Король мертвецов - Владимир Александрович Сухинин

Простолюдин хватает и арестовывает дворян. Часть войск на севере уже не подчиняется наместнику.

«Надо что-то решать», – подумал он и, еще немного постояв в задумчивости, отдал распоряжение: – Позови отца Мерфея и риньера Гольца!

– Ваше сиятельство, – поклонился секретарь, терпеливо ждущий у дверей кабинета. – Оба ждут в вашей приемной.

– Пусть пройдут.

Секретарь вышел, и через неприкрытую дверь в кабинет прошли двое мужчин. Щеголевато одетый по столичной моде подтянутый красавец лет тридцати и полный, в красной мантии инквизитора служитель церкви с капризными, пухлыми губами. За ними закрылась дверь.

Канган медленно обернулся и рукой показал на стулья.

– Присаживайтесь, господа. – вяло произнес он и прошел к своему столу. Сел в кресло и, сцепив руки, уставился на них. Некоторое время изучал вены на поверхности ладоней, но затем, сделав глубокий вдох, выдохнул, поднял голову и мрачно спросил:

– Риньер Гольц, как так получилось, что один из полков перестал мне подчиняться? И что вы сделали, чтобы решить возникшую проблему?

– Ваше сиятельство, все было под контролем. Сыщик из столицы, который шел по следам, был убит, и казалось, что расследование прекратится само собой. Но тут появился некий молодой и решительный простолюдин и как-то смог заставить полковника Румбера и жандармерию его слушаться. Чтобы купить лояльность полковника и вытащить из тюрьмы свидетеля, к нему в Хволь отправился риньер Остман… но – риньер развел в стороны руки, – тот вернулся ни с чем… а после и вовсе оказался в тюрьме…

– Это и понятно, – невесело усмехнулся канган, – полковник с риньеров, владетелей замков, получит гораздо больше, чем вы ему предлагали. Я бы так же поступил на его месте. Почему вы не догадались перекупить помощника Свирта? Он простолюдин, но очень эффективный молодой человек. Так быстро перевернуть провинцию Хволь, мог только очень неординарный человек. Решительный и, несомненно, умный. Такой нам бы очень пригодился, и в будущем место королевского прокурора ему бы подошло. Вот его преданность можно было перекупить, и это нам ничего бы не стоило…

– Эээ… Ваше сиятельство, дело в том, что мы действительно не приняли его в расчет. Он был, как бы это правильно выразиться, темной лошадкой, за ним никто не стоял, а полковник, как человек несомненно смышленый и как человек нашего круга, мог прислушаться к нашим доводам…

– Он и оказался человеком, несомненно, умным, – перебил его наместник. – И он правильно посчитал, что за наши с вами головы король даст ему гораздо больше. А вот этот молодой сыщик не имел таких перспектив. Его, по сути, ждет в лучшем случае забвение, а в худшем – от него после нашей казни постараются избавиться. А с нами у него были бы блестящие перспективы. Как же с вами бывает трудно работать, господа. Все нужно разжевать и положить в рот… – Наместник помолчал, унял подступившее раздражение, успокоился и продолжил. – Нам надо срочно что-то решать. Перекупать обоих уже поздно Остман схвачен жандармами, и я уверен, что в руках этих костоломов он дает против меня показания. Какие у вас будут предложения, господа?

Инквизитор сидел с полуприкрытыми глазами, слушал наместника и, когда тот задал вопрос, встрепенулся.

– Румбера надо убирать из полка. Я это сделаю через Орден. Что бы отвести от вас, Ваше сиятельство, подозрения, нужно все свалить на Остмана. Мол, это он и его друзья организовали маленький заговор. Пусть кто-то из риньеров на него напишет вам донос…

Наместник и риньéр от слов инквизитора поморщились. Но служитель церкви не смутился. Он решительно продолжил.

– Вы тот донос отправите ландстарху Гиндстару ла Коше с приказом разобраться и навести порядок. Пусть его отвезет риньер Гольц и намекнет ландстарху, как правильно нужно разбираться. Ла Коше не потерпит своеволия жандармов у себя в провинции и в своем городе. Он приструнит жандармов. А после того, как полковник убудет к новому месту службы, мы постараемся с помощью матери-церкви, чтобы на его место был назначен нужный нам человек. Он примет дела, арестует сыщика, и тот… Хм… затеряется где-нибудь по дороге в столицу… Время у нас есть. Еще нужно расставить по дороге на юг и восток засады, на случай если сыщик попробует с документами отправиться в столицу или к ландстарху ла Коше. По дороге его легко поймать и принудить отдать ордер. Нужны соглядатаи у замка, где они остановились, и курьеры, чтобы передавать сообщения…

Орангон де Ро думал недолго. Он кивнул:

– Ваш план, отец Мерфей, принимается. Риньер Гольц, вы всё услышали?

Риньер недовольно кивнул. Ему совсем не нравилась миссия ехать к ла Коше, у которого убили сына и погибла жена. Он слыл жестоким и очень мстительным человеком, и как он отреагирует на его приезд, Гольц не знал, но и ослушаться наместника побоялся. Тем более, что план инквизитора был хорош. Остман уже был списан, и любые его заявления будут нивелироваться контрмерами наместника, а тех, кто напишет доносы, он найдет…

Свад, проиграв в очередной раз Илю в карты, возмущенно пыхтел и перебирал в памяти, когда тот его сумел надуть. А что тот его надул, он не сомневался.

«Да как же так? – расстраиваясь, думал гремлун. – Я же все битые карты запомнил, откуда он взял бубнового туза? – Свад перебрал в третий раз карты и не нашел в колоде второго бубнового туза. – Я же помню, что он им отбивался вначале, и битые карты лежали рядом со мной! Что ж такое-то?»

– Хватит карты мять, Свад, – крикнул из костра Иль. – Отправляйся к Арингилу. Сейчас его бить будут…

Гремлун, недовольно посопев, исчез с бревна. Он появился перед ангелом, который сидел и, грызя травинку, наблюдал картину внизу, где проходил сход племени оруханов.

– Один? – спросил его Свад и уселся рядом.

Арингил поглядел на гремлуна.

– Один, – кивнул он. – А ты чего сюда пришел? Это же не твое измерение.

– Иль послал, тебе помочь. Говорит, тебя придут бить тифлинги.

– Тифлинги? Это какие тифлинги? Тифлинги Дракона или дикие? – уточнил Арингил.

Свад пожал плечами.

– Не помню, Арингил, Иль что-то про это говорил, но я не запомнил. Встретим – узнаем…

– Узнаем, – невесело усмехнулся ангел. – Ты-то чем можешь помочь, если тифлинги Иля не придут?

– Я буду прикрывать тебе спину, Арингил…Так хочет Иль…

– Иль много чего хочет. Только я не понимаю, почему ты его слушаешь, ты же не отсюда…

– Я ему в карты проиграл… Представляешь, я никак не могу понять, где он меня дурит. Вот знаю, что дурит, а поймать за руку не могу.

Арингил посмотрел на коротышку.

– Хороший ты товарищ, Сунь Вач Джин. Артему верный друг. Но наивный, как ребенок, не понимаешь простой истины. Иль просто, используя магию, меняет карты на те, которые ему нужны. А потом возвращает их вид обратно. Так ты его никогда не поймаешь. Лучше не играй с ним в карты.

– Да я