Сумасшедшее путешествие - Ксения Баштовая

Вот и я, плотно сжав губы и стараясь не смотреть на товар, пробивала себе путь через водовороты покупателей. Я понимала, что если я сделаю себе хоть одну поблажку, то век буду об этом горевать. Я уже жалела, что поддалась минутному искушению и решила пойти на базар. Уж лучше бы я плюнула на все и посидела, поболтала с тем стражником у ворот (тем более что у меня нет ни монетки на гостиницу).

Нет, ну разве можно располагать базар на таких узких улочках?! Вот в одном месте и получился затор, в который я, стремясь выбраться с рынка, и влетела на полной скорости. Пробираясь мимо полузадавленных покупателей, я нечаянно со всей силы врезала локтем в бок своему соседу справа. Тот прошипел себе под нос что–то явно неприличное и выдавил:

– А поаккуратнее нель… Эжени?!

Я, сдавленная со всех сторон (кажется даже сверху и снизу), повернула голову (это единственное, что я могла себе позволить в такой пробке), и…

– Луис?!

Мой старый знакомый схватил меня за руку и потащил меня за собой на буксире, довольно ловко пробивая себе путь между застрявшими гражданами и пользуясь при этом все теми же локтями. Похоже, то, что они о нем при этом говорили (граждане, не локти), было вампиру глубоко по барабану.

Вытащив, наконец, меня из толпы, вампир подвел меня к какому–то забору и поинтересовался:

– И что же ты здесь делаешь?

Я задумалась на несколько секунд, а затем честно призналась:

– Ищу тебя и Франсуа.

– Ну, и как? – его голос просто–таки сочился сарказмом.

– Да, ты знаешь, вполне успешно. Тебя, например, уже нашла!

Толпа обтекала нас, все куда–то спешили…

– Короче, шутки в стороны. Как ты здесь оказалась? – жестко спросил он.

– А… в чем дело? – испугалась я.

– Я же говорил тебе: не иди за мной, я сам найду Франсуа, здесь слишком опасно для тебя. Я понимаю, что три месяца – это очень долгий срок, но я и так едва–едва успева…

– Сколько–сколько ты сказал?! – это был очень сильный удар по моей психике. – Три месяца?!

В процессе разговора мы успели уйти с рынка и сейчас находились на тихой спокойной пустынной улочке. Вот только…. У моих ног была крышка канализационного люка. Но мало ли что может здесь быть после Робин Гада…

– Подожди, – всполошился Луис, – а разве в Торенте прошло меньше времени?

– Я попала сюда через час после тебя, а здесь торчу уже неделю.

– Отлично, – обрадовался вампир, – значит, когда мы вернемся в Фрейстер, там пройдет не больше суток!.. Я надеюсь… Ладно. Рассказывай, как ты сюда попала?

– Понимаешь….

Я не успела договорить: крышка люка поднялась, и из канализации выползли одна за другой четыре фигуры. Все как на подбор в облегающих костюмах, на поясах – оружие: у одного – посох, у другого – мечи, у третьего – нунчаки и у четвертого – кинжалы. Короче, перед нами стояли четыре ниндзя. Четыре чебурашки – ниндзя.

Я покосилась на Луиса. Нижняя челюсть вампира давно прошибла брусчатую мостовую и сейчас уже, наверное, находилась на другой стороне планеты.

Чебурашки тоже переглянулись и, доставая на ходу оружие, медленно начали приближаться к нам. Явно не затем, что бы поговорить о погоде…

Мы медленно отступали. Наконец я не выдержала и зашептала Луису:

– Господи, Луис, ты же вампир, сделай что–нибудь, съешь их, что ли!

– А вдруг отравлюсь? – зашипел мне в ответ мой спутник. – И вообще: неизвестно, сколько их еще оттуда вылезет.

Я вспомнила давно просмотренный мультфильм и честно ответила:

– Их всего четверо и пятый – учитель Сплинтер.

– А это кто такой?

– Крокодил Гена!!! – взорвалась я.

– Ну, раз ты уверена, что больше никто не придет .., – пожал плечами вампир…

Чебурашки–ниндзя, направляемые твердой рукой вампира, один за другим пропахали носом булыжную мостовую и, сопровождаемые сочувствующими взглядами невесть откуда набежавшей толпы, скрылись в канализации. Гробовое молчание сопровождало их отход…

Толпа рассосалась… А Луис отряхнул руки и громко, на всю пустую улицу, сказал:

– Идиоты! На вампира с голыми пятками кидаться.

* * *

Мы шли по улице города и Луис рассказывал мне, что он узнал об этом мире. Хотя, если честно, то это был даже не мир, а крошечный мирок: пять городов, тридцать две деревни, два внутренних моря и порядка десяти рек. Луис обследовал на предмет нахождения Франсуа почти все, скажем так, населенные пункты, Остался только этот.

А опасной эта реальность была потому, что здесь было слишком много странностей: за те три месяца, пока Луис был здесь, он уже успел пообщаться с Белоснежкой, прибившей козу и семерых козлят, мышкой – дверушкой, съевшей волка – ушами – щёлка, Чебуратором и ими подобными персонажами… В общем, как справедливо заметил Кольнэйк, это был просто какой–то сумасшедший мир.

В процессе общения с вампиром я заметила, что костяшки пальцев его правой руки вымазаны какой–то синей… краской, что ли.

– Луис, ты выпачкался, – показала я ему.

– О, черт! – вампир вытащил откуда–то белоснежный платок. – Поцарапался.

Он вытер синюю жидкость, а она появилась вновь… Он вновь ее вытер, и снова его пальцы окрасились голубым…

– Ч–что это?!

– Не видишь что ли? Кровь.

– А… почему она синяя?

– А какая она должна быть? – неподдельно удивился Луис.

– Э… красная.

Вампир рассмеялся, прижав платок к царапине.

– Господи! Эжени, кровь красная – только у людей! У вампиров она – голубая, у гоблинов – зеленая, у огров – желтая, у орков – черная. Перечислять можно до бесконечности! По–моему, только идиот этого не знает!

Я посмотрела на него и грустно призналась:

– И я.

* * *

Из–за всех волнений я жутко проголодалась и потому вампир отвел меня в местную забегаловку. Надо отдать должное: кормили там великолепно. Я рассказывала вампиру, севшему за стол напротив меня, как я сюда попала (не забывая, конечно, при этом есть), когда он перестал меня слушать, замер (даже перестал жевать) и уставился на что–то за моей спиной.

Я обернулась. Ничего особенного: какой–то парень, заросший до самых глаз как чеченец, что–то заказывал трактирщику, да несколько человек уже ужинало в дальнем углу. Я повернулась к Луису:

– В чем дело?

– Ты никого не узнаешь? – прошептал вампир.

– Конечно, нет, – я тоже перешла на заговорщицкий шепот. – Я же только первый день здесь!

– А ты присмотрись повнимательней.

Я еще раз оглянулась. Подозрительные личности в дальнем углу по прежнему продолжали шептаться, не забывая при этом жевать (но их лиц практически не было видно в наступившем полумраке, поэтому вряд ли Луис говорил о них), хозяин таверны убежал выполнять заказ вновь пришедшего клиента, а вот к клиенту–то и надо присмотреться повнимательней… Тот медленно оглядел зал, на несколько секунд задерживая взгляд на каждом из присутствующих, вскользь глянул на меня… Но мне этого было достаточно. Я уже узнала его. Конечно же это был Франсуа. Кто же еще! Слегка похудевший, давно не бритый, но все равно он.