Пробег - Олег Анатольевич Рудковский

ли она, если ее сбросить вниз. Выжила. Ей бы притихнуть и притвориться мертвой, да только она уже ничего не соображала, стала звать на помощь слабеньким голоском. Тогда изверги решили выяснить, кому из них можно присудить звание «меткий глаз», и стали швырять в нее камнями. Выжила и тогда. Она вообще выжила, поскольку кретинам надоело, и они уехали. Выжила, да только впала в апатию. Говорят, она смотрит в одну точку и посейчас.

А мучители живут. Живут и здравствуют, колесят по дорогам, кое-где подбирая на обочинах молоденьких девушек.

Что-то есть в дорогах. Нечто дьявольское, и если внутри тебя гнездятся страсти или пороки, они выплывут на поверхность, доведись тебе выехать на трассу.

— Друг возвращался домой из командировки, — продолжил Марат. — Увидел, как она плетется по обочине. Притормозил, предложил свою помощь. А она шла, как в тумане, даже не слышала его. Он вышел и с силой затолкал ее в машину, а она забилась в истерике, ничего не соображала. Он привез ее к себе домой. Отмыл, отогрел. Подробностей не знаю, да и знать не хочу. Никто не верил, что это надолго, а он возьми и женись на ней.

Новая машина подкатила к уже стоящим здесь. Синий «Лексус», из которого вышли мужчина и женщина лет сорока. Марат провожал их взглядом, пока они не скрылись за калиткой. Знал он их или не знал — по его лицу вообще было трудно что-либо понять.

— С той самой ночи друг помешался. На дорогах, на машинах. Ему нужно было постоянно ездить, а если он не ездил, — в жизни всякое случалось, — начинал со всеми собачиться. Я думаю, что отними у него автомобиль, он умер бы раньше. Если есть такой диагноз — патологический автомобилист, — то это для него.

От этих слов — патологический автомобилист — живот у меня скрутило. Я весь подобрался. Я уже открыл рот, чтобы задать ему вопрос. Я хотел спросить: а знал ли этот его товарищ про «Сеть»? Если он болел дорогами, как говорит Марат, если езда охватила его всецело, что даже смерть он принял на трассе, он должен был знать, как должен был он знать и о том, что есть в дорогах что-то дьявольское, что толкает человека на путь порока.

Я промолчал, захлопнул рот, как и открыл. Что-то помешало мне, и слава Богу. Вряд ли этот погибший человек раскрывал свои тайны даже жене, тем более не раскрывал он их друзьям. Сейчас не стоит болтать лишнего, а самое лучшее — вовсе не болтать. Человека уже нет. Не удивлюсь, если все его состояние перешло к этой светловолосой красавице. Со временем она успокоится, даже, быть может, полюбит кого-нибудь. А ее мужа уже не вернешь.

— Мы решили ставить памятник там, где он погиб, — сказал Марат. — А сегодня его похороны. Ты не против поучаствовать?

Я был не против. А потом, особым выбором я не располагал: я уже здесь, и Марат здесь, он друг погибшего, стало быть, друг вдовы. Будем плестись в похоронной колонне, хотя никогда я не приходил в восторг от таких вещей. По мне, так лучше доверить панихиду людям со стороны, а самому вспоминать об умершем лишь наедине с собой.

Я не знал тогда, что очень скоро буду косвенно причастен к возведению самого величественного мемориала у края дороги, посвященного погибшему человеку. Тем более не мог знать я и того, что буду прямым виновником самой длинной поминальной процессии в истории мира.

540 миль

Блондинку знали все. Все, кто так или иначе был причастен к «Сети», был членом этой виртуальной секты (или ордена) в духе современности. Саму «Сеть» придумали не мы, ее изобрели программисты сотовых служб. Информационная службы МТС, к примеру, тоже имеет свою сеть, внутри которой их еще четыре, по основным склонностям людей: дружба, флирт, брак, бизнес. Один мой приятель как-то попробовал пофлиртовать через сеть, и был просто ошарашен: он словно бы обнаружил еще один мир внутри нашего, реального мира. Люди общались, знакомились, обменивались фото через мобильную сеть; более того, они колесили из города в город, спеша друг к другу в гости, порой задерживались в гостях надолго. Сам приятель таким образом посетил все города Башкирии, причем посетил с размахом и пользой, поскольку знакомился, конечно же, с девицами. Любая сеть затягивает, уж поверьте мне, хоть это-то я знаю. И страсть зачастую — порождение банального любопытства.

В силу конкуренции, а также разнообразия сотовых служб, услуги для абонентов получили расширение. Когда к нам пришла мобильная сеть АТВ+, то помимо прочих услуг она предоставляла возможность контакта по интересам.

Можно сказать, что именно Блондинка сделала меня членом «Сети». Поначалу я вообще не придал значения информации об услугах, пользовался мобильником по прямому назначению — звонил. Ради любопытства отослал свою анкету с пометкой в графе интересов — «Авто», — придумав себе логин — «Муха» (не спрашивайте, почему, сам не знаю). Не знал я в то время и того, что любопытство часто перерастает в страсть. Отослал анкету, а через минуту уже и не помнил об этом: благо дело, адреналина хватало и без соучастия сотовых служб.

А в один прекрасный день на табло мобильника высветился конверт. Пришло сообщение. Я открыл его и прочитал:

Блондинка: Привет! Как трасса?

Откуда она узнала, что в тот момент я был за рулем, уже потом спрашивал я себя. Интуиция, наитие — впрочем, это все не те метафоры. Сейчас я уже не болею такими вопросами, они воспринимаются мной как само собой разумеющееся, но тогда я еще сохранял в себе остатки удивления, быть может, даже наивности какой-то. Продолжая одной рукой держать руль, я кое-как настрочил ответ.

<Муха>: Привет. А ты кто?

<Блондинка>: Я Блондинка.

<Муха>: А откуда ты?

<Блондинка>: Вообще из Уфы. Но сейчас пишу из Мелеузовского района.

<Муха>: А чего ты там делаешь?!

<Блондинка>: ЕДУ!!!

Уже позже, путем длительной переписки, я узнал, что ей 22 года, что, подобно мне, она — патологическая автомобилистка, выражаясь словами Ибрагимова. Что, в отличие от меня, у нее абсолютно свободный полет, поскольку ее отец — какой-то нефтяной туз в Уфе, и не жалеет лишней копейки для дочери. Что ей не нужно заботиться о пище и квадратных метрах жилья, и бесчисленные дороги республики — в ее полном распоряжении, как в полном ее распоряжении бензин Башкирнефтепродукта. Что она может колесить бесконечно, до умопомрачения, прерываясь лишь на еду, сон, ну, может быть, секс (интимную