Тринадцатый час - Ричард Дейч

Дэнс явно пытался завоевать симпатию Николаса общительностью, но тот не настолько глуп, чтобы на это купиться.

— После этого вы еще разговаривали?

— Нет, я весь день был занят, все время ушло на телефонные звонки и бумажную работу. К тому же я знал, что и у нее дел по горло.

— Она была адвокатом?

— Зачем спрашивать о том, что вам и без меня известно?

— Прошу прощения, привычка. — Детектив закрыл картонную папку и зловеще положил ее на стол рядом с «кольтом-миротворцем». — Она весь день была на работе?

— Не уверен, — неожиданно сказал Куинн.

— Вы не говорили по телефону?

— Она звонила несколько раз, но я не отвечал.

Дэнс молча посмотрел на Ника.

— Да, я знаю, это выглядит слишком по-детски, но, господи, почему мы вообще об этом говорим? Кто-то убил мою жену, черт побери, и это не я!

Голос эхом отдался в помещении, казалось зависнув в воздухе на несколько минут, прежде чем детектив сменил тему.

— Здесь говорится, — сказал он, постучав по папке, — что у вас есть лицензия на девятимиллиметровый «ЗИГ-Зауэр».

— Угу.

— Где он может быть?

— В моем сейфе, где и был последние полгода. Джулия ненавидит пистолеты.

— Значит, вы умеете стрелять?

— Вы же не станете покупать машину, если у вас нет прав?

— Вовсе ни к чему иронизировать.

— Вовсе ни к чему считать меня идиотом.

— Я пытаюсь помочь, — сказал Дэнс.

— Послушайте, если бы вы пытались мне помочь, вы бы сейчас искали настоящего убийцу.

— Что ж, вполне честно. Если это сделали не вы, вам придется отвечать на мои вопросы, если мы действительно хотим поймать того, кто это сделал.

— Так вы считаете, что это не я? — с надеждой спросил Ник.

— Все дело в том, — проговорил Дэнс, подвигая к себе бронзовый с золотом «кольт-миротворец», — что этот револьвер весь покрыт отпечатками пальцев.

— Но у меня никто еще не брал отпечатков, — в замешательстве сказал Ник, поднимая руки.

— Фактически мы их уже сняли — с вашего бумажника и мобильного телефона. Я сам это сделал. — Дэнс помолчал. — И они полностью совпадают. Так что вам придется подробно объяснить, каким образом ваши, и только ваши отпечатки оказались на револьвере.

Ник сидел, чувствуя, как у него кружится голова. Он никогда не видел этот револьвер и уж тем более никогда к нему не прикасался. Собственно, он и свой пистолет не брал в руки уже полгода, с тех пор как вместе с Маркусом Беннетом побывал на стрельбище у его приятеля. Он ненавидел оружие за ту невероятную власть, которую оно вкладывало в человеческую руку, власть над жизнью и смертью на кончике пальца любого, кто способен нажать на курок.

— Должен также добавить, — продолжал Дэнс, — что результатов баллистической экспертизы пока нет и, вероятно, не будет еще несколько дней, поскольку все работают на месте авиакатастрофы, но на ваших часах обнаружены остатки пороховых частиц, совпадающие с теми, что есть на пулях. Так что если ваша история основана на фактах — выкладывайте, а если решили что-то сочинить, то вам придется напрячь все ваши творческие способности.

Надежду Ника, которую, казалось, дал ему Дэнс, полностью уничтожило появление Шеннона. Он посмотрел на часы: без четырех минут десять.

Шеннон с силой ударил дубинкой по столу, заставив вздрогнуть не только Ника, но и Дэнса.

— Хладнокровное убийство, — сказал Шеннон. — Все просто. И тебе незачем что-либо нам рассказывать. В этой папке есть все, что нам требуется, чтобы быстро и легко доказать…

— Давай сделаем перерыв, — перебил Шеннона Дэнс, пытаясь его успокоить. Он откинулся назад на стуле, покачиваясь на двух ножках.

— Нет. Убита женщина! — крикнул Шеннон. — Какой еще перерыв? Меня не волнует, была она твоей женой или нет. Мне нужны ответы. Она трахалась с кем-нибудь еще и ты об этом узнал? Или ты трахался с кем-то еще и она об этом узнала?

Глаза Ника расширились от ярости.

— Угу, вижу, ты начинаешь злиться. Ну, давай же, — поддразнил его Шеннон. — Излей на меня всю свою злобу, так же как ты излил ее на жену. Весь этот лоск, итальянские костюмы, иностранные машины, домик в пригороде — все это лишь прикрытие для твоей черной души. Ты ничем не отличаешься от бомжа в переулке, который выпускает кишки шлюхе.

Ник изо всех сил пытался сдержаться, чувствуя, как напрягаются мышцы и начинает быстрее пульсировать кровь.

— Она трахалась с каким-то парнем, и ты ее убил.

Шеннон снова с грохотом опустил дубинку на стол.

На этот раз удар застиг Дэнса врасплох; потеряв равновесие, он начал падать назад вместе со стулом, судорожно пытаясь ухватиться за стол.

Слова Шеннона и оглушительный грохот его дубинки окончательно вывели Ника из себя. Жена была мертва, его обвиняли в ее убийстве, а этот детектив Шеннон оскорблял их достоинство.

Дэнс продолжал падать назад; его пиджак распахнулся, обнажив девятимиллиметровый пистолет в наплечной кобуре, из которой торчала рукоятка. Перешагнув черту, из-за которой уже не было возврата, Ник молниеносно выхватил оружие из кобуры Дэнса.

Щелкнув предохранителем, он положил палец на спусковой крючок «глока»; мышечная память не подвела, рефлекс сработал. То, что Ник ненавидел оружие, вовсе не означало, что он забыл, как им пользоваться. Обхватив левой рукой голову Дэнса, он приставил к ней ствол.

Дэнс в панике выбросил вверх руки в перчатках, отчаянно пытаясь ухватиться за предплечье Ника.

Ситуация вышла из-под контроля.

— Брось оружие! — заорал Шеннон, вытаскивая свой пистолет, падая на колено и направляя ствол прямо в голову Ника.

— Вы не понимаете, вы оба не понимаете, она жива! — словно безумец, закричал Ник, переводя взгляд с Шеннона на часы и обратно. — Моя жена жива!

Шеннон и Дэнс быстро переглянулись.

— Послушайте, — спокойно, несмотря на приставленный к его голове ствол, сказал Дэнс. — Положите пистолет. Я знаю, что вы сейчас чувствуете…

— Черт побери, — заорал Ник, — ты понятия не имеешь, что я сейчас чувствую!

— …чувство потери и все такое. Давайте выслушаем вашу историю. Если ее убил кто-то другой — давайте его поймаем. Все, что вы сейчас делаете, — прямая дорога в морг. За убийство жены нет смертной казни, но за убийство полицейского… это тяжкое преступление, вас казнят.

— Вы не понимаете, моя жена жива. Мне об этом сказали. Я должен выбраться отсюда.

Ник потащил Дэнса назад, к двустороннему зеркалу.

— Положи пистолет! — крикнул Николас Шеннону.

— И не подумаю! — отозвался тот в ответ.

Ник посмотрел на часы: без двух минут десять. Он взвел курок, и Дэнс вздрогнул, услышав щелчок.