Инстинкт Убийцы. Книга 1 - Элеонора Бостан

Около здания, не смотря на ранний час, уже стояли два охранника, вооруженные автоматами и в бронежилетах. Ждут хозяина, подумала она, проезжая мимо них на своей безобидной «семерке», полные олухи, хотя с виду такие серьезные и грозные парни; с такими она всегда справлялась без труда. Но это ведь только вершина айсберга, у директора банка были еще и своя личная охрана, Фатима уже ее видела и успела изучить, и эти парни вовсе не казались ей детишками, играющими в мужчин.

За неделю, проведенную в Ростове, она уже успела побывать в банке, чтобы понять, что сделать все внутри не получится, успела проследить за пухленьким банкиром и выяснить, где он живет, но и тут ее ждало разочарование – трусливый сукин сын хорошо укрепил свое гнездышко. Конечно, будь у нее побольше времени, она бы нашла лазейку и перерезала ему горло в его же собственной постели, но времени как раз у нее и не было. Кое-кто знал, что она может появиться в Ростове, а она не привыкла к вниманию, тем более со стороны спецслужб. Поэтому она собиралась сделать все быстро и тихо и улизнуть до того, как люди в погонах поймут, что она здесь побывала.

Итак, убить этого слишком хитрого толстячка можно было только на улице – в машине или прямо у входа в банк – или в одном из ресторанов, где он всегда ужинал один или с женой. Неделю Фатима была его тенью, о которой он даже не подозревал, и теперь хорошо знала его маршруты и распорядок дня. Она не знала, чем он так насолил ее клиентам, и не хотела знать – это было еще одним ее правилом, она только исполняет волю тех, кто ей платит, а остальное ее совершенно не касается. Она лишь требовала положенный минимум: имя, фотографию, любимые места, адрес работы и дома, примерный распорядок дня, возможные слабости и привычки – в общем, любая личная информация, которую мог сообщить заказчик. А остальное она делала сама, осматривала местность и разрабатывала план ликвидации объекта, оценивала его охрану и еще много чего.

Ее сегодняшнее задание – успешный банкир по кличке Колобок, был светловолосым, уже лысеющим 35-летним толстяком, больше похожим на ожившего детского пупса, чем на реального человека. Однако за смешной и наивной внешностью скрывался большой ум и кассовый аппарат вместо сердца, что и позволило молодому Колобку пробиться так высоко и стать генеральным директором такого солидного банка.

Недолго тебе осталось править своим королевством, король Пупс, подумала Фатима, сворачивая с площади на широкую улицу Победы, где располагалась деловая часть города. От этой широкой и длинной улица в разные стороны разбегались улочки поменьше, красивые здания которых вмещали в себя всевозможные офисы и фирмы, торговые центры и ночные клубы, так что в этой части города жизнь всегда кипела и била ключом, а на прохожих совершенно не обращали внимания. Это и нужно было Фатиме.

Остановив машину возле огромного торгового центра, она еще раз оглядела себя в зеркало и, вытащив из «бардачка» все необходимые атрибуты «блондинки на каблучках» – сама она в жизни не таскала за собой столько хлама в виде помад, пудрениц, карандашей и расчесок – затолкала их в сумочку и вышла на улицу. Поставив машину на сигнализацию, блондинка манерно открыла сумочку и бросила в нее брелок, удивляясь про себя большому количеству транспорта на стоянке – было всего 7 утра. Торговый центр работал круглосуточно, и, проходя мимо, Фатима подумала: неужели и ночью кто-то что-то покупает? Да, ответила она сама на свой вопрос, люди в больших городах одержимы манией покупать, они ходят на ненавистную работу только для того, чтобы было за что покупать все эти ненужные в большинстве своем, но такие утешающие вещи. Вещи, которые скажут миру за тебя, что ты существуешь, что ты чего-то стоишь.

Стуча каблучками, она ступила на тротуар и тут же затерялась в людском потоке. Не смотря на холодное утро, в городе было заметно теплее, только ветер, теряясь в лабиринтах высоких зданий, то и дело вырывался из проулков ледяным свистящим вихрем. Кутаясь в меховой воротник дубленки, Фатима медленно шла вперед к площади, радуясь тому, что на ней этот дурацкий парик – он хотя бы грел, а вот многие люди мерзли, когда ветер раздувал их волосы и резал глаза, почему-то в этом городе люди очень не любили головные уборы. Проходя мимо витрин, все еще украшенных елками и гирляндами, Фатима с раздражением подумала о том, что люди либо очень любят растягивать праздник, либо настолько неорганизованны и ленивы, что даже в начале марта никак не могут смыть с окон новогодние рисунки и разобрать елки. Наверняка все останется без изменений до первой настоящей оттепели, когда в воздухе уже настолько запахнет весной, что украшенные елки станут просто резать глаза.

Сама она праздники никогда не любила, и это еще мягко сказано, она их просто ненавидела и никогда не отмечала ни один. Может потому, что было не с кем, а может потому, что все эти праздники были праздниками общества, которое она презирала и игнорировала. Но самая главная причина заключалась в другом: один раз ей уже испортили праздник, да так, что она запомнила это на всю жизнь. И с тех пор праздники, как и общество их придумавшее, перестали существовать для нее, в мире остались только серые будни и она, такая же серая тень среди шумного и глупого мира людей.

Ветер пронзал спешащих по своим делам людей словно ледяной клинок, но Фатима почти не чувствовала холода – она погрузилась в свои мысли, отгораживаясь ими от раздражающего мира людей. Завтра, все закончится завтра. Она закончит дело и наконец-то уберется из этого серого и холодного города. Несмотря на то, что родилась и выросла она в этом регионе страны, она очень не любила климат и погоду родных краев, ее всегда тянуло туда, где нет зимы, и всегда светит солнце, а снег – всего лишь картинка на рекламном плакате. Средства давно позволяли ей переселиться в какой-нибудь райский уголок на побережье Средиземного моря, но она не могла бросить работу, а работа в 99 случаев из ста была именно в России. Приходилось терпеть суровый климат родной страны, ведь в шкале ее ценностей собственные прихоти занимали далеко не первое место.

Поскорей бы закончить и хотя бы на некоторое время оставить Ростов только в воспоминаниях, думала она, шагая по заполненной людьми улице по направлению к площади,