без суда.

Роман. Без суда — это линчевание. Не в Америке живем.

Ольга. Значит, закон такой жестокий должен быть, чтобы даже пьяный помнил о нем, боялся замахнуться ножом.

Роман. Злая — ты на Славку похожа. Как сиамский близнец — в духовном, конечно, смысле.

Ольга (помолчав). Не похожа я на Славку. Я даже со злости всю правду в глаза сказать не могу. Даже с мамой. Иногда чувствую, что она неправа, а промолчу. И что выходит? Она решает: раз молчу — значит, согласна, а раз согласна — значит, думаю, как она.

Роман. А, идеализм. Для взрослых несогласие твое — все равно что Бобик тявкает из-под ворот.

Ольга. Ну вот не люблю я, Ромка, не люблю, когда ты с усмешечкой говоришь.

Роман. Усмешечку уберем. Слова произносить, спорить — нехитрая вещь. А на деле все мы — ручки по швам, лишь бы неприятностей избежать.

Ольга. Все ли? Вы с Игорем стояли сегодня перед шпаной, как маменькины сынки, а Славка и здесь характер проявил.

Роман (помолчав). В театр мы собрались завтра пойти. Может, отменяется, поскольку уронил я себя в ваших глазах?

Ольга (посмотрела на часы). Спать пора.

Роман. Так отменяется или из сострадания снизойдешь?

Ольга. Снизойду. Салют.

Роман. Салют. Если увидишь у Игоря свет, позвони ему, скажи, чтобы ко мне срочно зашел.

Ольга. Зачем?

Роман. Мужской разговор.

Ольга скрывается в подъезде. Некоторое время Роман на сцене один. Затем слева появляется Игорь.

(Радостно.) Игорь!

Игорь (он стоял к Роману спиной, носовым платком отряхивая землю с колен, от неожиданности вздрогнул, узнал Романа, подошел). Привет.

Роман. Плюнуть некуда — романтиков развелось. Одна на фортепьянах душу отводит, другой по парку гуляет один. Я тебя целый час по городу ищу. В милиции был. Опоздал — тебя отпустили уже.

Игорь (торжественно пожал Роману руку). «Коль горе нагрянет и слезы польются — тот друг, кто остался с тобой». Шерлоки Холмсы! Если бы майор пьяного «старожила» не привез, до утра мне сидеть.

Роман. Какого «старожила»?

Игорь. Да есть тут один. Как напьется, так норовит прохожим лекцию про достопримечательности прочесть. А тех, кто слушать не желает, он воспитывает — по мордасам дает. Уже три раза за драки судили его. Он в пяти шагах от того места, где Славку порезали, под скамейкой спал. Расколется, ничего. Завтра будут выяснять, куда он нож дел. (Наконец прячет носовой платок в карман.)

Роман. И ты ничего им не сказал?

Игорь. Спасибо, говорю, что в тюрьму не упрятали меня. Я, говорю, с Пироговым, между прочим, девять лет на одной парте просидел.

Роман. Да не юродствуй ты. Я про «старожила» спрашиваю.

Игорь. А что я должен был про него говорить?

Роман. Ну, что зря подозревают его.

Игорь. Адвоката нашел? Они милиция — им видней, кого подозревать. (Повернулся, хотел уйти.)

Роман (не сразу). Игорь, я, конечно, понимаю. Тут так обстоятельства переплелись — детектив. Я ведь на лавочке сидел, на той, где ты прошлым летом мои с Олей инициалы лупой увековечил. Усвоил? Я видел все.

Игорь (не оборачиваясь). Что — все?

Роман. Как фонарь Федька разбил, как драка началась. Как ты прибежал, разнимал. Как Чомбе нож выхватил, а ты у него на руке повис. Как отбросил он тебя… Бежать не надо было. Зря.

Игорь (не сразу). Зря тебя кибером зовут. Не сработало реле. Замкнуло. Приснилось тебе все.

Роман. Ладно чудить. Не маленький — понимаю.

Игорь. Что же тут, пташка, понимать? Галлюцинация. У страха глаза велики.

Роман. Ты с колен землю отряхивал. Думаешь, не знаю почему? Ты сейчас ползал, нож искал.

Игорь. Что несешь-то, сообрази! Какой нож?

Роман. А тот, что ты на прошлой неделе купил… Федька мимо пробегал, нож в кусты зашвырнул. Он прямо передо мной упал. Я от него сперва, как от гранаты, отскочил. Убежал. А потом будто током по башке. Сам еще не понимаю почему, а ноги уже обратно несут. Зажег я спичку, поглядел на нож — твой.

Игорь. Еще один сыщик на мою голову. Окстись! У меня же охотничий был. Таких в магазине полно. Да и потерял я его.

Роман (достает из кармана складной охотничий нож). А букву «И» кто лупой выжигал?.. Слушай, я себе час голову ломал. С одной стороны, ты Славку защищал, а с другой, они его пырнули твоим ножом. Если это обнаружится, неприятностей не миновать.

Игорь. С буквы «И» Иван начинается, Ипполит и Игнат.

Роман. Ты что, боишься меня? Я же помочь хочу.

Игорь. Как?

Роман. Не знаю. С тобой посоветоваться хотел. Я этот нож поднял, а он липкий. Славкина кровь.

Игорь. Хочешь помочь — в речку его зашвырни. А если кто спросит, скажи: Я просил. Еще неделю назад. Решил, что глупо с ножом по городу ходить.

Роман. Правильно. А они что, выхватили его у тебя?

Игорь. Говорю же, потерял. Может, нашли. А может, правда не мой.

Роман (прячет нож в карман). Завтра в милицию иди. Все расскажи.

Игорь. Что рассказать?

Роман. Ну, что драка была, кто его ножом — все расскажи.

Игорь. Слушай ты, пташка божья! Ты эту шпану знаешь?

Роман. Нет.

Игорь. Так вот, лучше не связывайся, забудь. Хочешь, чтобы и тебя на «скорой» с ветерком? Славке этим не поможешь. Свою жизнь побереги. Извилинами шевелишь?

Роман. Шевелю.

Игорь. Забудь, что ты в парке сидел. А нож давай, я его сам зашвырну.

Роман. Ладно, спать иди. Я через мост пойду, утоплю.

Игорь медленно уходит.

(Смотрит ему вслед; неожиданно.) Сократ!

Игорь (возвращается). Чего еще?

Роман. А если это нож не твой, зачем ты его искал?

Игорь (усмехнулся). Это ж не я тебе, а ты мне сказал, будто я в парке был. Если у тебя фантазия на ночь разыгралась — сам на свои вопросы отвечай. Салют.

Роман. Салют. Я, между прочим, не знал, что это тебя Сократом зовут.

Пауза. Игорь хотел что-то сказать, но повернулся и медленно ушел. Возникает музыка — фортепьяно с оркестром. Свет, направленный на Романа, меркнет. Высвечивается изнутри комната Ольги. Она у рояля. Какое-то время звучит музыка, потом в комнату входит Роман. Он в смятении, хотя и пытается скрыть это.

Ольга. Первый час. Кто тебе открыл?

Роман пожал плечами и прошелся по комнате. Ольга со спокойным любопытством наблюдает за ним.

Роман (увидел на столе коробку с печеньем). Слушай, что это такое — «му́ки высшего сорта»?

Ольга. Понятия не имею. Религиозное что-нибудь. А с чего это тебе стрельнуло?

Роман. Да вот, на коробке, читай.

Ольга (читает на одной стороне коробки). «Му́ки высшего сорта». (Поворачивает коробку, читает надпись сначала.) «Печенье из муки́ высшего сорта». А ну-ка, дыхни.

Роман. Очумела? Алкоголика нашла!

Ольга. Не шуми. Ночь. Ты зачем ко мне пришел?

Роман (кричит). А куда мне, к секретарю комсомольского комитета идти? Или письмо в газету писать?.. Могу и уйти.

Ольга. Садись.

Роман (сел, помолчал). Слушай! Человек полжизни у тебя на глазах провел, и вдруг выясняется, что он не тот, кого перед тобой изображал. Предатель, да?

Ольга. А может, ты все-таки выпил? Я слышала, таблетки есть — запах отбивать.

Роман. А, иди ты от меня!

Ольга. Тогда объясни, что происходит с тобой.