Обретенная мечта - Мэй Макголдрик

Пирс хотел было возмутиться, однако быстро понял причину ее столь странного поведения: к ним приближался какой-то военный в сопровождении грумов, один из них нес факел.

– Никто не пострадал? – полюбопытствовал офицер, стараясь получше их разглядеть. – Экипажи едва не столкнулись на мосту.

Девушка прижалась к Пирсу и схватила его за руку.

Пирс с трудом поборол искушение передать незнакомку в руки верных слуг адмирала. Веревка неплохо бы смотрелась на ее нежной шейке. Чертовке, однако, повезло: Пирс не так-то легко поддавался соблазнам.

– Да нет. Все целы, – отозвался Пирс.

– Я видел, как вы бежали за коляской. Что случилось? Лошади чего-то испугались?

Пирсу стоило немалых усилий не сказать офицеру, чтобы не лез не в свои дела.

– Нет, просто моя дама… Она, видите ли, обиделась, что я надолго оставил ее одну, и решила уехать без меня.

Молодой человек рассмеялся и снова попытался рассмотреть девушку. Пирс почувствовал, что та еще плотнее прижалась к нему, стремясь, видимо, скрыть от посторонних глаз свой растрепанный вид. Что ж, темнота была ей в этом союзницей.

– Ну ничего. Недавно прибыл сам губернатор, и веселье только начинается. – Офицер многозначительно ухмыльнулся. – У вас будет достаточно времени, чтобы вернуть себе расположение вашей спутницы.

Пирс положил ладонь девушки на колено и, ощутив, как она напряглась, удовлетворенно улыбнулся.

– Все не так-то просто, – сказал он и прижал ногу к ее бедру. – По опыту знаю, что существует единственный способ вернуть расположение этой женщины. Но это уже в интимной обстановке. Надеюсь, сэр, вы понимаете, что я имею в виду. Так что не обессудьте, но мы поедем.

Рассмеявшись, молодой офицер отошел в сторону. Не проронив больше ни слова, Пирс тронул лошадей. Джек уже на ходу вскочил на свое место на запятках.

Пирс никак не мог не думать о намеченном на сегодня деле, успех которого непосредственно зависел от приливных и отливных течений. Необходимо было поторапливаться – там, на берегу, его не могли долго ждать. А из-за этой девицы он потерял немало времени.

Как только они выехали за ворота, незнакомка тут же передвинулась на противоположный край сиденья.

– Сэр, вы поступили не по-джентльменски, намекнув, будто между нами существуют интимные отношения.

– Как раз наоборот, сударыня. Я проявил благородство и великодушие, не передав вас в руки того офицера.

– Почему же вы этого не сделали?

Пирс пристально посмотрел на девушку. В ее темных волосах, которые едва удерживали многочисленные жемчужные булавки и гребни, застряли веточки и листья. Судя по глазам, эта особа была не так уж глупа. Пирс откровенно осмотрел ее порванное и перепачканное платье, задержал взгляд на полуобнаженной груди, на которой поблескивал серебряный медальон.

– Вполне возможно, за все то, что вы сегодня натворили, виселица была бы вам обеспечена, – заметил он. – Впрочем, приняв во внимание вашу внешность, можно себе представить, как обрадовались бы тюремщики возможности свести с вами более близкое знакомство. Так что, думаю, петлю на вашу милую шейку накинули бы еще не скоро. Даже если бы вам этого очень хотелось.

– Вы, значит, подозреваете, что я совершила преступление, – отозвалась незнакомка. – Будь вы более почтительны и галантны, я бы вам все объяснила еще в саду. И тогда бы вы поняли, что я просто стала жертвой досадного недоразумения. Я почти совершенно не виновата в том, что произошло в доме адмирала.

– Почти совершенно не виновата, – повторил Пирс. – Забавная фраза. А то, что вы пнули меня по ноге, едва не сделав инвалидом? Это тоже всего лишь недоразумение? – Он снова окинул ее взглядом. – Разве станет добропорядочная, ни в чем не повинная девушка сломя голову носиться по саду и угонять чужие экипажи?

– Я вынуждена была защищаться! И тот удар вы вполне заслужили. Что касается вашего фаэтона… Мне же нужно было как-то спасаться!

Ошеломленный, Пирс пристально посмотрел на девушку. Ни страха, ни раскаяния, ни желания дать какие-то объяснения. Они как раз проезжали церковь Норт-Черч, и девушка, откинувшись на сиденье, уставилась на устремленный в небо шпиль.

– Время у меня еще есть. Так что я могу отвезти вас обратно.

Девушка недоверчиво взглянула на него:

– Вы этого не сделаете.

– С чего вы взяли?

В этот момент фаэтон подбросило на ухабе, Порция навалилась на Пирса, но тут же отодвинулась от него.

– По-моему, вы не очень-то веселились в гостях у адмирала. Вас там одолевала скука.

– Могу поручиться, что в случае возвращения никому не придется скучать.

– Возможно. Но не только скука заставила вас удалиться сразу же по прибытии губернатора.

– Мне просто хотелось подышать свежим воздухом.

– Нет, вы с грумом шли к своему фаэтону, – возразила девушка, – собирались уезжать, поэтому и не сдали меня людям адмирала.

Девушка стала извлекать из прически булавки и гребни, волосы рассыпались по плечам, и она принялась расправлять их своими тонкими пальцами.

Пирс, словно завороженный, смотрел на ее темные локоны, от которых исходило благоухание роз.

– Ну что, сэр, я недалека от истины?

– Истина и вы несовместимы.

– Сознайтесь, мистер Пеннингтон! Вы опаздываете на важную встречу. А значит, не повезете меня обратно.

– Откуда вам известно мое имя?

– Как я уже говорила, я была в числе приглашенных на бал и…

– А вас как величать? Девушка молчала.

– Ваше имя, сударыня! – потребовал Пирс и с удовлетворением заметил, как она вздрогнула.

– Меня зовут Порция Эдвардс… Полагаю, что этих сведений обо мне вам вполне достаточно. – В голосе девушки чувствовалась некоторая настороженность. – Я понимаю, вы ограничены во времени… и с моей стороны было бы слишком самонадеянным ожидать…

– Вот что, мисс Эдвардс. Назовите место, где я мог бы избавиться от вас.

– Не могли бы вы высадить меня где-нибудь за речкой? Главное – выбраться из Норт-Энда. – Девушка перекинула распущенные волосы через плечо. Пирс снова задержал взгляд на ее тесном корсаже и глубоком вырезе платья. – Хотя это связано с некоторым риском. Но если вы едете в сторону площади Док-сквер, мне не пришлось бы пробираться по темным улицам, подвергаясь опасностям, которые молодая женщина…

– Значит, Док-сквер? – Пирс щелкнул поводьями, и лошади, тронувшись с места, быстро перешли на рысь.

Вдоль дороги тянулись жилые дома вперемежку с лавчонками и питейными заведениями, узкие проезды под арками вели во внутренние дворы. По случаю праздника на улицах было оживленно, у многих дверей, скрестив на груди руки, стояли с важным видом главы семейств, на пустырях горели костры, вокруг них резвились дети.