История и социология современного Китая - Сергей Валентинович Виватенко

все общества, деятельность которых была бы направлена против иностранцев, предоставить право размещения иностранных войск в 12 пунктах недалеко от Пекина. Это стало ещё одним существенным ударом по суверенитету Китая и авторитету императорской власти в китайском обществе.

Возросшая экономическая активность Российской империи в направлении Дальнего Востока и Манчжурии, строительство Китайско-Восточной железной дороги (КВЖД), спровоцировали в 1904 г. русско-японскую войну. Китай объявил о своем нейтралитете. Однако японские и российские войска воевали на его территории, на полях Маньчжурии. Кроме очевидного политического, военные действия наносили дополнительный экономический ущерб Китаю. Итогом этой войны стал Портсмутский мирный договор (1905 г.), закрепившей территориальные и экономические уступки со стороны России Японии. И именно результаты этой войны во многом предопределили возможность и перспективы дальнейшей военно-политической и экономической экспансии Японии в Манчжурию и Китай (что станет одним из важнейших геополитических факторов, повлиявших в XX в. на социальную историю Китая). Следует также отметить, что именно эта война впервые пробудила в российском обществе, у простых россиян, большой интерес к Китаю, его обществу и культуре.

Рост социальной напряженности в китайском обществе подтолкнул правительство к реализации новых модернизационных реформ. Реформы 1904–1910 гг. получили название «новой политики». В 1905 г. в Пекине было создано специальное «Бюро по разработке конституционных мероприятий», которое в течение двух лет обсуждало разные проекты конституционных законов. В 1907 г. были изданы декреты о реорганизации государственного управления, судебной системы, системы образования. Во главе реформ стал бывший сторонник Кан Ювея известный военный деятель Юань Шикай (1859–1916), которого считали «отцом новой армии» (организатор Бэйянской армии, наиболее боеспособной (на фоне территориальных воинских формирований и ополченцев) части вооруженных сил империи, создававшейся с 1895 г. по образцу современных армий, с 1902 г. переименована в армию постоянной боевой готовности (常备军), впоследствии станет «кузницей кадров» для бэйянских (北洋军阀) и последующих группировок милитаристов). Одной из главных целей «новой политики» являлось активизация реформирования армии. К 1911 г., на основе уже имевшегося опыта организации современных частей, было сформировано 14 дивизий и 18 бригад общей численностью 174 тысячи человек. В итоге в Китае возникла современная профессиональная армия, обученная и оснащенная по германскому образцу. Однако, стремление империи противопоставить западному миру и Японии адекватную военную мощь сделало военных новой политической силой в китайском обществе, что во многом определит ход социальной истории Китая на несколько десятилетий вперед (сформировав основу для создания различных милитаристских группировок десятилетиями боровшихся за власть в Китае и его отдельных провинциях). Впрочем, вследствие чрезмерного усиления политического влияния Юань Шикая, императрица Цыси в 1907 г. лишила его поста главнокомандующего, и перевела на гражданскую должность. Однако генерал поддерживал неформальный контроль над «новой армией», и его политическое влияние лишь росло.

В конце 1908 г. умирает императрица Цыси. По одной из версий, перед смертью она приказала умертвить наследника престола Гуансюя. На китайском престоле оказался трехлетний племянник Гуансюя, последний император Китая Пу И (1906–1967). Регентом малолетнего императора стал его отец – великий князь Чунь. Новая захватившая власть в империи группировка продолжила осуществлять откровенно проманьчжурскую политику. Из правительства были удалены представители китайской (ханьской) бюрократии. А так как на проведение реформ были ориентированы именно они, то вопрос об их дальнейшей реализации был фактически закрыт. Имперское цинское правительство всё больше настраивало против себя провинциальную китайскую бюрократию и китайское общество. Нарастали центробежные тенденции.

В 1910 г. Китаю нанесен еще один удар: Япония захватила Корею. Корея всегда была в сфере интересов китайской имперской власти. Потеря Кореи стала очередным национальным позором для правящей манчжурской династии. Назрели радикальные политические преобразования: существующая верховная власть стремительно теряла контроль над социальной обстановкой, а китайское общество, все его слои и социальные группы, уже не желало жить в обветшавшей цинской империи. В империи, очевидно, назрела революционная ситуация. Следует обратить внимание на социально-экономические и политические предпосылки революции в Китае:

– нарастающая зависимость экономики Китая от дешевых иностранных товаров и технологий, вытеснявших традиционных ремесленников и кустарные производства с рынка и препятствующих индустриализации, отсутствие имперской политики поддержки китайских предпринимателей и создания ими промышленных предприятий;

– рост недовольства имперской манчжурской властью со стороны китайской буржуазии в связи с крайне высокими налогами и высоким уровнем коррупции;

– рост недовольства крестьян – основной массы населения Китая – необходимостью арендовать землю у помещиков на кабальных условиях: арендная плата могла составлять до 70 % урожая, к тому же при крайне низких закупочных ценах на аграрную продукцию и росте долговой зависимости многие крестьяне разорялись и превращались в безземельных, для которых не было достойной работы ни в деревне, ни в городе;

– как в провластных кругах (провинциальная ханьская бюрократия, военные), так и в среде китайской интеллигенции (получившей образование в зарубежных западных и японских университетах) еще в конце XIX – начале XX вв. появились различные неформальные оппозиционные политические группировки и общества, ориентированные как на свержение манчжурской династии, так и на антиколониальную борьбу и восстановление политического и экономического суверенитета Китая.

В начале XX в. также произошло идеологическое оформление оппозиционных течений в Китае. Как отмечают исследователи политической истории Китая, среди всех этих течений четко обозначились две основные идеологические тенденции, два проекта социально-политических преобразований. Хотя основная цель – национально-освободительная борьба, отстаивание суверенитета страны – прослеживается у представителей обеих тенденций.

Первое направление – национально-реформационное. Лидерами этого движения были Кан Ювэй и Юань Шикай. Они считали главной целью социально-политических преобразований – проведении буржуазных реформ и установлении конституционной монархии. Их идеи разделяли представители китайской бюрократии и высший командный состав армии.

Второе направление – национально-революционное. Лидером этого направления стал социал-демократ Сунь Ятсен (1866–1925), будущий первый (временный) президент Китайской республики (1912 г.) и «отец нации». Сторонники этого направления выступали за свержение маньчжурской монархии и установление республиканского режима правления.

В целом программа конституционно-реформистской оппозиции имперскому режиму была выработана Кан Ювэем ещё в ходе реализации модернизационной программы «Сто дней реформ». Цель реализации программы – модернизация китайского государства и общества по западной модели: проведение постепенных и умеренных реформ в целях создания политически независимого и экономически высокоразвитого Китая. Кан Ювэй и его сторонники были против радикальных революционных преобразований из (небезосновательного) опасения распада страны на отдельные и слабые части (провинции). Исходя из этих опасений и учета исторического опыта других стран, переживших политические потрясения, реформаторы-конституционалисты ориентировались лишь на требования установления конституционной монархии.

Важно, однако, что проведение реформ планировалось исключительно с опорой на собственные силы, без помощи извне. При этом реформаторы считали антиманьчжурские лозунги уже неактуальными, поскольку маньчжуры и китайцы давно слились в один народ. К 1906 г. произошло организационное оформление реформистского движения – были созданы различные конституционные общества, активно издавалась либеральная пресса, например, журналы «Чжэнь лунь» («Политический