Фюрер как полководец - Николай Баженов

Отношения между Гитлером и офицерами ОКХ после поражения под Москвой только обострялись. Демонстрируя свое недовольство, фюрер нередко разговаривал с ними в оскорбительном тоне, обвинял в отсутствии стойкости и желании легко отдавать врагу захваченные территории. Он часто говорил фразы типа этой: «Вы не только завзятые трусы, но еще и закоренелые лгуны! Школа Генштаба приучает лгать и обманывать! Вы предоставляете мне неверные данные». В своем окружении он так отзывался об офицерах Генштаба: «Я всегда оказываюсь прав! А эти идиоты из Генштаба никак не хотят мне поверить!» Гитлер считал, что штабные офицеры сознательно искажали картину положения дел на фронте, показывая положение войск на передовой хуже, чем оно было на самом деле, чтобы заставить его начать отступление. Он даже запретил повышать в чинах некоторых заслуженных офицеров[1].

Связующим звеном между фюрером и ОКХ нередко выступал шеф-адъютант Шмундт. При этом он безуспешно пытался убедить офицеров в «величии фюрера» и подчинить их ему «духовно». Гальдер, к примеру, в ответ на это заявил: «Никто не вправе требовать доверия, не оказывая его людям со своей стороны».

В последние годы войны фюрер в основном требовал удерживать те или иные территории, в то время как ОКХ считало главной задачей уничтожение советских войск. Собственно, Гитлер тоже считал так, только ему казалось, что упорная оборона заставит противника истечь кровью, в то время как генералы полагали, что этого можно достичь лишь маневренными действиями. В январе 1945 г. Гитлер приказал арестовать трех офицеров оперативного управления ОКХ, виновных, по его мнению, в отдаче несанкционированного приказа об оставлении Варшавы. Несмотря на заявление Гудериана о том, что за произошедшее один он несет ответственность, Гитлер стоял на своем. Он заявил: «Я хочу покарать не вас, а Генштаб. Я терпеть не могу, когда группа интеллигентов осмеливается внушать свои взгляды своим начальникам. Это является системой в работе Генштаба, и я хочу покончить с ней!»

После этого события фюрер решил провести небывалую чистку Генштаба. Как писал американский военный историк Чарльз Аллен: «Он на деле показывал, что значит для руководителя Генштаба воспитывать армию в нацистском духе. Малейшего намека на ненадежность или нерешительность тех или иных генштабистов было достаточно для снятия с должности и позорной отставки». Гитлера не остановило даже заявление Гудериана о том, что эти аресты и репрессии могут парализовать работу отделов Главного командования.

Начальники Генштаба

В сентябре 1938 г. начальником Генерального штаба сухопутных войск был назначен генерал Франц Гальдер. Внешне этот человек напоминал не то школьного учителя, не то мелкого служащего, а по сути, был эрудированным человеком с высоким интеллектом. От природы он был прирожденным стратегом, и именно Гальдер разработал планы большинства успешных операций, проведенных Вермахтом в первые годы войны. Он работал в тесном взаимодействии с командующим сухопутными войсками генералом Браухичем, но ведущим все-таки был именно Гальдер. В высших военных кругах Третьего рейха говорили по этому поводу: «Что Гальдер придумал, то Браухич доложил Гитлеру».

Гальдер, без сомнения, был трудоголиком. Причем чем дальше шла война, тем больший объем работы он на себя взваливал. Так, в 1942 г. он спал всего три-четыре часа в сутки, а раз в неделю вообще работал всю ночь не смыкая глаз. Днем в Генштабе получали все сведения от войск с фронта, после чего проводились совещания с начальниками всех 14 отделов ОКХ. Помимо этого Гальдеру нужно было несколько часов в день поработать самому, что можно было сделать только около полуночи. К этому следует прибавить телефонные переговоры с различными инстанциями, которые также занимали много времени.

Нередко военные историки, используя записи в дневнике Гальдера, подчеркивают разногласия между ним и Гитлером и пытаются утверждать, что между ними никогда не было никакого согласия. Однако не следует забывать, что планы ведения боевых действий, в том числе и на Восточном фронте, были все-таки совместными решениями ОКВ и ОКХ и в общих вопросах ведения войны Гитлер и Гальдер до определенного момента были абсолютно солидарны. Отношения начали обостряться с конца лета 1941 г. Гальдера раздражала постоянная опека фюрера, а последнего – критика его указаний, которую Гитлер рассматривал как нежелание «реакционного генералитета» содействовать грядущей победе.

23 июля Гальдер писал в дневнике: «Всегда наблюдавшаяся недооценка возможностей противника принимает постепенно гротескные формы и становится опасной… О серьезной работе теперь не может быть и речи». Разногласия, как правило, усиливались, когда военная кампания начинала идти не так, как было запланировано.

Гитлер и генерал-оберст Франц Гальдер

22 августа Гальдер записал в дневнике: «Я считаю, что положение ОКХ стало нетерпимым из-за нападок и вмешательства фюрера. Никто другой не может нести ответственность за противоречивые приказы фюрера, кроме него самого». В качестве протеста начальник Генштаба даже предложил Браухичу, с коим Гитлер обращался крайне грубо, коллективно подать в отставку.

По словам Гальдера, у него с фюрером «были каждодневные споры все лето» 1942 г., а окончательно они разругались по поводу решения Гитлера наступать в двух расходящихся направлениях – на Кавказ и на Сталинград. И до этого он неоднократно пытался предостерегать шефа от опасностей замахиваться на слишком далекие цели. В разговоре с фюрером он как-то сказал по этому поводу: «Наша беда в том, что мы выигрываем все сражения, кроме самого последнего». После того как Гальдер предположил, что русские смогут призвать в армию по миллиону человек в 1942 г. и 1943 г., Гитлер обозвал его идиотом и заявил, что «русские уже практически истреблены». А после рассказа Гальдера о больших возможностях советской танковой промышленности фюрер вообще якобы грозил начальнику Генштаба кулаком, что, впрочем, выглядит уже как явное преувеличение.

В августе 1942 г. конфликт между Гитлером и Гальдером достиг апогея. Первый постоянно намекал на отсутствие у оппонента реального боевого опыта, второй – на разницу мировоззрений у профессионала и любителя. Сам фюрер потом сказал, что скандалы с офицерами ОКХ «отняли у него полжизни». Кроме того, его раздражали хитроумные попытки подчиненного вернуть командованию сухопутных войск былую независимость. 18 сентября Гитлер сообщил Кейтелю, что с трудом выносит унылые доклады Гальдера и не считает его способным командовать даже дивизией. Через неделю после очередного дневного доклада обстановки фюрер объявил ему об увольнении.