Несмотря на достигнутые успехи - Александр Конторович

— Можно выходить, Михаил Петрович. С улиц убрали патрули корпуса. Осталась лишь обычная ППС, но нам она не опасна. У них своей работы — выше крыши.

— И куда же мы пойдём? Батю увидеть можно?

— Увы… Официально он сейчас на излечении в военном госпитале. У него сильнейший стресс, после всего произошедшего, и обострившаяся язва желудка.

— А не опасно так-то?

— Госпиталь — военная часть. В связи с обострившейся криминогенной обстановкой, его охрана значительно усилена — до роты пехоты. Палату генерала охраняют круглосуточно. Сунулись было местные опера и следаки — им вежливо намекнули на несвоевременность такого визита. Разумеется — по медицинским показаниям. Генерал очень ослаб и ему необходим покой. А по видеосвязи Шамов пообщался с ними лично. Заверил в своей готовности дать показания по этому делу и сообщил, что очень хорошо запомнил содержимое некоторых разговоров. Его-то там никто особо не стеснялся… Не думаю, что он этим кого-то сильно обрадовал. Наверняка, скоротечный склероз или ещё какая-нибудь подобная хворь устроили бы многих важных людей гораздо больше. Но, увы… облом-с! — ехидно подмигивает Вадим.

К месту назначения мы добрались, действительно, спокойно и без помех. И вот теперь я сижу на старом диване, который должно быть, помнит ещё Брежнева, а то и самого кукурузника.

— Ну, что, Михаил Петрович, будем знакомы? Валерий Викторович Плюснин — начальник оперативного управления ФСБ по данному городу и его окрестностям. Подполковник.

— Олег Николаевич Фетисов, — берёт слово второй собеседник, — Военная контрразведка. Подполковник.

— Как я понимаю, мне представляться уже не нужно? Мое имя-отчество вам известно, — вежливо отвечаю я. — Равно, как и звание.

Собеседники улыбаются.

— Вы у нас, выражаясь современным языком, персона раскрученная — трудно не узнать. Хотя, не могу не отдать должное вашей способности к перевоплощению! — говорит эфэсбешник. — И не перестаю удивляться! Ведь вы же знали, что это может быть подставой! И всё равно — полезли! Зачем?

— У меня был иной выход?

— Он прав, Викторович, — вступает в разговор контрразведчик. — Они с Шамовым вместе воевали… такое не забывается. И доводы разума не всегда тут воспринимаются однозначно. Да и как ни поверни, а генерал-то ушёл! Без нашей помощи, хочу тебе заметить!

Плюснин поджимает губы.

— Кстати, товарищи, может быть, вы разъясните мне — кто стрелял по помогальникам? — спрашиваю я обоих подполковников.

— Наши группы, — откликается Фетисов. — Мы приготовили их заранее и выставили на подходах к точкам возможных боестолкновений.

— Это сколько же их было?! — изумленно смотрю на него.

— Три. Три группы по двенадцать человек.

Ага, четыре тройки. Знакомый почерк.

— Валерий Викторович, а точнее, его спецы, ухитрились оснастить все автозаки полиции и УИН спутниковыми маячками. И мы знали — где и в какое время находится любая машина. Да и заявок на такой транспорт было подано всего три. Вот мы и следовали за ними издали. Так что успели в нужное место быстро. А вот про засаду корпуса у конспиративной квартиры, увы, никто из нас не знал… — разводит руками контрразведчик.

Ага, если я всё правильно понимаю, так у них тут полное взаимопонимание и дружеская поддержка. Неплохо! Ну, тут уже и мы могем их кое-чем удивить!

— Таким образом, Олег Николаевич, у вас тут, выражаясь современным языком, имеется устойчивое сообщество? С точки зрения властей — преступное. Так? И располагающее нехилыми возможностями?

— Так! — соглашается эфэсбешник.

— Ага! Ручка у вас есть? И бумага?

Он протягивает мне блокнот и авторучку.

— Вот телефон, — быстро записываю я номер. — Позвоните по нему. Между восемнадцатью и двадцатью часами. Позовите Михаила Владимировича. Скажите — «должок бы вернуть…» Он ответит — «не помню такого». Договоритесь с ним о встрече. Мол, там все и объясню. Вот с ним дальше и контактируйте…

Плюснин торжествующе смотрит на контрразведчика.

— С тебя стакан! Кто был прав?! — он поворачивается ко мне. — Не удивляйтесь, Михаил Петрович, это наш старый спор. Я всегда был уверен в том, что вы — это острие копья. Ведь за вами стоят ещё люди? И их немало?

— Ясен пень! Что ж вы думали — я один со всей системой бодаюсь? Эдакий современный Дон Кихот?

Мы все вместе улыбаемся. Уф! Упал с души кирпич — нашего полку прибыло!

Смех-смехом, а вот дальнейшего развития событий я и представить себе не мог!

Началось с того, что, после телефонного разговора, на оговоренную встречу мы двинулись вдвоем с Плюсниным. Что уж он там такого наговорил Петряеву, бог весть, но тот потребовал и моего личного присутствия. Более того, в приватном разговоре он намекнул мне, что эфэсбешника надо доставить целым — и любой ценой! Правда, тот тоже оказался не размазнёй, и в дороге нас сопровождали шестеро бойцов его личной группы. В принципе, при такой охране можно было бы и поспать, но… нервозность моего старого друга (и нынешнего командира) передалась и мне. Подремать не вышло.

Поэтому, в условленное место я приехал злым и невыспавшимся. Да и Плюснин всю дорогу нервничал, видать, что-то его взволновало всерьёз.

После краткого обмена любезностями, мы все уселись за стол. Все — это мы двое, Петряев, Толя Григорьев и ещё двое незнакомых мужиков. Устроились, хлебнули чаю и слово взял Плюснин. Поставив на стол свой ноутбук, он откинул крышку и что-то набрал на клавиатуре.

— Без вступления здесь не обойтись, поэтому заранее прошу прощения за многословность.

Ребята кивают. Всё серьёзны, словно знают что-то такое, о чем я даже не догадываюсь.

Ободрённый их реакцией, эфэсбешник продолжает.

— Как известно, следствием разоблачений некоторых действий вспомогательного корпуса, стал вывод его частей из ряда стран Индокитая и Центральной Азии. Полагаю, все успели заметить, насколько быстро и организованно развернулась кампания по изгнанию этих частей и дискредитации корпуса в целом?

Снова утверждающие кивки.

Оратор щелкает кнопкой мыши, и на экране появляется карта.

— Вот схема расположения частей корпуса, по состоянию полгода назад. Синие линии — дороги, которые они контролировали. Точки — места дислокации частей.

Мы внимательно рассматриваем тонкие синие линии и точки. Они пересекают всю страну, доходя до бывшей границы СССР.

— Да, части корпуса стояли и в бывших советских республиках, — заметив вопросительные взгляды собеседников, говорит мой спутник. — Не обращая никакого внимания на линии границ. Всё ясно?

— Ну, данную карту мы видели, — приподнимается один из незнакомых мужиков. — И что? У вас — более точная. Это все её преимущества?

— Нет, — улыбается Плюснин. — Не все.

Новый щелчок — на экране возникают новые точки и полоски. Уже зеленые.

— Это места размещения «десантников»…

Собравшиеся в комнате люди, молча смотрят на экран. Совпадение — почти полное.

— Хм…ну и что здесь необычного? Вполне естественно, что «десантники» направлялись в те места, где могли бы рассчитывать на поддержку корпуса. Не слишком-то их там привечало местное население, несмотря на все указы президента, — снова говорит тот самый мужик.

— Разумеется, — соглашается эфэсбешник. — Так, собственно говоря, всё и задумано и внешне выглядит абсолютно естественно. А вот здесь — места базирования корпуса уже за границами СССР.

Новый щелчок — линии на экране продолжаются… и упираются в границы…

— Опа… — Петряев удивлённо разглядывает картинку. — Надо же…

— И ещё, — новый щелчок мышью, — Вот тут мы видим основные маршруты транспортировки наркотиков из известных мест.

На экране появились желтые линии, пролегавшие практически поверх синих.

— Вот так…

— Однако! — Чешет Олег в затылке. — Это что же такое выходит — корпус занимается наркотой?

— Не думаю, — качает головой Плюснин. — Скорее всего, их играют втемную. Корпус прикрывает дороги и транспортные коммуникации, по которым идет груз наркотиков. С соответствующими документами, естественно. Какое-то количество высших офицеров, возможно, и задействовано в данной операции, но не все — это было бы неразумно. Судите сами, после того, как НАТО оккупировало Афганистан, урожай опийного мака вырос там более чем в пятьдесят раз! Раньше этому мешали талибы, за что и получили по чавке. После того, как оккупационные войска подготовили там местные части, которые и должны были, наряду со всем прочим, обеспечивать безопасность плантаций, натовцы официально оттуда ушли. Оставив на границе части корпуса, с баз которых шло снабжение местных войск техникой и вооружением. Неофициально, разумеется. Что, естественно, очень сильно не нравилось Китаю. Но открыто выступить против китайцы по каким-то причинам, не могли. Зато подвернувшейся возможностью воспользовались молниеносно!