Неправильный попаданец 3 - Катэр Вэй

Следующие тела были целые. Значит, время мясника настало. Инструменты я нашёл довольно быстро. Жаль, профессионально вскрывать я не умею. Но мне это и не важно. Люди всё равно мертвы, а кто и как их вскрыл, никто из родственников не узнает.

Первое тело, до которого добрались мои ручонки, оказалось женским. Возможно, даже красивым — если бы не бледная синюшность. От чего умерла такая юная девушка, я не знал — от медицины далёк. Взглянув на её лицо, я мысленно извинился и принялся кромсать бедолагу.

Разделал я её на британский флаг. Раскурочил до неузнаваемости, но искомого не обнаружил. Не поленился даже горло вскрыть. Когда уже собрался перейти к следующему телу, вернулся, пилой срезал полчерепа. Звуки стояли ужасающие — скрежет металла, хруст костей. Но чего не сделаешь ради восстановления былого величия? В голове было пусто. Нет, она не пустоголовая бабища — мы не знакомы. Просто в голове тоже не было бусинки.

Я перешёл к следующему телу. Мужчина, тоже синюшный, как бройлерные куры в «Шестёрке». На вид лет пятьдесят. Спортивный, подтянутый — даже кубики пресса после смерти сохранились. Стоило мне сделать надрез в области кадыка, как меня ослепил яркий блеск. В полумраке морга он для меня сиял, как свет в конце тоннеля.

Я боялся дышать и моргать, чтобы не спугнуть удачу. Аккуратно, дрожащими пальцами раздвинул края раны и второй рукой извлёк бусину. Она была самой крошечной, которую я видел за время своих скитаний. Но она была — и это прекрасно.

«Хотя непонятно: если бусины в нас, в людях присутствуют, почему их никто не находит? Или от нас всё скрывают? Этакая подпольная правительственная организация… Стал патологоанатомом — и тебе сразу спецслужбы приходят, подписываешь бумаги и сдаёшь бусины правительству?» — мысли метались в голове. Надо будет позже потрясти за грудки местных служителей морга.

Бусинка переливалась белым с едва видимыми голубыми мазками. Размер её не превышал спичечную головку. Выбора, как всегда, у меня не было. Не думая ни о чём, я закинул её себе в рот — такую, как есть, немного в крови атлетического мужика.

Первые пару секунд я думал, что всё — приплыли. Магия не усваивается. Но нет. Всё получилось. Коробило меня не сильно. Судя по ощущениям, бусина содержала в себе не более одной капли силы. Но мой резерв был вполовину меньше — так что искры из глаз сыпались.

«Это в том мире и в том теле я мог растягивать свой резервуар в три раза. А здесь это вам не тут. А тут это вам не там».

Но я-то мальчик грамотный. Всё, что заходило в резервуар, я сразу раскидывал в тело. «Японский городовой!» — вот теперь пришла она, боль. Причём я такой давненько не испытывал. Когда поженил белую и зелёную силу в «общаге», было нечто схожее. Тогда болела голова и часть души, сейчас же начало ломить тело.

Причём болели не просто кости и мышцы — болели внутренние органы. Я чувствовал, как срок моей жизни удлиняется. Но какой ценой… Хотя плевать на цену — главное жить.

Прокорчился на полу я минут пятнадцать. Боль уходила медленно. Дольше всего болело сердце и, сцука, мозг. Не голова — именно мозг и сосуды в нём. Аневризмы, узелки из сосудов, закупоренные протоки — всё приходило в норму.

Встал я, на удивление, довольно легко — насколько может легко подняться крайне упитанный человек. Тело ещё помнило тяжесть недавних испытаний, но уже откликалось на волю куда послушнее. Зато шум в ушах и пляшущие перед глазами пятна исчезли без следа. Сердечко билось ровно, размеренно, а самое главное — внутри я чувствовал магию. Да, её было жалкая крупица, едва ли пол-единички, но она была! Сильно на неё не разгуляешься, конечно, но удивить кого-то — вполне.

Последний труп я вскрывал уже без дрожи в руках и ногах. Скальпель легко скользнул по коже, вскрывая глотку старому дедушке… но там оказалось пусто. Я методично осмотрел остальное тело — безрезультатно. Мозг тоже чист.

Обидно, однако… А я уже настроился на пополнение запасов.

Я быстренько пробежался по ящичкам в стене. Почти все пустые. Редкие тела, что там нашлись, уже были вскрыты — даже осматривать не стал.

— Собственно, здесь мы закончили, — проговорил я вслух, оглядывая помещение. — Спасибо всем, кто принимал в этом участие! Я пойду. Счастливо оставаться.

Насвистывая незатейливую мелодию, я вышел из морга в коридор первого этажа и задумался: а надо ли мне возвращаться в палату? Вряд ли. Посетить другие морги города — вот это да! К тому же это был морг корпуса — тут мало «людешек». Нужен главный больничный морг, куда свозят все трупики из всех отделений. Вот где можно поживиться!

— Хе-хе, я прям как маньяк какой-то, — прошептал я, продвигаясь по коридорам к центральному выходу.

Но выйти, как оказалось, не судьба. Злая толстая тётя, дежурившая на проходной, накинулась на меня с упрёками: ночью выходить нельзя! Мои чары убеждения разбились о несокрушимый «синдром вахтёра». Так что я поплелся вглубь коридора.

Но я-то знаю: в больнице дверей — хоть жопой жуй. И всегда есть незапертые. За покупками-то бегать надо! И персонал пациентам часто шепчут, где и как можно выскользнуть из больнички до магазина. Естественно, не за красивые глазки делились тайной открытых дверей — а за шоколадки.

Однако далеко я не ушёл. Лето, окна открыты. Первый этаж. Корпус свежий, не высоко — метр максимум. Для надёжности я свесился, лёжа на подоконнике, и медленно сполз до самой земли. Прыгать такой тушей с высоты в метр мне было страшно — вдруг что-то хрустнет?

— Свобода попугаям! — прошептал я и зашагал по тропинке вокруг здания.

Освещение на дорожках имелось, хоть и редкое, но мне хватало. Вернувшись к парадному входу в «мой» корпус, я отыскал табличку с огромной картой и обозначениями. Там доступно, популярно и наглядно было изображено и подписано, где какое здание. Найдя на карте морг и сориентировавшись по направлению, я бодро засеменил пышными ляжками.

Территория оказалась очень большой — до искомого объекта я добрался лишь спустя примерно двадцать минут. Отдышка начала возвращаться, в боку закололо. Опять захотелось жрать — причём именно сладкого. «Ненасытная туша…».

Первым препятствием оказалась запертая дверь. А вторым — дежурный санитар, который открыл мне после моих настойчивых потуг войти. Он сонным, заспанным взглядом осмотрел меня и поинтересовался:

— Вы кто? Чего надо?

— Брат