В двух шагах от любви - Ноэль Бейтс

Конечно же, он был прав. Им придется действовать сообща, чтобы Джонни мог воспользоваться своим наследством. Но беда в том, что так же, как и его отец, Джонни души не чаял в своем любимом дяде Стиве. Очень часто, возвращаясь после ежемесячных поездок в «Холмы», мальчик рассказывал о Стивене почти столько же, сколько и об отце.

Кристина постаралась взять себя в руки.

— По-моему, все в порядке, — пробормотала она, просмотрев список. Она знала большинство этих людей, так что было бы странно не пригласить их. В списке, конечно, значилась и Дайна. Ведь она приходилась родственницей Роберту: ее брат был женат на старшей сестре Роба — Лайзе. Да, Дайна наверняка приедет на похороны и будет трогательно оплакивать друга своего детства. И никто, кроме Кристины, не будет знать, что Дайна — дрянь, которая разрушила семью своей лучшей подруги. Да, она напрасно вышла замуж за Роберта. Конечно, он ей очень нравился, но, наверное, она никогда по-настоящему не любила его. Она позволила ему закружить себя в яростном вихре романа, опьянить своей красотой и обаянием, и в этом ему сильно помогло ее горячее желание иметь семью и перестать быть одинокой. Еще она вышла за него замуж, наверное, потому, что мужчина, которого она полюбила с первого взгляда, был уже обручен с другой. Да, это так!

Последний факт Кристина держала в тайне почти девять лет. С горькой иронией она узнала после возвращения из фантастического свадебного путешествия, что Стивен и Дайна расторгли свою помолвку через какую-то пару недель после ее бракосочетания.

Правда, то, что Стив стал свободен, не имело никакого значения. Он с самого начала, как и остальные родственники Роберта, недвусмысленно показал, что неодобрительно относится к женитьбе кузена. Она могла согласиться с Глоуверами в том, что в двадцать один год Роберт был еще слишком молод для семейной жизни, но их твердое убеждение, будто бы она вышла за него замуж только для того, чтобы одним махом подняться на несколько ступеней по социальной лестнице, никак не соответствовало истине.

Стивен нетерпеливо вздохнул, и устало пожал широкими плечами.

— Пожалуй, сейчас не самое лучшее время обсуждать это, — согласился он. — Насколько я понял, ты останешься в «Холмах» на несколько дней, Лайза приготовила тебе розовую комнату. Джонни, конечно, как всегда, может жить в детской.

Значит, сестра Роба уже приехала в «Холмы» и распоряжалась в своей привычной властной манере. Похоже, все решения здесь принимались Стивеном и Лайзой. Но на что она могла еще рассчитывать? В конце концов, они были Глоуверами и, следовательно, все остальные должны только соглашаться с ними.

— Накрыть в маленькой столовой возле кухни? — поинтересовалась вошедшая в библиотеку экономка. — Наверное, вы не захотите обедать в большой столовой.

Кристина предпочла бы спуститься в теплую кухню, но Стивен согласился, что маленькая столовая прекрасно подойдет для обеда, поэтому она промолчала. Однако, если он со своей сестрой Лайзой думает, будто она до сих пор остается той робкой девятнадцатилетней девушкой, которая вошла в их семью несколько лет назад, то их ожидает неприятный сюрприз. Кристина больше не собирается разрешать им командовать… и распоряжаться по своему усмотрению наследством сына.

Как странно вернуться в «Холмы», думала она, стоя у окна своей комнаты и глядя на парк. Дом нуждался в основательном ремонте.

Какая жалость, что Роберт относился к фамильному особняку с таким легкомыслием! Кристина много раз пыталась уговорить его пересмотреть свое отношение к имению, но эти разговоры обычно заканчивались ссорами. Ее муж предпочитал тратить деньги на машины и развлечения. Дохода, который приносило имение, — в основном от аренды ферм, — едва хватало даже в лучшие времена, чтобы вести столь расточительный образ жизни, какой он вел. Кристине очень не хотелось расставаться с домом. Вернувшись в «Холмы», она вспомнила, насколько он был для нее важен: не просто дом, а нечто значительно большее — ее приют, ее семейный очаг.

Когда ей исполнилось двенадцать лет, в одну роковую ночь пожар уничтожил ее семью и все их имущество. Девочка уцелела случайно. Она осталась, как бы без прошлого и с тех пор всегда испытывала странное, непроходящее ощущение оторванности от людей.

Это печальное чувство до некоторой степени исчезло после рождения сына, но Кристина никогда не могла полностью от него избавиться. И вот сейчас она вновь вернулась в «Холмы». Как ей хотелось, чтобы сын знал, что у него есть предки. Они принадлежали ему по праву рождения, и она была полна решимости сохранить «Холмы» для Джонни, независимо от того, сколько это будет стоить.

Она должна найти способ зарабатывать достаточно денег для содержания дома. И это будет нелегкой задачей. Имение было не так уж велико, и ему явно недоставало богатой истории и аристократических владельцев, чтобы привлечь толпы туристов, если его открыть для всеобщего обозрения.

Кристина стояла у окна и рассеянно смотрела в сад, который ждал прихода весны, а ее мысли были заняты сегодняшней встречей со Стивеном. Разговор в библиотеке воскресил множество воспоминаний. Она думала, что все осталось в прошлом, позади, но воспоминания, как ненужные и до сих пор не разобранные вещи на чердаке, вывалились наружу, когда открылась дверь…

Тогда, несколько лет тому назад, все произошло так быстро, что у нее почти не было времени подумать. Роберт сделал ей предложение через три дня после помолвки Дайны со Стивеном.

Кристина пыталась уговорить Роберта хотя бы немного подождать. Ведь ей было всего девятнадцать, а ему только двадцать один год. Но он отказался слушать ее доводы, и она поддалась его напору.

После дня рождения Дайны Кристина не видела Стивена, он уехал из штатов по делам. Но она знала, что Роберт написал кузену письмо, в котором умолял приехать на свадьбу и быть его шафером.

Приезд Стивена Глоувера не очень встревожил Кристину, поскольку она сумела убедить себя, будто то возбуждение, которое она испытала при их первой встрече, является не чем иным, как плодом ее больного воображения. Но во время свадьбы все повторилось, только на этот раз реакция оказалась в сто раз сильнее. Карие глаза Стивена встретились с ее глазами, и ей показалось, что она сейчас упадет.

Это ужасно и неправильно! Она просто не имела права испытывать подобные чувства! В конце концов, ведь она любила Роба. Он был по-юношески очарователен. Он обожал невесту, и его глаза счастливо светились. А рядом стоял Стивен со скептической улыбкой, играющей на его упрямых чувственных губах. Основа его магнетического мужского обаяния крылась в характере, который требовал от всех повиновения.