Стяжатель - Харитон Байконурович Мамбурин

— Да не, — после недолгого раздумья ответил «грязный блондин», почесывая голову, — Влом. Лучше Акиру спросить. Он, всё-таки, в главной роли.

В курс дела меня ввели, когда мы уже пошли в обратный путь. Лето, хорошая погода, несколько молодых знаменитостей, с которыми как-то раз мы работали в аквапарке, выбили себе право на выходной и собрались всё это дело отметить. Пляж, выпивка, клуб, отрыв без границ. Однако, чтобы отрыв был действительно без границ, требуются телохранители, которые не нарушат, так сказать, феншуй. Тогда-то и всплыло мое имя.

— Платят мало, три сотни человеку…ну, ты же сейчас свободен по воскресеньям, сам говорил, — пожал плечами Рио.

— Триста тысяч, за то, чтобы весь вечер возиться с молодежью, почуявшей вседозволенность? — хмыкнул я, — Еще скажи, что хотел позвать нас с Хиракавой, а на самой тусовке будут Сакурабомби.

— Ну да. А что?

— Ничего, отказываюсь. В принципе, отказался бы в любом случае, даже за полтора миллиона. Мия Ханнодзи попросту не дала бы мне работать.

— Ах ты везучий ублюдок…

Хайсо оказался фанатом этой группы. Какой странный Рио шиноби достался, аниме любит, молодежную музыку слушает, может, даже за сестрой подглядывает. Хм, а чего это он покраснел? И сам Коджима отвел глаза? Кажется, теперь кто-то смотрит аниме в одиночку, пока его сестре показывают секретные приемы? Может быть даже захваты сзади? Вместе с удушением?

Пришлось убегать. Приятно, когда твоя гнусная инсинуация оказывается истинной. А уж когда я последний раз видел Рио покрасневшим…

Айдолы и молодежные рок-звезды в Японии народ бедный. Львиную долю доходов получает агентство, вырастившее и раскрутившее талант, а контракт запрещает бедолаге буквально всё и немного сверху. Причем, некоторым из этих молодых людей еще нужно учиться, получая, к примеру, высшее образование. Определенная доля симпатии к настолько загруженным людям у меня присутствует, но недостаточно, чтобы взваливать на себя проблемы. Тем более, есть еще и возможные неприятности от столкновения Хиракавы и Ханнодзи. Кажется, я постепенно становлюсь кобелем…

— Я все равно знаю, где ты живешь!! — доносится мне в спину от запыхавшегося блондина, на что предпочитаю не реагировать. Все равно послезавтра приду к нему домой на наши «уроки фехтования».

С учительством в Огасаваре удалось завязать. Поняв приблизительно нужды своей аудитории и те пробелы в знаниях, которые таким людям полезно было бы закрыть, я создал методичку. В ней просто и доступно объяснялась большая часть необходимого по пунктам. Договорившись с некоторыми знакомыми, в том числе с дедом и со своим учителем, Суичиро Огавазой, я собрал знатный ворох подписей именитых бойцов, подтверждающих ценность и истину содержащихся в методичке знаний. В таком виде мы её и отдали в печать, а заброшенная школа в деревне снова начала пустовать. Теперь мне приходится платить за получаемую из деревни еду, пусть и с очень хорошей скидкой.

Впрочем, отца повысили, и он теперь регулярно вкладывается в траты на продукты. То, чем должны питаться «надевшие черное», и обычному человеку более чем полезно, так что моя семья очень хорошо кушает. Особенно это заметно по начавшей бурно расцветать Эне, и по Такао, который, приходя к Рио, очень и очень усердно занимается.

Кстати, о них…

Неподалеку от моего дома был припаркован кабриолет, виденный мной буквально десять минут назад. Около машины отирались китаянка с кавалером, а к ним, под бдительным присмотром Такао, держащего портфели, домогалась Эна, привлеченная, видимо, тем, что Сяо Мин крайне похожа на Хиракаву. Китаянка, в свойственной ей резкой манере, успела отбрехаться до того, как я подошёл, вследствие чего была обозвана «китайской подделкой», награждена видом высунутого языка, а затем младшая Кирью, видящая подходящего меня, предприняла стратегическое отступление бегством. Молодой японец, привезший Сяо Мин, еле сдерживал смех, чем неслабо смущал желающую взорваться подругу.

— Ты! — обнаружив подошедшего меня, вспыхнула одноклассница, — Поехали с нами! В кафе! Ближнее! Подальше отсюда, тут дети злые! Мы хотим поговорить! О бизнесе! Это Мотосуба Йоши, мой парень!

Самая запоминающаяся черта этой китайской девочки, как-то раз организовавшей на меня самую настоящую западню в Киото — предельная конкретность высказываний. Отлученная от рода дочь могущественного отца (который кто-то весьма крупный в Китае), была прямолинейна донельзя. Настолько, что это могло смутить обычного человека, но я подобный подход более чем одобрял.

Заняв столик, мы заказали по большому стакану фруктового льда, а затем, когда с ним и с приличным японским знакомством было покончено, слово взяла китаянка. Правда, после того как Мотосуба Йоши предупредил, что она это делает на правах «старой знакомой», и убеждена, что так будет лучше. В принципе, так оно и оказалось.

— У него есть деньги, — невежливо ткнула наглая китаянка пальцем, — У тебя есть мозги. Деньги мертвые, пустые, бесполезные. Сейчас. Йоши нужно дело. Ты жрал Снадобье, тебе нужны деньги. Можно заработать вместе. Нужно заработать. Я много денег хочу.

— И каков будет твой вклад? — наклонил я голову.

— Он уже есть, — фыркнула китаянка, — Я вас свела. Потом выйду замуж за Йоши, у которого будет много денег. И бизнес. Все в выигрыше, ты в доле.

Бедолага Йоши аж поперхнулся. Я оценивающе взглянул на него еще раз. Молод, хорош собой, относится к текущей движухе с повышенным уровнем скептицизма, но относительно лояльно. Поражен и смущен наглостью девчонки, но в меру. Одет… дорого, со вкусом. Машина, опять-таки. Суммируем? Анализируем? Итог — семья Мотосуба (узнать о ней больше), желает дружить с родом Сиань, а сидящего передо мной парня (не пристегнутого ни к какому бизнесу, это важно) жертвуют в угоду этой связи. Разрешение жениться на китаянке — это слегка за гранью добра и зла, если мы говорим о высшем свете Японии. Что еще? Как минимум, Сяо Мин, бывшая Сяо Сиань, прекрасно в курсе происходящего, поэтому позволяет, так сказать, топить тапку в пол.

Можно ли с этим работать? Можно.

— Давайте поговорим предметнее, — предлагаю я, на что, конечно же, соглашаются.

Через полчаса неторопливо иду домой, напряженно работая мозгами. Планы вырисовываются один за другим, но требуется дополнительная разведка. Пока всё выглядит достаточно чисто и откровенно. Парню сунули денег, мол, сделай так, чтобы нам за тебя не было стыдно, приданое, проще говоря. Тем не менее, вес этого приданного в обществе не котируется, деньги не должны быть мёртвыми, они должны жить, цвести и пахнуть. Наша континентальная девица решила раскопать старое знакомство и попробовать удачно делегировать