Завещание великого шамана - Колупаев Александр Алексеевич

«Вот это да! – ахнул я, – только боевых наград более десятка! Вот тебе и шаман!»

– Дорогие айылдаши! Сегодня самый радостный день в моей жизни! Великое небо послало мне еще одного сына! Человек, которого вы видите, рискуя своей жизнью, вынес из поля боя моего сына и не только вернул его нам, но и дал свою кровь, когда врачи спасали его жизнь. Само великое небо сделало его кровным братом моему старшему сыну, мне остается только признать его своим младшим сыном! Принесите мой асхе!

Из юрты вышла старая женщина, неся на вытянутых руках необычной формы корявую палку, отполированную до блеска прикосновениями рук. На конце этой палки, в замысловатой развилке, был закреплен довольно крупный булыжник. Когда она подошла ближе и развернулась к шаману, цвет «булыжника» не оставил сомнений – это золото!

Шаман протянул палку с золотым набалдашником в сторону Николая, и тот стал перед ним на одно колено, знаком предлагая мне последовать его примеру.

Отец воздел палку к небу, произнес несколько фраз на своем языке и медленно опустил её на голову сына. Затем, коснулся ей правого плеча, левого и повернулся ко мне. «Прямо посвящение в рыцари!» – подумал я.

– Пусть великое небо благословит тебя! Даю тебе атту-чулу – Угльген Ирбис, что означает – благородный барс. И перед всеми айыл-дьюрт, сородичами, нарекаю тебя «адак бала» – своим младшим сыном!

Старый шаман осторожно коснулся набалдашником палки моей головы. Не знаю почему, но мне показалось, что тысячи мелких иголочек вонзились в кожу моей головы и проникли в мозг. Прикосновения к плечам ничего такого не вызвали.

– Принесите, ал чаян! – приказал шаман.

Из юрты снова вышла женщина, неся в руках простую деревянную чашку.

Держа её двумя руками, она поднесла её шаману. Тот отпил из неё глоток и передал сыну, пригубив чашу, Николай, передал её мне. В чашке плескалась белая жидкость.

Я, следуя его примеру, слегка пригубил чашку, это оказалось кислое молоко, и передал его подошедшей женщине. Та пошла по кругу, обнося сородичей.

Когда эта процедура была закончена, шаман снова стукнул посохом об землю и приказал:

– Принесите атту-чапаны!

Из юрты тотчас показались две женщины, неся на вытянутых руках цветные расшитые яркими узорами халаты. Проявляя такт, одна из них быстрее подошла к Николаю и, развернув халат, помогла надеть его. Теперь я знал, как поступать, и халат лег на мои плечи.

– Пусть моим сыновьям и наследникам поднесут атту-кушак! – пристукнул старик посохом.

Тут произошло то, что слегка смутило меня. Из юрты, одна за другой, вышли пять девушек и встали напротив Николая. Не успел я толком рассмотреть, что за цветные полосы ткани держали они в руках, как из юрты вышли новые девушки и встали напротив меня. Каждая из пятерых держала длинную цветную полосу ткани. Но не это смутило меня: третьей стояла Татьяна в цветном платье, сплошь расшитым узорами, её сразу было и не узнать! «Обещайте ко мне подойти первой!» – вспомнил я её просьбу.

«Могла бы и не просить, к такой красавице как не подойти!» – мысленно усмехнулся я.

Тем временем Николай подошел к одной из девушек, притронулся к ней и поднял руки. Она ловкими движениями обмотала полоску ткани вокруг его талии. Пояс – вот что принесли девушки! Но почему пять поясов? И почему нам было предоставлено право выбора? Ответы на эти вопросы я получил позже. А пока ноги, словно сами понесли меня к Татьяне. Та с лукавой улыбкой смотрела мне прямо в глаза. Когда я дотронулся до нее, она легонько вздохнула и с явным удовольствием повязала мне пояс.

– Выбор сделан! Я прощаюсь с вами мои айылдаши, оставляю вам сына и айбычи Александра, великое небо даровало которому имя Угльген Ирбис. Отныне два великих шамана будут оберегать вас от бед, голода и болезней. Я буду молиться, чтобы ару немее, добрые духи Священной Горы, ниспослали благодать и даровали не только жизнь, но сокровенные знания моим сынам! Прощайте и верьте, что в назначенный срок душа моя вернется на нашу благодатную землю!

С этими словами великий шаман, обвел присутствующих своим посохом. Все, к кому прикасалась тень посоха великого шамана, вставали на колени и касались ладонями земли. Я, вслед за Николаем, проделал тоже самое.

Старик ушел в юрту, следом за ним был мгновенно опущен полог. Присутствующие на поляне потихоньку разбились на группы. Там и сям, слышались громкие разговоры, смех, кое-кто принес с собой спиртное, и, казалось, никому нет дела, что их шаман должен умереть.

– А ты молодец! – похвалил меня подошедший Николай. – Красивую невесту себе выбрал!

– Как невесту? – изумился я, вспомнив вспыхнувший румянец на щеках Татьяны.

– Одобряю, очень одобряю твой выбор! Если бы Татьяна не была моей сестрой, я бы и сам её выбрал!

– Так у тебя есть уже жена! Тебе-то зачем невеста?! – мой вопрос явно развеселил друга, теперь уже брата.

– Видишь ли, у нас такой обычай: великому шаману положено иметь две жены. Нельзя нашему роду оставаться без наследника: вдруг будут дочки, или духи горы не примут кого-то из сыновей. Вот ты женишься на Татьяне, а после рождения первого ребенка можешь взять вторую жену…

– Да разве первая согласится?! Ты согласился бы, чтобы твоя супруга имела двух мужей? – пытался я доказать Николаю всю нелепость этого обычая.

– Э-э, тут все не так просто! Все знают, что это повеление великого неба и духов Священной Горы. Кто против этого пойдет? Были в нашем племени такие женщины, так великое небо сразу посылало на них болезни и неисчислимые беды. Знаешь, это даже не обсуждается! Давай иди, подойди к Татьяне, я же вижу, как она тебя ждет…

Действительно, она стояла невдалеке с подружками и изредка смотрела в мою сторону.

– Вот я и выполнил вашу просьбу, очень надеюсь, что ничего не нарушил в ваших планах и обетах – мне было неловко в этом цветастом одеянии, но я уже не так выделялся в своей белой одежде, больше похожей на нижнее бельё.

– А вы хотя бы знаете, в чем смысл этого обряда? – лукаво поглядывая на меня, спросила она.

– Да, Николай просветил меня, только я не выбирал себе вторую жену, у меня и первой-то нет!

– Это почему? На вас что девушки не обращают внимания?

– Так получилось. Мне нравилась одна девушка, во время моего обучения в военном училище… К сожалению, мы с ней расстались по причине, не зависящей от меня… А потом как-то все завертелось, пошло не так, да и судьба военного, участвующего в войнах, всегда так непредсказуема… Вот и не влюблялся, боялся оставить свою любимую вдовой…

– Так сейчас вы не на войне? Что мешает вам, влюбиться?

– Скорее не что, а кто… И я, кажется, знаю эту девушку!

– И кто она, если не секрет?

– Не секрет, она только что повязала мне пояс, согласившись стать моей женой…

– Ну, это мы ещё посмотрим! Только знайте: я буду очень сильно просить духов Священной Горы, что бы они сохранили вам жизнь и послали могущество великого шамана! – коснувшись моей руки, девушка упорхнула к подружкам.

Глава четвертая

Проводив девушку взглядом, я улыбнулся и пошел к Николаю. Тут полог белой юрты резко откинулся, и вышедшая оттуда женщина что-то сказала на своем языке. Тишина волнами охватила поляну.

– Все, отца нет больше на этой земле… Великое небо забрало его к себе… – Николай заметно побледнел.

– Как такое возможно, ведь он полчаса назад был только что живой, – я рванулся к юрте.

– Нельзя туда, – перехватил меня Николай, – никому нельзя, только носильщики пройдут.

Из юрты вышла вторая женщина и, держа в руках посох, протянула его Николаю.

Толпа, сгрудившаяся было возле юрты, расступилась, пропуская вперед шестерых человек в одинаковых лиловых костюмах. Чем-то они напоминали мне традиционную рабочую одежду китайцев.

Двое из этих носильщиков несли длинный короб, сплетенный из обыкновенной ивовой коры. Он был прикреплен к двум гладким палкам. Когда носильщики скрылись внутри юрты, все присутствующие торопливо стали выстраиваться, образуя живой коридор.